Тайные наслаждения - Хейер Джорджетт

– И я, – сказала Элинор, изо всех сил стараясь, чтобы голос ее не дрожал, – стала счастливой наследницей этих долгов?

– Нет, что вы! – ответил Джон. – Они будут выплачены за счет доходов от поместья, разумеется! К счастью, он не мог взять закладную на землю – не то чтобы вы много получили за нее, если решите продать, потому что после того, как мой брат перестал управлять ею, все пришло в упадок и запустение!

– Какая очаровательная перспектива! – с убийственной иронией заявила Элинор. – На меня свалилось пребывающее в запустении поместье и куча непонятных долгов. Вдобавок я еще и овдовела до того, как успела побыть женой, – самая нелепая история, о которой я когда-нибудь слышала!

– Думаю, все далеко не так плохо! – поспешил успокоить девушку Карлайон. – Когда дело закончится, я надеюсь, что у вас появится некоторый материальный достаток.

– Я тоже очень на это надеюсь, милорд, потому что начинаю думать, что я его заработала! – парировала Элинор.

– Вот теперь вы заговорили как здравомыслящая женщина, – сказал он. – Быть может, хотите, чтобы я дал вам несколько советов относительно того, как вам следует вести себя далее?

Она, немного растерянно взглянув на лорда, спросила:

– Разве мне так уж необходимо вступать в права наследования?

– Положительно необходимо.

– Но если я возьму и просто исчезну, чего мне, признаться, очень хочется…

– Я уверен, вы не настолько слабы духом, чтобы отступить и сдаться на этом этапе.

Элинор приняла его комплимент и через несколько мгновений покорно поинтересовалась:

– Итак, что я должна делать?

– Я уже думал об этом, полагаю, самым естественным для вас будет поселиться в Хайнунз, – ответил он.

– В Хайнунз! О нет, только не это! – встревоженно заявила она.

– А почему нет, собственно говоря?

– Это было бы чересчур самонадеянно и бесцеремонно с моей стороны!

– Самонадеянно и бесцеремонно поселиться в доме собственного супруга?

– Как вы можете так говорить? Обстоятельства…

– Именно обстоятельства случившегося мы все и намерены скрыть. Вам же не следует оставаться под моей крышей, это будет выглядеть неприлично, поскольку я – холостяк.

– У меня нет ни малейшего желания оставаться здесь!

– В таком случае нет смысла и далее обсуждать это. Вы можете, полностью соблюдая приличия, поселиться у какой-нибудь вашей родственницы, но ведь вам придется заниматься делами, а поскольку они требуют и моего присутствия, то было бы куда лучше, если б вы находились в пределах досягаемости от этого места.

– Ни за что на свете я не обращусь к своим родственникам в столь щекотливой ситуации! – провозгласила Элинор и содрогнулась.

– В таком случае, похоже, у вас просто нет выбора.

– Но как я буду жить там? – спросила она. – Я нисколько не сомневаюсь, что особняк зарос пылью и паутиной и там наверняка много крыс и тараканов, потому что вчера я увидела достаточно, чтобы понять: дом пребывает в ужасающем небрежении!

– Именно так, и это одна из причин, по которой я и хочу, чтобы вы поселились там.

Вдова от возмущения едва не поперхнулась, набрав полную грудь воздуха.

– Неужели, милорд? – спросила она. – Мне самой следовало бы догадаться, что вы скажете нечто столь гадкое!

– Я не сказал ничего плохого. Если мы собираемся с выгодой сбыть с рук Хайнунз, его следует привести в некое подобие порядка. Я постараюсь сделать все возможное с землей, но придать дому божеский вид у меня не получится. А вот вы вполне способны этим заняться. Мало того, что вы сделаете одолжение мне, так еще и у вас самой появится занятие, что сможет развеять мысли о неприятностях, которые, как вы воображаете, уже сгущаются над вашей головой.

– Да уж, я действительно должна стремиться сделать вам одолжение, – срывающимся от возмущения голосом воскликнула Элинор.

– Благодарю вас, вы очень добры! – с потрясающей невозмутимостью отозвался лорд.

Никки, не удержавшись, прыснул от смеха, а потом одарил Элинор широкой улыбкой.

– О, я прошу прощения, – вступил юноша в разговор, – но, имейте в виду, спорить с Недом бесполезно, потому что он всегда знает, как лучше! Он – гений рассудительности! И вот что я вам еще скажу! Если вы действительно обнаружите, что в Хайнунз водятся крысы, я приеду к вам со своей собакой и мы устроим на них славную охоту!

– Никки, прошу тебя, придержи язык! – взмолился Джон. – Знаете, мадам, в словах моего старшего брата есть смысл. Поместье нельзя оставить необитаемым, там должен быть кто-то, присматривающий за ним, и я не знаю никого, кто подходил бы для этого лучше вас.

– Но слуги! – запротестовала она. – Что они подумают, когда я вдруг свалюсь к ним как снег на голову?

– Насколько мне известно, в последнее время Евстасий держал при себе только Барроу с женой, – сказал Карлайон. – Вот, кстати: было бы неплохо, если бы вы наняли пару девушек для работы по дому. А вот тревожиться решительно не из-за чего: Барроу прожил в Хайнунз много лет, посему в силу необходимости знаком со многими обстоятельствами, что повлекли церемонию, в которой вы вчера принимали участие. Он был очень сильно привязан к моей тетке, поэтому и остался с моим кузеном. Ни он, ни его жена не должны доставить вам ни малейших хлопот или неудобств. Но, боюсь, вы обнаружите, что на роль дворецкого он не слишком подходит: раньше Барроу был всего лишь грумом и перешел в дом только потому, что никто из слуг не пожелал там остаться.

– Знаешь, Нед, по-моему, миссис Шевиот нужна какая-нибудь респектабельная женщина, которая бы составила ей компанию в поместье, – предложил Джон.

– Разумеется, она ей нужна, и я сам подберу для нее кого-нибудь.

– Если мне понадобится респектабельная женщина, которая согласится жить со мной в этом ужасном доме, то я попрошу свою старую гувернантку составить мне компанию! – заявила Элинор.

– Прекрасное предложение. Дайте мне ее адрес, и я немедленно отправлю ей письмо, – сказал Карлайон.

Элинор, у которой уже не осталось сил возмущаться, смиренно ответила, что сама напишет мисс Бекклз.

– И не думайте, пожалуйста, будто вам там будет одиноко, – приободрил девушку Никки. – Мы непременно станем навещать вас.

Поблагодарив его, она вновь обратила взор на Карлайона.

– А как же быть с миссис Мейклсфилд? – поинтересовалась Элинор.

– С нашей стороны это чрезвычайно невежливо, но я склонен полагать, что окажется лучше, если мы позволим себе забыть о миссис Мейклсфилд, не вдаваясь в объяснения, которые иначе как затруднительными назвать нельзя, – ответил Карлайон.

Немного поразмыслив, девушка вынуждена была согласиться с ним.

Глава 6

Вскоре после полудня лорд Карлайон повез в поместье Хайнунз смирившуюся, но отнюдь не умиротворенную миссис Шевиот. Они, неторопливо собравшись, степенно отправились туда в карете его светлости, и милорд взялся скрасить утомительную скуку размеренной езды тем, что показывал своей спутнице различные местные достопримечательности, леса, холмы и долины, которые, по его словам, вскоре покроются нежными пролесками и колокольчиками. Миссис Шевиот отвечала ему с холодной вежливостью, не более того, не пытаясь даже сменить тему.

– Здешний пейзаж не слишком впечатляет, – сказал Карлайон, – а вот в окрестностях Хайнунз встречаются очень красивые места, и я вам их непременно покажу.

– В самом деле? – осведомилась она.

– Разумеется – когда вы стряхнете с себя уныние и меланхолию.

– Я вовсе не предаюсь унынию и меланхолии, – едко ответила Элинор. – Вы втравили меня в такую историю, милорд, что мне стоит лишь посочувствовать! Как можно ожидать, чтобы я пребывала в приподнятом расположении духа? Вы начисто лишены тонкой душевной организации, сэр!

– Боюсь, это действительно так, – совершенно серьезно ответил Карлайон. – Мне часто доводилось слышать подобные обвинения, и я считаю их справедливыми.

Повернув голову, девушка взглянула на него с легким любопытством.