Дед в режиме хранителя. Том 5 - Евгений Валерьевич Решетов
Декан отрицательно покачала головой, что можно было расценить как «нет, не врёт, все так и есть».
Ага, ясно. Тогда надо воспользоваться ситуацией.
Я изобразил свою самую обаятельную улыбку и проговорил, протягивая цветок старичку:
— Ну как я могу отказать вам, сударь? Берите, конечно. И даже не думайте об оплате. Это мой дар подрастающему поколению.
Да, расставаться с цветком Эфира было чуть-чуть жаль. Всё-таки он крайне редкий и ценный. Но с другой стороны, не всё измеряется деньгами. Да и репутация у меня возрастёт и улучшится. Детям опять же помогу. Глядишь, карму улучшу.
— О, какой великодушный поступок! — выдохнул старик, приняв цветок. — Я постараюсь, чтобы весь город узнал о вашей доброте, сударь Зверев.
— Что вы, что вы, — принялся я отказываться, впрочем, без особого энтузиазма.
Да, пусть люди узнают, что в Северной Пальмире завёлся новый святой. Того и гляди вознесусь на небеса.
— Горожане должны узнать о вашем благородстве! — безапелляционно выдал старик.
— Угу, — поддакнула Владлена, глядя на меня с ухмылкой на губах.
Крыловы же с кислыми рожами взирали на происходящее, мысленно простившись с загородным домом.
Барону аж плохо стало… Он весь побагровел и начал задыхаться, так что его сыновьям пришлось взять отца под руки и усадить в кресло, откуда он начал полосовать меня злобными взглядами.
Распрощавшись со стариком, я подошёл к тяжело дышащему барону и спросил:
— А нет ли у вас какого-нибудь заводика? Я бы принял его в качестве ставки, ежели вы хотите заключить ещё одно пари.
— Зверев… вы… вы… дьявол, — прохрипел Крылов, рванув ворот рубашки так, что по полу запрыгали оторвавшиеся пуговицы с гербами. — Я… я больше не хочу вас видеть. Отныне вы для меня мертвы. Ежели я увижу вас в следующий раз, то пройду мимо, словно вас нет.
— Погодите, погодите. Давайте я для вас умру после передачи мне вашего загородного дома.
Аристократ шумно сглотнул, потревожив отвисшую кожу под подбородком, а потом посмотрел на одного из сыновей и сломлено бросил ему:
— Займись оформлением документов.
Тот кивнул и мрачно уставился на меня.
— И побыстрее, — улыбнулся я. — Какой, кстати, адрес у дома? Пожалуй, я сейчас же отправлю туда своих внуков. Пусть все осмотрят.
А чего? Крыловы же могут со злости испоганить мой новый дом и изрисовать стены метровыми членами, а так Павел с Вячеславом не дадут им этого сделать.
Пока же сынок барона нехотя процедил адрес. А я благодарно улыбнулся ему и вышел из башенки вместе с полковником и Владленой.
На улице нас встретил поздний вечер, пахнущий угарным газом и листвой. Прохладный осенний воздух коснулся щёк, а с чистого неба подмигивали крупные звёзды, освещая пятиэтажки перед нами. На душе же было почти спокойно.
Пари я выиграл, получил от демона информацию, поднял уровень до восемьдесят первого и вроде бы не попался на глаза Ирису, ежели он вообще заглядывал в локацию. Лепота!
Правда, насладиться моментом мне не дала Владлена, снова включившая режим госпожи Стервеллы:
— Игнатий, у тебя такое счастливое лицо, словно ты нашёл лекарство от всех болезней. Ах да, тебе для счастья надо гораздо меньше: с шутками да прибаутками пробежаться по опаснейшей локации и оставить в дураках какого-нибудь болвана-барона.
— Да, прекрасно расслабились. Теперь надо возвращаться в город, — улыбнулся я и поймал на себе внимательный взгляд полковника Барсова.
Тот облизал губы и спросил:
— Зверев, я всё-таки никак не могу взять в толк, откуда вы так много знаете о Лабиринте?
— Артур Петрович, голубчик, всё лежит на поверхности. Я ведь столько лет посвятил его изучению. Было бы странно, ежели бы я мыкался по нему как какой-нибудь новичок.
Полковник нахмурился, потёр подбородок и, подумав, проронил, сощурив глаза:
— Вы либо гений, либо… что-то недоговариваете.
— Стандартный Зверев. Он даже во сне выглядит так, словно что-то недоговаривает, — ухмыльнулась Велимировна, поправив чёрные волосы, разметавшиеся по плечам.
Артур Петрович бледно улыбнулся и вдруг повернул голову, настороженно посмотрев на крепкого мужчину в костюме. Тот миг назад выбрался из припаркованного возле тротуара чёрного внедорожника и направился к нам, застёгивая пуговицу тёмного пиджака.
— Что-то он мне не нравится, — сощурился я.
Владлена и полковник слегка разошлись, чтобы в случае магического боя не мешать друг другу.
Мужчина же подошёл к нам и вежливо проговорил, достав удостоверение:
— Господа, дама, меня за вами послал Его Императорское Величество. Он срочно хочет переговорить с вами. Вот мои документы.
Он протянул мне корочки.
Я изучил их и слегка успокоился, но всё же буркнул:
— Если это какая-то ловушка, клянусь, ты сдохнешь самой страшной смертью. Вот эта дамочка знает сто и один способ, как заставить живого человека молить о смерти.
Мужчина слегка побледнел и дёрнул губами, но в кусты не сиганул. Просто кивнул нам и повёл нас к машине.
Артур Петрович, как самый крупный из нашего трио, уселся на переднее пассажирское сиденье. А мы с Владленой расположились на заднем.
Велимировна сразу же взбудораженно прошептала, достав зеркальце:
— Блин, я такая растрёпанная. Это позор… позор… Император увидит меня такой. Что же делать? У меня даже косметички с собой нет. Зверев, как ты думаешь, мы успеем заехать ко мне домой?
— Вот смотри, — показал я ей свои раскрытые ладони. — Представь, что слева лежит то, что ты слегка не в форме, а справа — желание императора поскорее поговорить с нами без всяких промедлений, а ты хочешь заставить его ждать. И что-то мне подсказывает, что государю плевать, как ты выглядишь. Ему бы империю спасти, а не тобой любоваться. Понимаю, что звучит жестоко. Как тобой можно не любоваться? Но факт
