Генетический эксперимент - Александр Зубенко

вошёл в стадию ускорения, стремительным рывком преодолел два километра до реки, схватил копошащуюся в камышах выдру, острым камнем распотрошил её, насадил на толстую ветку, прожарил, подал к столу и позвал своего наставника. Всё это заняло не более двух секунд. Белка, прыгающая с ветки на ветку, ещё не успела добраться до своего дупла, а мы уже сидели у костра, уплетая горячие куски благоухающего мяса.

Таким образом, к концу дня, я овладел почти всеми сверхъестественными способностями, которыми снабдил меня незнакомец в поезде, и не последнюю роль в этом сыграл мой новый приятель. Мне решительно нравился этот парень! Казалось, мы знакомы с ним целую вечность, а ведь прошли только сутки, как я вызволил его из каменного колодца. Помогая мне, подсказывая, ругая или тыкая носом, он неизменно смеялся, показывая тем самым своё дружелюбное расположение ко мне. Видимо, я его тоже устраивал по каким-то причинам, иначе, зачем ему было возиться со мной, теряя драгоценное время, вместо того, чтобы тут же отправиться вызволять своих товарищей? Точнее, только одного из них. И это, разумеется, была девушка. Не знакомая нам, виртуальная, не имеющая даже определённого образа в наших предположениях. То, что она была молодой и очаровательной, Андрей узнал из слов младших инквизиторов, когда они, беседуя между собой, посещали его прежнюю темницу.

И вот настал момент, которого я ждал с нетерпением.

- Похоже, мы сделали отличную работу, - заключил он, сидя у костра, прислонившись спиной к дереву.

- Ты считаешь?

- Да. Судя по последним результатам, ты уже более-менее овладел генетическим даром. Сейчас напоследок закрепим, чтобы наверняка удостоверится в положительном результате. Готов?

Я поднялся.

- Итак, по порядку. Вызови двойника!

В тени кустов, в красном закате, зашедшего за горизонт солнца, тотчас возник зыбкий силуэт, поразительно похожий на меня как две капли воды. Он безмолвно повторил все мои движения и, нисколько не обидевшись, пропал в своём измерении, получив от меня мысленную команду исчезнуть.

- Хорошо, - удовлетворился Андрей. - Телепортация!

Я мгновенно пропал и тут же возник перед ним в долю секунды, держа в руках великолепного сома, который хватал воздух разинутой пастью, куда мог поместиться трёхколёсный детский велосипед.

- Как поймал?

- Руками, разумеется. Удочек и сетей-то нет.

- Долго?

- Минут двадцать. Сначала поджидал, потом ускорился, огрел по голове камнем, придавил, и вернулся. Сколько меня не было?

- Секунду. Отличный результат. Будет чем позавтракать. Сейчас закончим и прокоптим его на дыму. Готов?

- Да.

- Гипноз!

Я уставился взглядом в уже потухающие глаза мощной рыбины, мысленно отдав команду, чтобы она ожила, и сом тут же забился хвостом в траве, разбрызгивая вокруг себя фонтан слизистой воды.

- Что внушил?

- Ожить. Выходит, на зверей, птиц и рыб гипноз тоже действует?

- Да. На всё, что имеет собственный мозг. На медузу, к примеру, не подействует. А ну, внуши мне что-нибудь. Только не из ряда вон выходящее, - хохотнул он. – Танцевать я не умею.

Я впился в его глаза своим гипнотическим взглядом, чувствуя, как у самого в мозгу зашевелилось что-то непонятное, заставившее меня зажмуриться.

«Взлети!» - приказал я ему.

Андрей беспомощно забарахтался в воздухе, сделал два-три кувырка, и шмякнулся в траву, охнув от неожиданности.

- Спасибо, конечно, но этот дар у меня уже утерян. Возврату не подлежит. Однако удалось же!

Я покраснел от удовольствия, словно рак в кастрюле с кипятком. Впрочем, для рака это удовольствием не было.

- Хорошо. Пойдём дальше. О чём я думаю?

Вонзившись мысленно в его мозг, мне вдруг открылась визуальная картина очаровательной незнакомки, какой он представлял себе своим выдуманным образом.

- Мог бы и не спрашивать, - ответил я, хохотнув в свою очередь. – Она теперь будет сниться тебе по ночам.

- Вот едрит… - выругался он. – Хотел подумать о чём-то другом, а вышло всё о ней же. Ладно, с этим тоже всё в порядке. Теперь исчезни!

«Невидим!» - приказал я мысленно.

- Появись!

Я предстал перед ним. Он расплылся в широкой улыбке:

- Грандиозно! За один день! Знаешь, сколько мне потребовалось времени? Почти год! Правда, меня никто не учил, и я доходил до всего постепенно, шаг за шагом, а у тебя это вышло благодаря мне. Выходит, не зря ты меня спас.

Мы оба рассмеялись.

- Летать ты уже можешь и без меня. А теперь последнее. Закрепляющее. Самое важное. Готов?

- Ты о перемещениях во времени?

- Да. Куда бы хотел попасть, скажем, на пару минут, и тут же вернуться назад?

Я надолго задумался.

- Разумеется, первый раз я буду тебя сопровождать, - подбодрил он. – Смелее. Выбирай любое время и любую эпоху.

Прошла минута, прежде чем я решился.

- Хочу попасть к себе, когда я был молодым.

- Хм… - удивился он. – А сейчас ты что, старый?

- Нет. Ты не понял. Хочу увидеть себя тем, кем я был прежде. Перед свадьбой. И Лену хочу увидеть той, ещё молоденькой, когда мы только начинали встречаться, когда я пришёл из армии.

- А-а… - протянул он. – Ясно. Ностальгия?

- Вроде того. Я увижу себя самого и будущую супругу?

- Конечно!

У меня появилось щемящее чувство неги, какое бывает, когда вспоминаешь что-то тёплое, приятное и хорошее, ускользнувшее со временем от тебя навсегда. Словно вся молодость пронеслась у меня перед глазами. Встречи в парке, первые поцелуи, первые ощущения любви, что эта прекрасная женщина останется со мною до конца жизни. Свадьба, рождение дочери, счастье совместной жизни. А дальше…

- Стоп! – оборвал я свои мысли вслух. – А если я наткнусь на самого себя или встречусь с Леной, ещё молодой, и они меня узнают?

- Встречи не будет.

- Отчего такая уверенность?

- Всё просто, Лёша. Если встреча произойдёт, тогда ты помнил бы о ней и поныне. Парадокс временного континуума создал бы петлю Мёбиуса, которая отложилась бы в твоей памяти на все последующие годы. Ты бы сейчас помнил, что когда-то давно, в один из дней твоей, беспечной тогда молодости, тебе - или вам с Леной – что одно и то же – повстречался некий повзрослевший незнакомец, поразительно похожий на тебя, как две капли воды. С поправкой на время, разумеется. Но ты ведь этого не помнишь, верно?

Что-то неуловимое, давно забытое и отброшенное в памяти за ненадобностью, просквозило на миг в моём сознании, пытаясь вырваться наружу. Зыбкое