Сяо Тай и Жемчужина Дракона - Виталий Абанов

тут все-таки. Изобретательные, не откажешь в этом, но живодеры. Единственный способ удержать народ в узде — вот такими вот способами.

— Ну и ладно. — говорит она наконец: — хорошо. Остановимся в особняке уважаемого господина Ли Шана. Только, чур, пусть поэмы свои мне не читает. Про красоту и удар мечом в глаз.

Глава 6

Глава 6

На въезде в город, вдоль дороги, стояли те же самые столбы с телами на них. Удушающий смрад разлагающихся тел царил в воздухе. Учитывая то, что у ворот стражники внимательно проверяли каждого, здесь скопилась немалая очередь из телег, людей и лошадей, стояли повозки с быками, было несколько ослов с маленькими тележками, загруженными овощами, стояли закрытые паланкины с важными особами, занавески в которых нет-нет да расходились в стороны, открывая бледное лицо, с платком, прижатым к лицу. Стражники у входа работали быстро, не ленились, не пытались вымогать взятки за проход, но все же Ланьин был довольно популярным местом, а постоянный поток людей и товаров по большому торговому тракту обеспечивал все новые и новые телеги, повозки, экипажи и паланкины.

Син Тан Ми не стал стоять в очереди, не стал занимать место в хвосте, он попросту пришпорил свою лошадь и поскакал вдоль столпившихся людей, вперед, к воротам. Сяо Тай уже видела, как кого-то особо сильно возмущавшегося стоянием в очереди и размахивающего руками — отвели в сторону и дали пинка под зад. Так что она с любопытством проследила как Син Тан подъехал к стражникам у ворот и что-то сказал. Стражник вытянулся и кивнул. Махнул рукой, пропуская Син Тана и экипаж с спутницами Сяо Тай, саму Сяо Тай и лежащего в экипаже Ли Шана. Они проехали вдоль очереди под возмущенными и откровенно завидующими взглядами всех этих людей в паланкинах, экипажах и повозках.

— На воротах всегда стоят Серебряные Карпы. — сказал Син Тан, когда они проехали в город: — это их обязанность. Но они отлично знают командира Ли Шана, так что проблем у вас в городе не будет.

— Серебряные Карпы? — Сяо Тай оглянулась на стражника, который стоял у ворот, в тени, создаваемой специальным навесом. Стражник действительно был с головы до ног упакован в серебряную броню. Или в броню, выкрашенную в серебряный цвет. Даже лица стражников казались бледно-серебряного цвета. Неужели они их красят?

— Наш общий друг Ли Шан — из Золотых. Есть Золотые Карпы и Серебряные. Серебряные несут службу на воротах, патрулируют город, сражаются с разбойниками и так далее. Золотые — дворцовая гвардия, лучшие из лучших. — говорит Син Тан, отрывая от лица надушенный платок: — лично я считаю это ребячеством, но между ними вроде как негласное соперничество.

— Вот как. У них даже лица серебряные, это так принято?

— А… это. С какого-то момента пошла мода на эту краску на лице. Говорят некоторые из Серебряных покрывают ею все тело. Некоторые люди слишком далеко заходят в своих стремлениях показать принадлежность к своему подразделению. Золотые повсюду носят свои плащи с золотой изнанкой и конечно же перстни. Серебряные — вон лица красят. Предлагаю поторопиться, дом Ли Шана совсем рядом.

— Да? А я думала на рынок зайти, или по магазинам пройтись, тут у вас вроде большой рынок должен быть? Конечно, уже вечереет, но все же… — Сяо Тай прищурилась на заходящее солнце.

— Солнце садится, скоро наступит время Ночной Стражи. Всем добропорядочным гражданам нужно быть дома после заката солнца. Осенью солнце садится за горизонт стремительно, так что нам лучше поторопиться. — говорит Син Тан и подбадривает свою лошадь.

— Тут с этим так строго? — Сяо Тай пытается вспомнить строгости вроде комендантского часа в Чаньюэне и не может. С другой стороны, она в Чаньюэне всего ничего времени провела и то — в колодках. На ночь ее и мелкого воришку по имени Иши — отводили в тюрьму, так что откуда ей знать. Вон, тот же Цао Цао в свое время был изгнан из столицы, потому что во время комендантского часа, того самого времени Ночной Стражи — поймал какого-то аристократа и велел дать ему сто ударов бамбуковой палкой, что в общем было равно смертной казни. Засекли аристократа до смерти, а потом неприятности начались. Деталь, но важная. О чем говорит эта мелкая оговорка в сказании о Троецарствии? Да о том, что наказания за нахождение на улице во время Ночной Стражи — могли караться крайне сурово. И если какой-то капитан стражи мог дать приказ запороть до смерти практически любого, кто находился на улице ночью — значит комендантский час был весьма тщательно соблюдаем. Видимо, как защита от воров и ночных убийц. Любой, кто находится на улице ночью — нарушитель и все тут. Даже Син Тан, несмотря на то, что друг и приятель племянника генерала Лю — спешит, чтобы не оказаться ночью за воротами.

Значит, нету смысла местный рынок искать, скорее всего продавцы и торговцы уже спешно закрывают свои лавки, запирают окна и двери. Комендантский час в средневековом городе — это не шуточки. Недаром местные судебные исполнители во время процесса стоят с такими здоровенными деревянными палками, большими и длинными, словно весла. Этими палками они порядок наводят во время судебных заседаний, то есть попросту бьют подсудимого по спине. С такими порядками можно и одного судебного заседания не пережить.

— А кто несет Ночную Стражу в городе? — спрашивает Сяо Тай у своего спутника: — тоже Серебряные?

— А кто же еще. Они. Вот мы и приехали. — Син Тан спешивается перед высокими, покрытыми затейливой резьбой красными воротами, приподнимает специальный бронзовый ударник и стучит им по бронзовому же основанию. Спустя некоторое время в воротах открывается небольшое окошко и оттуда выглядывает чье-то заспанное лицо.

— Младший Си, негодник такой! Опять бездельничаешь? — грозно вопрошает Син Тан и лицо тотчас исчезает, испуганно ойкнув. Ворота отворяются, и низенький парнишка с поклоном принимает поводья лошади Син Тана. Тут же прибегают еще люди, они торопливо окружают экипаж и едва ли не на руках вносят Ли Шана в дом, тот успевает сказать что-то вроде «Добро пожаловать в мой дом, юная госпожа» и «ваша красота подобна удару мечом в глотку!», после чего его унесли прочь.

Сяо Тай смотрит на всю эту суету и думает, что человеческий разум устроен удивительным образом — когда Син Тан говорил «особняк Ли Шана пустует»