Карен Монинг - Скованные льдом

замораживает эти места?

Несколько десятков Темных заморожены у края рампы.

На Риодана работают Темные низших каст. Тут куча Носорогов, застывших во время

движения. Как и в том подклубе Честера, здесь убийственно холодно. Мое сердце как будто

стало замедляться и сжалось. Я продолжаю двигаться и ни за что не остановлюсь.

Носороги замерзли, разгружая поддоны и ящики. Их серая кожа покрыта белой

изморозью и сплошным слоем прозрачного льда.

Что бы с ними не случилось, это произошло быстро. Их застали врасплох. Застывшее

выражение их лиц абсолютно нормальное.

Ну... настолько нормальное, насколько оно может быть у Темных в принципе.

Я раздумываю об этом на ходу, пролетая мимо двух здоровенных Носорогов и изучая их

бугристые рожи и пасти, застывшие в оскале.

Меня посещает мысль, что может быть, выражения их лиц вовсе не нормальные. Ведь я

делаю выводы, исходя из того, что знаю о человеческой реакции. И она очень далека от

реакции Темных, судя по Кристиану. Я даже не могу определить, когда он улыбается.

Следовательно, нужно исключить предположение о том, что их застигли врасплох. А

могут лица Носорогов вообще выражать ужас? Я не в курсе.

Возможно, они показывают свой страх с помощью чего-то очень незаметного и по-

фейрийски странного, вроде крошечного радужного отблеска в их маленьких глазах-

бусинках, а белая изморозь это скрывает. Никогда не обращаю внимания на их рожи, когда

убиваю их. Слишком занята тем, что выбираю, кого бы еще пронзить мечом. Надо бы найти

одного сегодня попозже и провести эксперимент. Любой повод для убийства Темного -

хороший повод.

Кто или что могло такое с ними сделать?

Да и зачем?

Это кто-то из фейри, потому что я не могу представить себе человека, придумавшего

замораживающее ружье, да еще и настолько мощное, просто для того, чтобы выполнить свой

гражданский долг.

Хотя опять же... я не могу исключить и такую вероятность.

Те замороженные места, которые мне довелось увидеть, я бы и сама заморозила. Если бы

у меня было такое крутое оружие.

Большинство людей не поверили бы, что в природе вообще может существовать кто-то,

кто двигается, дерется и слышит как я. Следовательно, нельзя исключать возможность

существования кого-то настолько умного, чтобы создать огромное замораживающее ружье,

настолько понижающее температуру, что объекты замерзают прямо на месте. Имея

достаточно времени, Танцор, я думаю, смог бы создать такое. Да, он настолько умный!

Черт возьми. Сейчас у меня есть лишь никак не связанные между собой факты. И ни к

какому заключению я прийти не могу. Пока. Я переключаю внимание на то, что находится за

замороженными фигурами.

Складское помещение заполнено кучей коробок, ящиков и поддонов, наваленных

повсюду.

Среди прочего, там есть какие-то замороженные электронные прибамбасы, судя по

всему это аудио оборудование. Думаю, оно для клуба. Ряды ящиков возвышаются до

потолка, и их все еще вносили, когда все замерзло.

Меня осеняет: это Риодан опустошает магазины! Как и Темные, он паразитирует на нас.

Снижает наши шансы на выживание, воруя сначала наши ресурсы, а затем, продавая их нам

обратно по цене, которую устанавливает сам.

Все сковано льдом. Абсолютно все. Интересно, возможно ли разморозить и спасти

продукты? Из-за этой жадной свиньи погибнут люди. Я так разъярена, что вдребезги

разбиваю ящик, мимо которого проношусь.

- Упс, - невинно говорю я, делая вид, что это произошло случайно. Мелкие щепки

разлетаются во все стороны.

Автоматы летят из-под обломков, скользят по заледеневшему полу, врезаются в

замерших Темных, которые от столкновения разлетаются вдребезги, как маленькие

стеклянные гоблины.

Ладненько, так значит здесь оружие. Что ж, я просто пнула не тот ящик. Я настолько

уверена, что он тот самый мерзавец, который прячет еду, что пинаю еще один, на этот раз

даже не притворяясь, что сделала это случайно.

И снова оружие.

Я разошлась не на шутку. И с каждым новым разбитым ящиком злюсь все больше,

потому что все они набиты боеприпасами и оружием. Наверное, он перепрятал еду еще до

того, как притащил меня сюда. Я как раз собираюсь открыть пятый, когда Риодан хватает

меня за воротник пальто так, что я повисаю в воздухе, а затем перекидывает через плечо, как

мешок с картошкой снова, с суперскоростью выносит со склада, прижимает к телефонному

столбу и спрашивает:

- Ты что, мать твою, творишь?

В этот самый момент склад взрывается.

- Чувак, это ты устроил взрывы? - спрашиваю я на обратном пути в Честер. - Еще одно

из твоих дурацких испытаний? Я должна разгадать загадку, изучив всё за три несчастные

секунды с момента прибытия и до того, как все взлетит в воздух?

Здание было разрушено до основания, целый квартал сравняло с землей. Мы едва успели

унести ноги из зоны взрыва.

- Немалая часть моей собственности пострадала в обоих взрывах. А я не бросаю на ветер

то, что может принести прибыль.

- И это означает, что до тех пор, пока я могу быть полезна, раз уж ты считаешь меня

своей собственностью, я могу не переживать что ты... - я провожу пальцем по шее.

- Детка, ты можешь достать меня настолько, что я тебя убью.

- И это взаимно, босс.

Он улыбается, и я начинаю улыбаться в ответ, и так злюсь на себя за это, что

отворачиваюсь к окну, пытаясь отвлечься окружающим пейзажем, залитым розовым лунным

светом. Правда, там особо нечего разглядывать, потому что Тени постарались уничтожить

все, на что можно было бы посмотреть. У меня в этом райончике три убежища и один

большой тайник. Не знала, что Риодан тут тоже ошивается. Переберусь отсюда сразу же, как

выкрою на это время.

- Твои наблюдения, - спрашивает он.

- Насколько я могу судить, четверо Королевских Стражей - эндемики5 обоих случаев.

Они стояли у дверей дока с оружием в руках и следили за разгрузкой.

Он искоса посмотрел на меня.

- Ого. Это было целое предложение. С подлежащим и сказуемым, связанными между

собой. А "эндемики" - редкое словечко.

- Грамотей, блин. Можно было и не упоминать о связности.

- И это все.

Я многозначительно смотрю на него. Как же меня достали эти вопросы-утверждения. Не

собираюсь на них больше отвечать.

Он смеется.

- И это все? - его голос повышается на одну сотую тона на слове "все". Различие, которое

может уловить лишь кто-то типа меня, у кого суперслух. Но все-таки это уступка. От

Риодана. А это еще более редкое явление, чем вода в пустыне.

- Все те же слои льда. Сначала что-то типа изморози. Плотный белый иней. А сверху

прозрачный лед. Только не понятно, откуда взялся иней. Ведь он формируется из застывшего

тумана. А откуда в этих местах мог взяться туман?

- Почему склад взорвался?

Я мысленно возвращаюсь назад. Все произошло очень быстро. Мы были снаружи, и он

загораживал собой весь вид, да и я была сосредоточена на том, как бы от него избавиться. Не

хочется этого признавать, но вынуждена.

- Обстоятельства сложились так, что я не могу прийти к какому-либо заключению, - он

снова искоса поглядывает на меня. - Просто пытаюсь говорить на понятном тебе языке,

чувак, чтобы побыстрее покончить с этой бессмысленной болтовней. Тяжело же общаться,

когда мы оба так измотаны.

- Да неужели. Дай руку.

- Не дам.

- Немедленно.

Да ни за что на свете я этого не сделаю.

5 В переносном смысле эндемичными могут именоваться различные локальные явления. В данном случае Дэни

подразумевает нечто общее в двух случаях обледенения.

Он что-то тихо говорит на незнакомом языке, и моя рука поднимается. Я с ужасом

наблюдаю, как она перемещается к нему ладонью вверх.

Он кладет на нее Сникерс, бормочет что-то, и я снова могу контролировать свою руку.

Вот ведь интересно, когда и почему мой аппетит стал центром всеобщего внимания.

- Ешь.

Раздумываю, куда швырнуть батончик: ему в лицо или в окно. Я отказываюсь даже

сжать его в руке.

Хотя я, конечно, смогла бы найти ему применение.

Он тормозит посреди дороги, поворачивается ко мне, хватает за воротник пальто и

притягивает к себе. Смотрит мне прямо в глаза. Между нами всего несколько сантиметров, и

мы не соприкасаемся носами только потому, что одно из креплений моего МакНимба почти

уткнулось ему в лоб. Мой зад не касается сиденья.

Никогда не видела таких пустых, как у Риодана, глаз. Глаза большинства людей

наполнены эмоциями, морщинки вокруг них, все равно, что шрамы пережитых битв. Глядя