Семь Нагибов на версту часть 4 - Тимур Машуков

никогда не был замечен в патриотизме. Все, что вы любите — это деньги, ну, и себя.

— Ага, все верно. Помнишь, как в песне — чем больше узнаю людей, тем больше я люблю себя. У тебя осталось три минуты.

— Я перехожу к сути. Так вот, часть договора в том, что касается женитьбы, прописана не просто так. И не просто так глава вашего рода выбирает своему наследнику жену. Тут его желания мало что значат — есть определенные тесты, которые показывают, подойдет она ему или нет.

— Зная своего папашу, у него главный критерий — размер задницы и сисек.

— Не совсем. Твой будущий ребенок должен смочь равнозначно принять твою силу — я имею в виду свет, тьму и элементарный эфир. А для этого у его матери должны быть к этим стихиям предрасположенность. Иначе зачатия не произойдет. Угадай, у кого из всех твоих баб она есть?

— У тебя, — догадался я, понимая, куда она клонит.

Очень интересно, почему она об этом знает, а я нет. Или врет и набивает себе цену? Ладно, таймер на паузу и послушаем дальше…

Глава 8

Глава 8

— У тебя, — догадался я, понимая, куда она клонит.

— Верно, у меня. Не все человеческие семьи могут похвастаться тем, что у них в роду были и демоны, и ангелы. В твоей избраннице должна быть хотя бы капля демонической и ангельской крови. Супругу своему наследнику глава рода начинает искать практически сразу после его рождения. И выбор, скажу я тебе, не сильно-то и большой. Так что я — твой шанс на нормальную семью.

— Верно, ты все правильно сказала — ты шанс, но не мой. Дело в том, Маргарита, что я отличаюсь от своих родственников и уверен, что смогу зачать ребенка с любой девушкой, с которой захочу. Даже более того, я уверен, что на меня не действуют те ограничения, что на остальных. Я имею в виду правило «один отец, один мальчик».

— Ну да, ты изменился, но уверенности в том, что у тебя получится, нет. А рисковать никто не хочет. Слишком многое от тебя зависит.

— Ну ладно, с этим мы разобрались. А что по ангелам и демонам? Ответь, раз уж ты всё знаешь, на хрена мне именно на них жениться?

— Потому что, когда произойдет зачатие, они неотлучно будут находиться рядом с человеческой матерью, понемногу напитывая ее и ещё не рожденного ребенка своей магией. Они должны быть совместимы, понимаешь?

— То есть, я сам, например, этого сделать не смогу?

— Нет, конечно! — фыркнула она. — Там надо дозированно магию выдавать, а у вас с контролем… — начала она и замерла, увидев мою довольную улыбку.

— Ну, ты поняла, да? Особенно насчет контроля.

— Все равно рисковать нельзя! — горячо возразила она, понимая, что уже проиграла и аргументы у нее кончились.

— А я и не буду. Или буду, но тебе до этого дела не будет.

— Ямир, ну неужели я тебе совсем не нравлюсь⁈ — решила она надавить на жалость, состроив печальную физиономию.

— Марго, услышь меня. Ты симпатичная, можно даже сказать красивая девушка, но увы — мое сердце отдано другой.

— Кто она? Где эта тварь?!!! Это кто-то из тех, кто едет с тобой⁈ Орчанка или эльфийка, да? — от злости она так сжала чашку с кофе, что она лопнула, и горячий напиток плеснул ей на платье. Но она не обратила на это внимания.

— Это не имеет значения, Марго. Просто прими как факт — тебя в моей жизни не будет. Не хочу. Вы за меня все решили, а я так не могу. Юношеский протест, бунт и все такое.

— Что будешь делать, когда зарядишь столбы? — внезапно успокоилась она. — Вернешься в Москву?

— Вряд ли. Мне, если честно, Брехт понравился. Возможно, останусь там.

— Брехт, говоришь… Там останешься, говоришь… Я поняла. До встречи.

— Эй, а я вот не понял⁈ — охренел я, глядя на ее удаляющуюся спину.

И что я ей такого сказал, что она так отреагировала? Промотал в голове разговор — вроде бы ничего такого. Но она точно что-то задумала. И что? Ой, да похер, если честно. Ушла, да и ладно. Главное, что мозг не слишком долго выносила, а вот информацию к размышлению подкинула. Сейчас не актуальную, но на будущее запомним и запишем. В закрытых архивах рода бы покопаться, но видеть рожу папаши вообще нет желания.

Так, обед закончен, пойду прогуляюсь. Ноги разомну, жирок растрясу. На разумных погляжу и себя покажу. Спущусь, так сказать, с Олимпа в массы.

Массы встретили меня… никак. Ну, то есть, им было глубоко похер на такого красивого меня, беспечно шагающего по улице Лафлер, что означало цветочек по-нашему.

И она оправдывала свое название. Везде, куда ни глянь, были цветы — на балконах, на бесконечных клумбах, в горшках на подоконниках. А уж магазинов, ими торгующими, вообще было не счесть. Запах стоял просто нереальный. Хотелось дышать и дышать.

Будто находясь в музее, я вертел головой по сторонам, любуясь совершенными творениями природы. Всегда любил цветы — есть в них изящество и некая завершенность, что ли. Они идеальны своим разнообразием, и это здорово, черт возьми! Мелькнула даже мысль купить их девчонкам, но я ее отбросил. Еще надумают себе всякого.

Так что я погулял хорошо, потом зашел в булочную и обновил запасы выпечки. Остальное покупать не стал — еще много всякого в кольце. Да и вообще, постараюсь в дальнейшем ночевать в городах. Хватит с меня романтики дорог.

— … Сама ты дура!!! Не хочешь, не иди!!! — внезапно прервали мои размышления о прекрасном громкие крики. Двое мужиков — демон и человек, орали на третью участницу конфликта, девушку-ангела. Стоя возле фонтана, они портили его прекрасный вид своими недовольными рожами.

— Вы там сдохнете. Два столба заряжены — вы же чувствуете. Идет дисбаланс энергий по всему приграничью. Сунетесь, и вас разорвет. Надо подождать.

— Ага, ждать, пока кто-нибудь более смелый, чем мы, пойдет и заберет нашу добычу! Не думал, что ты такая трусливая.

— Я не трусливая!!! Просто в отличии от вас умею думать и не хочу погибнуть ради сомнительной выгоды.

— Ты сама себя слышишь?!!! Мы месяц ходили, собирали, рисковали шкурами. Думаешь, нас не пасли? Уверен, что наш