Цепь Севера - Иван Хокаев

направился прямо в сторону матерящегося мужика. Тот меня сначала не замечал и только когда таскающий коробки парень к нему подошел и что-то сказал, матершинник развернулся в мою сторону. Наблюдая за моим приближением, они о чем-то переговаривались, а затем оба двинулись мне навстречу.

— Здарова, малой! — приветливо кивнул подошедший мужик, остановившись от меня в паре метров. — Ты тут как, на, оказался?

— На север иду, место себе искать, — без каких-либо раздумий соврал я. — Мы с отцом промыслом занимались, по течению ниже, дней семь отсюда. Лерку ловили… — я сделал вид что запнулся, и замолчал.

— Ну и почему ты один, на? — в спокойном взгляде мужика промелькнули настороженные нотки.

— Араль ночью пришел и отца подрал… — театрально всхлипнув, утер нос рукавом.

Крест эту историю придумал за пару минут — вот что значит талант у человека! Или проводника? Так и не разобрался, как к нему относиться. Легенда была неплоха и в то же время довольно проста, что только больше подкупало. Если в двух словах, то шли с отцом на Север работу искать. Родные края остались далеко позади, из семьи кроме батьки никого не больше не было. Но и того на днях местная живность убила, и вот теперь я один, иду куда глаза глядят.

— Вниз по течению говоришь, на? — мужик слегка наклонился, чтобы посмотреть мне в лицо.

— Ну да, батя ночью меня поднял, — показательно всхлипнул я. — Говорит, кто-то рядом с биваком нашим ходит, а потом на улицу вышел и всё. Когда крик услышал, выскочил следом, а там никого уже, только рубаха отцовская, разорванная валялась.

Стараясь выглядеть максимально жалобно и грустно, я поднял голову и с мокрыми глазами уставился на мужика. Эх, плачет по мне сцена Большого театра… Такой актер пропадает!

— Хреново, на. Аралей здесь давно не было, — судя по всему, ничего не заподозрив, мужик повернулся к машине и закричал — Мужики, ёп, бросай всё! Пешком пойдем, на! — а затем снова обратился ко мне. — Там, по дороге, млять, наш поселок стоит, вверх по течению Ледовички, на. У нас промысел от гильдии, все законно, ёп! С нами пойдешь?

— Пойду! — всхлипывая ответил мужику. — Я всё отработаю, если с собой возьмете!

— Работу найдем тебе, парень ты, на, вроде бы крепкий! Араль сука та еще, жаль отца твоего, — мужик ободряюще хлопнул меня по плечу.

— Вот и отлично, — проснулся молчавший до этого Рыжий. — На всякий случай морду ещё погрустнее сделай, да и на шею можешь ему кинуться.

— Батя-я-я-я! Спасибо! — как и сказал Крест, бросился мужику на грудь, вытирая сопли об его воротник. Свою-то рубашку жалко.

— Ну, ты это! Давай, держись, малой. Нормально все будет, — мужик явно растерялся от такого поворота и неловко похлопал меня по спине. — Тебя как звать-то? Откуда будешь?

Оу! Мужик явно не просто растерялся, а прямо опешил, раз из его речи пропали все «на, мля и ёп».

— Не гордись шибко, — фыркнул Рыжий у меня в голове. — Втерся в доверие к деревенщине и доволен.

— С юга мы, — я пропустил слова Креста мимо ушей и продолжил вешать «батьке» лапшу на уши. — Мамка местная правда, потому я на северянина и похож. У нее булочная была, а отец на заводе работал. После того как мать умерла, отец пить начал. Сначала с работы вылетел, а потом и булочную закрыть пришлось, не было у нас с ним таланта хлеб печь. Когда на улице почти оказались, батька очухался, сказал, что жить по-другому будем и на решил на север податься. Пару месяцев лерку ловили, даже продавать что-то начали, батька говорил, что душа матери нас на севере бережет. Не-е-е-е сберегла-а-а-а-а… — я снова сделал вид что разревелся и высморкался в плечо мужику.

— Ну ты не переигрывай давай, — притормозил меня Рыжий. — Хорошего помаленьку!

— Пусть лучше думает, что я вообще дурак, — снова высморкавшись матершиннику в рубашку сказал я. — С дурака взять нечего, разве что кроме анализов.

— Ладно, всё! Пошли, часа через три закат уже. Ты есть хочешь? Лицо вон измученное, — мужик кое-как смог оторвать меня от себя, затем посмотрел на засопливленное плечо и махнув рукой обратился к своим — Сворачиваемся, на! Берем по минимуму, ёп, и ходу!

— Ага, бать, еще как хочу! — засияв во все тридцать два, довольный собой зашагал следом за мужиком.

— А это, на, ты так и не сказал как тебя звать и откуда такая штуковина у тебя, ёп? — мужик указал пальцем на сакс.

— Михаил, — имя старого друга из прошлой жизни вырвалось как-то само собой. — А это мамкин. Говорила, семейная реликвия, так что не дам! — затравленно посмотрев на мужика, прижал сакс к груди и снова попытался выдавить из себя слезы.

— Да я и не претендую, на, — мужик выставил руки перед собой. — Меня Макар Валерьянович звать.

— А можно я вас батей звать буду? — выдавливая слезы и смотря на Макара как самый преданный щенок, снова бросился ему на шею, отчего Крест в голове впал в истерику.

— Да что ж ты! — прилагая немалые усилия, Макар всё-таки смог снова вырваться из моих объятий и, на всякий случай, отойдя на пару шагов, двинулся дальше, бросив не оборачиваясь. — Зови, на, как хочешь!

— Спасибо, бать! — был бы у меня хвост, точно бы сейчас им завилял.

— Ага-ага, — бросил Макар через плечо и обратился к стоящему рядом парню. — Ерёма, ёп, давай собирай шмотьё и двинули. Знакомься кстати, это Мишка. С нами до Дола пойдет, а там нужно будет его к делу приладить. Дай ему пожевать чего, чтоб на ходу, на.

Веснушчатый парень лет двадцати, с кудрявыми волосами, поправил на переносице круглые очки и протянул мне руку.

— Валентин, можно просто Валя.

Что-то щуплый и слишком чистый он какой-то, аж завидно. И ладно бы где-то в городе, но в этой глуши! По любому это очередное кодунство — даже ноги сухие, хотя он в воде по колено лазил.

— Мишка, — ухватив руку парня, начал её усиленно трясти, отчего его очки рывками снова сползли на переносицу.

Если уж строить из себя дурачка, то до