Нагибатор Сухоруков - Василий Кленин

местными. Узнавайте всё про их житьё-бытьё. В Закатуле тоже не торопитесь. Выгода не так важна, как новые связи. Заводите знакомства: и среди горожан и среди других купцов.

Торговцы станут главной моей разведкой. После первого «рейда», собрав первичную информацию, я запущу их уже более точечно.

КБ Луча Света тоже не было обойдено вниманием. Я заявил ему, что выплавка тумбаги теперь — приоритетная задача. Мне нужно больше оружейного сплава для литья дополнительных наконечников и топоров.

Также, в Излучном спешно формировалась «языковая школа». Благодаря моей картотеке и данным, что хранились в чудо-головах Добчинского и Бобчинского мы быстро составили список людей, владевших толимекским языком. Их уже через день собрали, привели ко мне, а я подарил им ценные подарки и велел взять по нескольку учеников для обучения языку «потенциального противника». Разумеется, про противника я ни словом не обмолвился. Учеников отобрали заранее: весь высший офицерский состав, разведчики, те, кто будут пытать и выпытывать. Каждый ученик ежевечерне обязан был явиться к своему учителю и хотя бы час времени потратить на овладение толимекской речью. Даже я выбрал себе учителя (им, конечно, стал Широкий Дуб) и периодически хаживал к нему, чтобы в общих чертах понимать речь моих будущих жертв. Говорить… за меня другие поговорят.

Пока сотни подданных искали ответы на десять моих вопросов, сам я занялся решением дополнительных, личных задач. Мы засели со стариком-литейщиком за разработку дизайна будущих «денюшек». Я объяснил, как мог, задачу и выдал ТЗ: делать изделия должно быть легко, а подделать трудно. Отливка плоских монет показалась Облачному Деду слишком замороченной. В итоге он предложил делать их в форме маленьких конусов. И форму сделать легко, и вытряхивать деньги из нее не проблематично. Для усложнения фальсификации мастер предложил покрыть стенки форм резным узором. Но самое главное: пока залитый металл не остыл в «жопку» каждого конуса можно вдавливать резную печать. Как бы «визируя», что эта деньга является настоящей. Да, это слегка замедляет процесс литья, но и мне по десять тысяч монет в день не требуется.

Вторая тема: какао. Я вдруг понял, что совсем мало знаю о его выращивании. Как ни странно, но в этом вопросе мне тоже помог Облачный Дед. Оказывается, в его горной стране имеется некая замечательная долина, где растет всё. Даже какао. Очень необычное дерево оказалось. Во-первых плоды у него растут прямо на стволе! Большие такие овальные штуки, наподобие мяча для регби. Внутри мякоть и десятки зерен. Чтобы получить правильное какао, зерна сначала сушили в раздолбанных плодах, а потом тщательно отделяли от мякоти и досушивали отдельно. По большому счету, какао плодоносило круглый год, но основные сроки сбора урожая: на исходе лета и на исходе зимы.

Дерево было весьма привередливым: какао росло только там, где тепло, сыро и не очень солнечно. Именно из-за последнего пункта плантаций какао не существует в принципе. Деревья любят расти только среди других деревьев — в их тени. Я так и не понял со слов старика: высаживают ли индейцы саженцы сами или только ухаживают за растущими деревьями. Сам же я вознамерился после войны вывезти к себе несколько десятков молодых деревьев, нескольких местных спецов — и все-таки попытаться завести какао-сады на Серой Воде.

Увы, Дед знал о какаоводстве не так много, как мне хотелось, так что нужно было искать более авторитетные источники. Меня волновали вопросы урожайности (сколько можно будет безболезненно отнять зерен у толимеков) и хранения (наилучшие условия, сроки). Вообще, интересно: если я создам хранилище для обмена денег на какао, то через сколько лет (месяцев?) мои «золотовалютные запасы» испортятся? Как часто надо хранилище обновлять? Вопросов было в избытке.

И потекли дни, недели, делающие неопределенный «час Х» всё более конкретным. В Излучное стекались первые разведданные, формирующие общее представление о Толимеке. Я даже примерную карту начал рисовать (моя личная блажь, ибо индейцы упорно не понимали эту абстракцию). Муравей договорился с горцами, и два сводных отряда уже ушли исполнять «интернациональный долг» и набираться опыта. «Тумбагоплавильный металлургический комбинат» имени Луча Света давал пятилетку в четыре года, выполняя и перевыполняя намеченные показатели. Появились и первые монетки — словно крупные зерна какого-то экзотического растения. Блестели на ладони румяной, еще не окислившейся медью — пока всего пара сотен, не более. Я старательно запер их в сундуке. До лучших времен.

Потихоньку пришло время сева. На этот раз удобрение полей илом, навозом, компостом и зольной водой было поставлено на достаточно широкую ногу — так что я строил большие планы на предстоящий урожай. В столице на время полевых работ приостановили все учения — жратва важнее всего! Кстати, «великий император» в моем лице лично показал пример своим подданным. Я ведь картошечку, купленную чисто случайно, сберег! Не съел, не погубил неосторожным севом. Уже два урожая снял. Последний — пять больших мешков. Даже решил мешок оставить на кулинарные изыски. Остальное же — лично засеял. На самом главном поле страны — к нему даже золотой страж персонально приставлен! Чтобы никто не уволок бесценный корнеплод. Ничего! Еще годков пять — и в Излучном картошки на всех хватит! А лет через двадцать — вся страна приобщится!

«Через двадцать… — глубокомысленно рыкнул божественный басок с небес. А потом папановский тембр вдруг сменился голосом Веры Алентовой. — Через двадцать лет вообще всё по-другому будет!».

«Принесла нелегкая!» — вздохнул я.

«Знакома цитатка? — хмыкнул червяк. — Вот ты смело планы строишь! На двадцать лет! Ты вообще задумывался о том, какой будет эта самая твоя страна через двадцатилетие?»

А я ведь и вправду не задумывался. Казалось, что какая сейчас, такой и будет.

«Ну, счас! — возмутился бог. — Кто-то вообще собирается Толимеку завоевывать! Так твоя империя чуть ли не втрое вырастет».

«Или наоборот, — вдруг посетила меня мысль. — Не получится ничего… И некому будет картошечку есть. И тумбагу плавить. И стеклянные чаши лить…».

— Так стоп! — мысленно хлопнул я себя по щеке. — Пока у меня всё по плану идет!..

Вот сразу после этого планы и начали рушиться.

Разговоры в тени — 1

— Досточтимый господин Ннака! Позволь поприветствовать тебя! Всё ли хорошо в твоем доме?

— Мой дом — не твоя забота. Надоть чего?

— Досточтимый Ннака, не помнит меня? Меня зовут Апочатли…

— И что?

— Я безрод из Крыла, твой земляк… Я служу посланником в бывшем дворце владыки. Ты как-то просил меня…

— Всё! Вспомнил я тебя… земляк.

— Верно, господин! Ты говорил, что, если в Крыле будут какие-то особо важные новости, и я расскажу их тебе прежде, чем владыке