Элизабет Норрис - Разоблачение

Только вот найти кого-то в этой школе - слишком сложная задача. Мы с Джаредом опоздали и поэтому бежим сразу в аудитории, но даже по пути замечаю группку хулиганов-наркоманов.

На физике я усаживаюсь за двойную парту, между Сесилией и Алексом, и пытаюсь делать конспект по кинетической энергии.

- Умереть, как вкусно, - шепчет Сесилия, протягивая мне шоколад.

- И что под "умереть" ты подразумеваешь?! - шепчет Алекс в ответ.

- У-ме-реть, - повторяет Сесилия и продолжает записывать. Ее энтузиазм и то, как она раскачивается на стуле, будучи на лекции по физике, напоминает мне о том, как же я устала.

Хотя шоколад действительно хорош, тут не поспоришь.

Я продолжаю писать конспект, но не могу на этом сосредоточиться. Мой мозг реально взрывается. Картинки мужчины, у которого стекают кости, доказательство того, что я умерла, а Бен Майклз воскресил меня, напоминают мне обо всем, что произошло и происходит со мной сейчас.

Алекс протягивает мне лист бумаги.

"А вдруг люди в том доме получили смертельную дозу вируса? Может, это были ученые, которые работали как раз над этим вирусом? И что-то пошло не так? Как думаешь?!??!?"

Я качаю головой, я не знаю. Как вирус может сделать такое с человеком?

Кости, превратившиеся в желе?!

"Ты еще не разговаривала с отцом?"

И опять я качаю головой. Первое, что я хочу сделать, вернувшись, домой, позвонить отцу и заставить его выслушать меня. Даже если мы не правы.

Даже если все это не так страшно. Как кто-то может внедрить вирус и контролировать его? Конечно, то, что, случилось в том доме, явно вышло изпод контроля. Но дальше дома ведь ничего не произошло!

Сесилия поднимает руку и спрашивает что-то о различии кинетической и потенциальной энергиях. Я знаю, что должна сосредоточиться на этом... но не могу.

По крайней мере, не сейчас, когда я знаю, что через 15 дней случится что-то ужасное.

Сегодня я должна взломать папин ноутбук и найти, как можно связаться с Барклаем, чтобы он мог вернуть мне должок.

15:04:00:43

На третьем уроке, когда Публит раздает по классу задания, неожиданно открываются двери. Она бросает взгляд в сторону двери и жестом указывает в мою сторону:

- Мистер Майклз, я рада, что вы, наконец, присоединились к нам. Садитесь с Мисс Теннер.

Этого не может быть. Я искала его все утро, а сейчас он здесь. Он выглядит совершенно спокойным и, когда мы встречаемся глазами, на его лице возникает полуулыбка. Мои внутренности делают кульбит, когда я вижу, как он идет в мою сторону. Конечно, он сядет со мной - в аудитории больше нет свободного места.

Публит выдает мне еще один листок, для Бена, с таким видом, будто не замечает, что на ее занятии уже 47 студентов!

- Ваша задача - прочитать отрывок. Будьте внимательны, это предложение руки и сердца. Как следует, проанализируйте, что говорит мужчина, и попробуйте предсказать, что ответит женщина.

Бен садится рядом со мной, очень близко, я опять чувствую запах его мятного мыла, и опять вспоминаю, как умерла. Горло сжимается. Смешно, но мне дико хочется спросить, не из-за меня ли он перевелся в этот класс. Хотя чего я жалуюсь? я же сама его искала!

И, конечно же, он появляется ровно в тот момент, когда нам выдают на чтение предложение руки и сердца. Почему так сложно жить?

- У вас 10 минут, - говорит Публит. - Приступайте!

Я смотрю на Бена, который принимается за работу. Конечно, он даже не посмотрит на меня, если я не заговорю с ним первой. Я смотрю на часы - впереди еще 85 минут занятия, 85 минут до того, как я смогу вытребовать у него объяснения.

Наши глаза встречаются на секунду, когда он переворачивает страницу, его волосы как всегда закрывают почти все лицо.

Я стараюсь сфокусироваться на задании и пережить эти 85 минут.

Переворачиваю страницу и не узнаю текст, возможно, это Дикенс, но я не читала этот роман.

Как сказала Публит, это предложение.

Все очень убедительно. Начинается все с романтической речи и продолжается страстным "я умру без тебя". Смешно!

Я продолжаю читать и замечаю, что что-то здесь не так. Такое ощущение, что с каждым словом речь становится все более драматичной. Между бесконечным повторением о том, как он будет умирать без нее (пожар, вода, преступление, он перебирает все возможные способы), проскальзывает "я хочу сказать, что очарован, я не могу противостоять этому, оно владеет мною". Почему он так говорит? Почему мужчины не говорят, что чувствуют, а лишь обвиняют девушек, что те их соблазняют. Это просто смешно.

Справа - Элис Хан и Винс Ли склонились над бумагами и что-то быстро пишут. Слева - Бен вразвалку сидит на стуле, он даже не прикасался к заданию. Он замечает, что я смотрю на него, и опять эта полуулыбка!

Я возвращаюсь к тексту и перечитываю его.

- Все, стоп! Отложили ручки. Кто-нибудь, расскажите мне, про что этот текст, - говорит Публит и в классе вырастает лес рук. - Мисс Чжу, какие обороты использовал автор текста?

- Он был сфокусирован на слушателях, на ней, - начинает Маргарет.

- Спасибо. У кого-нибудь есть что добавить? - и опять вырастают руки. - Мистер Ли?

- Он обращается к ее эмоциям.

- Не совсем так. В первой части действительно эмоциональное обращение, но во второй части он говорит фактами.

- Да, но это же 19 век! Каждый мужчина обязан был убедить, что он сможет защитить свою жену.

Публит поднимает руку и в классе наступает тишина.

- Давайте вернемся к тексту. Мистер Тречтер, прошу.

Я улыбаюсь и смотрю на Алекса.

- Первая фраза "Ты знаешь, что я собираюсь сказать. Я люблю тебя."

рассказывает нам некую предысторию. Женщина, которой он это говорит, знает, что он любит ее и то, что именно любовь, а не репутация, главное в его обращении. Он говорит о том, как зависим от нее - она может утопить его, сжечь, повесить. Это величайшее романтическое заявление о привязанности и любви.

Так как это Алекс, я спокойно его прерываю:

- Но тебе не кажется, что это ужасно?

- Что вы имеете в виду, мисс Теннер? - спрашивает Публит, улыбаясь, и я понимаю, что права.

- "Ты можешь повесить меня, ты можешь убить меня любым способом" - это то же самое, что "ты можешь поручить мне любое преступление, за которое я расплачусь смертью". Это отвратительно.

- По-твоему, это не романтично? - спрашивает Бен.

Я поворачиваюсь к нему и пытаюсь понять, серьезно ли он говорит это.

Серьезно.

- Вообще нет. Он говорит, что она может быть его смертью. Что в этом романтичного?

- Он говорит, что "может быть", - соглашается Бен. - Потому что он сильно любит ее. Он признает, что она имеет над ним власть, которую он не может контролировать.

- Приведите доказательства из текста? - просит Публит.

Бен вздыхает и наклоняется вперед, при этом передние ножки его стула, наконец, касаются пола.

- Он говорит "мое сознание спутано, я - никто", что доказывает: он сходит по ней с ума и просто бездумно старается постоянно находиться рядом с ней.

Пара ребят хихикают. Чтобы не происходило в их головах сейчас, это явно идет не от сердца.

- Но это не разрешает ему говорить, что она его смерть, - настаиваю я. - Ведь самое лучшее в любви...

Я прерываюсь и вздыхаю, пытаясь сама понять, к чему веду. Не такой я эксперт в романтике.

- Ладно, представим, два человека любят друг друга. Когда они не вместе, они другие, но вместе любовь должна сделать их лучше. Любовь и отношения должны делать людей лучше.

Мда, не самая моя лучшая речь. Я слышу, как хихикает Алекс, мне хочется развернуть и кинуть в него ручкой.

Но у Бена все равно есть ответ:

- Но он говорит, что она может сделать с ним что угодно, что угодно хорошее в том числе. Очевидно, он уверен, что она может изменить его в лучшую сторону.

- Ага, только он не контролирует свои эмоции при этом и не может ей никак противостоять.

- То есть на такое предложение руки и сердца ты бы не ответила согласием? - и опять эта уверенная полуулыбка, будто он уже заранее знает мой ответ.

- Конечно, нет, - я улыбаюсь в ответ.

- Ты не хочешь, чтобы парень признался тебе в любви и сказал, что сделает для тебя все, даже умрет? Тебе этого было бы мало?

Румянец заливает мое лицо. Бен Майклз поставил меня в тупик, невероятно!

Кажется, я начинаю его ненавидеть!

- Ты мечтаешь, что предложение тебе сделают на бейсбольном поле? - спрашивает Бен.

- Не глупи, я не хочу, чтобы весь мир услышал, что мне делают предложение.

Это касается только двоих.

- Так какое твое идеальное предложение руки и сердца? - спокойно спрашивает Бен.

- Серьезно? - я смотрю на Публит, но та лишь пожимает плечами, явно наслаждаясь нашей дискуссией. - Не знаю, мы должны быть вдвоем и я хочу, чтобы он не говорил что-то сверхромантичное или такое, что потом можно было пересказать друзьям, а просто был бы честным. Я хочу, чтобы он наклонился ко мне...- я наклоняюсь к Бену и чувствую тепло его тела, - и сказал: Джаннель Теннер, черт тебя дери, выходи за меня!