Живи и ошибайся 3 - Dmitriy Nightingale (Дмитрий Соловей)

Мельницу пришлось изготавливать, когда возникла необходимость в огнеупорных кирпичах. Топили эти печи горючим сланцем. И как оказалось, зола от него отличный связующий материал для строителей. Не в чистом виде, а в качестве добавок она чуть ли не роль клея выполняла.

То, что залегало в моих землях, идеально подходило для строительства цементного завода. Хоть в чём-то повезло. Пришлось ставить цементный цех рядом с добываемым горючим сланцем. Закладку фундамента и печей я делал с размахом. Того, что производили для стройки, катастрофически не хватало. А ведь впереди еще облагораживание помещений внутри. Всё нужно будет шпаклевать и доводить до ума.

Силуэт будущей клиники уже вырисовывался. За ним сразу поднимали стены музыкальноц фабрики-салона. Плюс вторая пристань и прочие вспомогательные строения наподобие амбаров. Купцам требовались крепкие склады для временного хранения товаров. Их привозилось очень много. При всём желании сразу рассортировать и переправить привезённое не получалось. Потому и возникла необходимость в защищённых от воровства местах.

То есть размах наших хотелок был обширным, жаль, крестьяне в конце лета загружены сельскохозяйственной работой по самое горло. Тут и зерновые нужно собрать, и продукцию с огорода своего и тех, что по барщине доставались, выбрать. Освобождались мужики от этих дел где-то к концу сентября. А там уже начинались дожди, и дороги для доставки закупленного становились малопроходимыми.

Локомобили немного выручали, не скажу, что глобально помогли в перевозках, но и совсем уж бесполезными эти большие паровые игрушки назвать нельзя.

Главное, что механики и водители оттачивали на них свои умения обращаться с паровиками. Безусловно, этого опыта недостаточно для работы на реке. Следующей весной отправим кочегаров и водителей на практику. С капитаном «Гонца» я уже договорился, арендовав пароход на целый месяц в мае. Найдём какие товары перевезти, чтобы не порожняком посудина ходила по Волге. Торжественную закладку пароходов перенесли. Дед уверял, что верфи почти готовы, только смысла начинать строительство пароходов в начале осени не было.

На локомобиле я тоже покатался. Примерно так же, как Куроедов. Двух поездок на дальнее расстояние мне вполне хватило, чтобы оценить этот транспорт во всех его плюсах и минусах. Раскочегаривался паровик слишком долго и после больше отдавал тепла наружу, чем пускал его на нужное дело. Тот самый КПД очень низкий. Летом и по жаре рядом с паровой машиной находиться долго сложно физически. Мы останавливались не только для закладки дров, но и отдыхали от печного жара.

Мирон Черепанов рассказал, какие трудности возникли с этими паровиками на Урале. Зимой в мороз поддерживать нужную температуру топки крайне сложно. Тут нужен уголь или дополнительная обшивка корпуса, предотвращающая потерю тепла. Дед предлагал устроить своеобразные «заправочные станции» с дровами по ходу движения локомобиля. Идею я раскритиковал как несостоятельную.

Запасники с дровами в деревнях у нас имелись, а вдоль дорог складывать дрова для локомобиля глупая затея. Даже при условии, что крестьяне не украдут тёмной ночью, у нас пришлых людей много. Пробираются через посты нелегально. Мне рассказывали, что паломники готовы ползком ползти (в буквальном, а не в переносном смысле), только чтобы старца Самарского лицезреть.

Была бы польза от этого всего, я бы сам всех привечал. Пусть бы слушали, просвещались. Другой вопрос, что у этих паломников в одно ухо влетало, в другое вылетало. Приходилось мне общаться не раз и не два с фанатиками. Да что далеко ходить! Взять, к примеру, нашего Фёдора. Уж какими заковыристыми путями он добрался из Москвы до Перовки, можно отдельный приключенческий роман писать. Уверовал, что святой старец отпустит ему грехи, наставит на путь истинный и так далее. Спрашивал я Фёдора конкретно по темам проповедей, так он ничего толком ответить не смог.

И пусть он не шёл за излечением тела, как большинство паломников, зато лечил душу. Не скажу, что безуспешно. Безмерная фанатичная вера сделала своё дело. Свернуть с пути истины Фёдора не получится уже ни у кого. Он обрёл смысл жизни и большего счастья не желал.

А ведь отец Нестор на проповедях интересные вещи рассказывал. Умный, шельма! Так умудрялся преподнести материал, прочитанный в наших справочниках, что и пятилетний ребёнок бы понял. И при всём при этом слушают его вполуха. Молят о том, чтобы даровал здоровье и грехи отпустил. Если бы не батюшкина больница с лекарственными травами, то лекарский имидж не удалось бы поддержать, несмотря на все другие его «заслуги».

С лечением катаракты немцы нам немного подпортили статистику, но некритично. Главное сейчас собрать и обучить будущих светил Российской медицины. Дед хотел пригласить Николая Ивановича Пирогова. Для практики и вообще… Неожиданно выяснилось, что Иноземцев, мягко говоря, Пирогова недолюбливал.

Так-то он поддерживал переписку и даже похвастался применяемой анестезией. Именно что похвастался, а не поделился практическим опытом.

— Хватит нам и одного профессора, — решил я, отказавшись от Пирогова.

— Скажи, что зажал зарплату, — хмыкнул Лёшка в ответ, когда мы обсуждали эту тему.

Вообще-то так и было. Иноземцеву мы обещали платить не хуже, чем в Императорской академии. Пока я ему денег не выдавал, аргументируя тем, что Иноземцев у нас и без того на полном пансионе. Непосредственно по его специальности, хирургии, работы не было. Делать из своего имения хирургический госпиталь я категорически не желал, и без того у нас проходной дом. Только одни гости съезжали, тут же прибывали другие.

Я было вздохнул с облегчением, что художники убыли, так адъютант великого князя пожаловал. И не один, а с сэром и конным отрядом. Повезло, что гостили господа недолго. Не успел порадоваться, что остались самые «близкие» (профессор и графиня, считай, уже родня), заявились Гундоровы, сопровождающие Софию.

— Помолиться, причаститься приехали, — пояснила мне Лиза и захлопотала, устраивая вообще-то Лёшкиных родственников.

— Молиться по какому поводу будут? — на всякий случай уточнил я, недоумевая, почему они полным составом прибыли, включая жен старших братьев Софии.

— Так ребёночка у Софии столько времени нет, — пояснила жена причину массовой молитвы Гундоровых.

Разместив новых гостей, я прямиком отправился на верфь. Не только на стройку посмотреть, но и Лёшку проведать, намекнуть, что нужно собственный дом иметь, где принимать гостей, попутно поставить на вид проблему с наследниками.

— Гера, да понимаю я всё, но хотелось быть уверенным, что ребёнок точно мой, а не от какого-то соседа, — начал оправдываться друг. — Как раз удачно, что Гундоровы у тебя поживут. Там за Софией будет присмотр, я в измене не заподозрю, а спишут всё на деяния старца.

— Займись этим делом вплотную, а то деяния старца вещь ненадёжная, — хохотнул и