Повести и рассказы. - Джек Кетчам

налились кровью. Вены, походящие на дождевых червей, пульсировали на его лбу. Он действительно выглядел дерьмово.

Что, блин, вообще с ним творится? Это дерьмо свалилось на него в течение считаных недель. Внезапно Билл Дюмонт оказался высоким, смуглым, но уже не очень симпатичным.

Впрочем, до определённой степени он ценил честность Милли.

— Вот, — он протянул ей деньги. — Выметайся.

— Ты злишься на меня?

— Нет, мне, блядь, щекотно.

— Я всего лишь переживаю за твоё здоровье! Ты плохо выглядишь. Ты выглядишь больным!

Да уж, по ходу всё реально плохо.

— Проваливай.

Он развернул её и отпихнул к двери.

— Эй, тут только тридцать баксов!

— Сегодня у меня нет мелочи. С таким шнобелем можешь сказать спасибо и за десятку.

— Мне надо кормить ребёнка!

— Какое мне дело до твоего выблядка. Пользуйся резинкой. Вали отсюда. И пусть дверь ударит тебя по заднице по дороге.

Он всё ещё слышал её недовольное бормотание в коридоре. Шлюхам надо запретить размножение. Небось живёт на пособие, сосёт кровь из честных налогоплательщиков, вроде него. Государство должно делать им аборты.

— Билл, — сказала Энни придя домой. — Ты выглядишь отвратительно.

Билл сгорбился сидя на диване с пивом. Если ещё кто-то скажет мне это, я устрою массовое убийство. И начну с неё.

— И я размышляла над этой проблемой, — продолжила Энни.

Она подошла к дивану, и достала из белого бумажного пакета коробку.

— Просто не могу поверить, что это не пришло мне в голову раньше. Храп, ночная возня, нарколалиа…

— Нарко-чё?!!

— Разговоры во сне, Билл. Налицо все признаки прогрессирующего расстройства сна. А расстройства сна ведут к серьёзным проблемам со здоровьем. Например, к гипертонии.

Она разбиралась в таких вещах. Она работала лицензированной медсестрой в клинике для гипертоников.

— Доктор Сеймур разрешил мне позаимствовать эту штуку.

Она развернула длинный резиновый шланг, обмотанные вокруг пластиковой коробки с маленьким LCD-дисплеем. Это был монитор артериального давления.

— У меня с давлением всё в порядке, — сказал Билл.

— Ну вот и проверим. Билл, гипертонию называют «Тихим Убийцей». Она может быть у тебя долгие годы, без твоего ведома. А расстройства сна, особенно сопровождаемые храпом, могут негативно повлиять на неё. Во время храпа ты недополучаешь кислород и это угнетает твою кардиоваскулярную систему. Ускоряет твой кровообмен.

Она расправила рукав тонометра и обернула вокруг его руки.

— Не дёргайся.

Потом она начала нажимать на резиновую грушу. Машина запищала.

Ему не измеряли давление уже много лет. С какой стати? Только старики постоянно думают о своём давлении.

— Послушай, Энни, у меня отличное давление.

Писк прекратился.

— Билл, у тебя точно проблемы с давлением. 180 на 110. Слишком высокое. Это может тебя прикончить. Словишь ЦСК.

— Что такое ЦСК? Что-то типа ЦРУ?

— Церебрально сосудистый криз, Билл. Инсульт. А в качестве альтернативы можешь заработать ИМ.

— ИМ? Индивидуальный менеджер?

— Инфаркт миокарда. Сердечный приступ.

Да пошло оно всё нахуй, — подумал он.

Энни его пугала.

Но зачем ей преувеличивать?

— Я переживаю за тебя, Билл, — сказала она. Энни присела и заглянула ему в глаза, он почувствовал её встревоженность. — Я люблю тебя.

Господи. Билл ненавидел слово на букву «Л».

— Я хочу, чтобы ты сходил к доктору, — сказала она.

Он заглянул в её потрясающее декольте и подумал о том, что если он крякнется от гипертонии, ему больше никогда не облапать всю эту красоту. Она достанется какому-нибудь другому парню.

— Я схожу к врачу.

Собственно, он так и поступил, несмотря на всё своё нежелание.

Доктор Сеймур был боссом Энни. Судя по всему, у доктора было похмелье, но Билл не переживал. Энни ему доверяла. Доктор выписал ему два рецепта.

— Это на покупку диуретика. Понижает общее кровяное давление, крайне полезно при гипертонии. Но для такого чрезмерного давления, как у вас, нужно кое-что ещё.

Чрезмерное давление. Просто, блин, замечательно. Но тут Билл выдержал и совершил редкий для себя поступок — заткнулся и слушал специалиста.

— Вторая таблетка называется «Клонифил», — сказал Сеймур. — Принимаете дважды в день — после пробуждения и прямо перед сном. Это блокатор кальциевых каналов.

Тут Билл не выдержал.

— Мне вообще пофиг, хоть блокатор, хоть полузащитник «Нью-Йорк Джетс», лишь бы это давление стало чуть более вялым.

— О, за это не переживайте.

Неужто Сеймур ухмыльнулся?

— Правда у вас станет вялым кое-что ещё. Но давайте будем решать проблемы по мере их поступления. Сейчас приоритетом является ваше здоровье.

Билл осунулся. Ему не нравилась вся эта вялая тема.

— А не выпишите ли вы мне рецепт на…

— Виагру? Ну, разумеется. Но не раньше, чем через полгода. Ваш метаболизм должен акклиматизироваться к антагонистам кальция. Как я и говорил — будем решать проблемы по мере поступления.

Прекрасно. Буду полгода жить с членом на полшестого. Отстой. Всё это было несправедливо.

— Ситуация настолько серьёзная?

— Говоря врачебным языком, у вас четвёртая степень острой гипертонии, Билл. Пятой степени не бывает. Не будете принимать эти таблетки, и тонометр очень скоро покажет вам «ноль на ноль».

Билл взял лекарства. В любом случае, Энни была не настолько хороша в постели, чтобы убиваться. А Милли — просто прошмандовка, которая не всегда приятно пахнет. Полгода он выдержит. Но он никогда не позволит Эр. Джею увести его клиентов, в которых он вложил годы своей работы.

Только через его труп.

* * *

Билл во всём ценил порядок, поэтому он купил себе маленькую пластиковую коробку, в которую клал таблетки на день. В коробке было три ячейки — УТРО, ПОЛДЕНЬ и ВЕЧЕР.

Он почти ничего не заплатил за лекарства, его страховка покрывала их. Два бакса за рецепт. Ему не очень нравилось то, что теперь он вынужден глотать колёса — но если от этого зависела его жизнь? Ничего страшного. Таблетки спасут ему жизнь, как говорил доктор Сеймур. И большая часть «побочек» была практически незаметна. Кроме одной.

Из-за диуретика он ссал, как лошадь.

Ему приходилось вставать по пять раз за ночь. Как-то Энни пробормотала в полусне:

— Пока ты в сортире, по крайней мере я не слышу твоего храпа.

Так-так, расслабься, не горячись, — подумал он про себя, хотя его желудок свело от ярости и чувствуя, что мочевой пузырь вот-вот лопнет. — Держи себя в руках. Было бы неплохо её как-нибудь придушить, но пусть пока это остаётся фантазиями.

К тому же она замечательно готовила.

А лекарства между тем, помогали.

Его кровяное давление вернулось в норму, что его приятно удивило. Что его удивило неприятно, так это то, что он продолжал храпеть и говорить во сне. А каждое утро он выглядел так, будто его переехал грузовик.

Акклиматизируемся, акклиматизируемся, — повторял он