Обнуление - Александр Изотов
Лекарь сразу же нахмурился, а значит, я снова попал в точку… Да, он ведь именно на это и надеялся. Притащит меня к начальнику, я на него нападу, и Рудо даже доказывать ничего не надо будет. Мол, видели боевого нуля? Вот он, шпион!
Правда, ещё большой вопрос, смог бы я елозить по земле, как обычный ноль, размазывать сопли и просить в страхе «великих господ пощадить»? Сотник может и ради забавы просто раздавить меня, поэтому мне и не хотелось доводить до такого. Слишком большой риск.
— И потом… — продолжил я, — … ну поверит тебе сотник. И что он сделает?
— Что?
— Думаю, все лавры заберёт себе. А тебе, Алый Кролик, отвесит смачного пинка по заднице, чтоб не лез куда не надо, а дальше нянчил своих сраных нулей в шахте.
Рудо аж воздуха хапнул от злости.
— Да ты…
— Ну что, я не прав разве?
— Дерьмо нулячье! — зверь вдруг вскочил и пнул останки стола. От его пинка тот с хрустом потерял ещё одну ножку, — К нулям драным это всё!
— Сложно, да? — я рассмеялся, — Сложно самому принимать решения, Кролик?
— Заткнись, ноль! Небом прошу, заткни свою пасть!!!
Лекарь в ярости ткнул кулаком в стену, отчего один из кирпичей хрустнул. Но зверь, зашипев, стал тереть костяшки… Да ты ж совсем слабак, зверьё пустое! Хильда вот вообще стены прошибала… кхм… мной.
Затыкаться я, кстати, не собирался:
— Мне надо всё выяснить и просто выбраться отсюда, — я спокойно продолжал, — Я могу тебе предложить только выиграть кучу денов. Если же я доберусь до… кхм… до хозяина, то могу предложить его покровительство, может, даже всей твоей стае, но сейчас-то этого ни хрена не будет. Ведь когда это случится? Я даже не знаю, зверь, выиграем ли мы эту войну.
Лекарь как раз подлечил свой кулак, но тут снова с досады воткнул его в стену. И, шмыгнув носом, опять стал лечить. А он точно кролик, а не мышь? А то плачет, да продолжает жрать кактус…
Тут Рудо снова плюхнулся на табуретку. Красный от волнения, он выпалил:
— Ты вообще понимаешь, что такое арена⁈ Да когда там увидят, как ты косишь нулей ножом, думаешь, у них не возникнут вопросы⁈ — он ткнул пальцем в кинжал в моих руках, — А если ты ещё и первушника вдруг завалишь, как этого… кхм… этого, — он махнул головой на почти исчезнувший пепел, и поперхнулся.
Я лишь покачал головой, мол, «ну ты и тугодум!» — и бросил кинжал под ноги зверю. Тот слегка опешил, вдруг поняв, что теперь я совершенно безоружен.
— Рудо, мастер первый след, зверь стаи Алых Кроликов, — проникновенно сказал я, — Хочешь увидеть хилую и неуклюжую возню нулей? Увидишь! Буду биться так, что никто ничего не поймёт… Чем они там сражаются, камнями и палками? Значит, буду крошить противников камнями и палками. Мажут друг друга соплями? Утоплю врага в соплях… Я же тебе сказал, зверь, я не обычный ноль.
— Вижу, вижу, — лекарь прикусил губу и чуть не завыл, закрыв глаза и качая головой.
Снова вскочил, стал бешено нарезать круги по каморке, вокруг бедной табуретки. Пнул кинжал так, что тот откатился ближе ко мне. Я даже не обратил внимания, пусть думает.
В жизни всегда так. Небо часто бросает своим детям шанс прямо под ноги, но у большинства просто кишка тонка его поднять. А некоторые так и таращатся в небо, не замечая, что у них всё под ногами.
— То есть… Ох, Небо, смилуйся! Седой Кролик, ну помоги! — лекарь прислонился лбом к стене, пыхтя и сдувая с неё пыль. А потом вдруг ощерился совсем не по-кроличьи, — Ну, твари! Вы у меня попляшете!
И сел на табурет.
— Ноль, так какой у нас уговор?
Я с трудом сохранил самообладание. Ну наконец-то, что-то родил. И достался же мне в этот раз нытик.
— Ты берёшь меня на вашу местную арену, — сказал я совершенно честно, — Чтобы мне было легче отсюда сбежать.
У лекаря улыбка медленно сползла с лица…
— Сделаю это так, чтобы тебя не подставить, — быстро добавил я, — Так что тебе тоже придётся пораскинуть мозгами, придётся мне иногда подсказывать.
— А как же дены? — уныло спросил Рудо.
— Думаю, мы успеем с тобой нехило заработать.
Лекарь нервно постукивал по коленке и при этом топал. То хмурился, то улыбался, то жалостливо жмурился, приговаривая «Седой Кролик, Седой Кролик».
— Не хотел тебе говорить, но есть у нас иногда охота… — наконец, выдал он.
Моё сердце сразу забилось, как бешеное. Вот же нулячья моя мера!!!
— Так понимаю, охота, это где ноль может попытаться сбежать?
— А-ха-ха! Да сколько я здесь был, ни разу такого не было. Нет, обычно нулям предлагают в качестве награды нуляшку. Правда, тем нулям, кто хорошо бьётся и отбивает своим хозяевам ставки, и так всегда дают нуляшек. Ну а за что ещё нулю биться? Не за свободу же⁈ — тут Рудо хохотнул, а потом смутился, — А, ну да…
Он растерянно почесал затылок.
— Нуляшек-то у меня и нет, ноль.
Уже чуть я не взвыл от его тупости. Марк, ты же был человеком! Где твоя человеческая воля⁈ Так, спокойствие, только спокойствие…
— Зачем же нулей на охоту выставлять? — спросил я.
— Ну, когда зверю за это предлагают двадцать, а то и тридцать денов… Это ведь несколько жалований! Десять раз подумаешь, ведь нулей под землёй тысячи, ещё одного такого же бойца наверняка найдёшь.
— Ясно, — я усмехнулся, — Ты говорил, старшая стая к вам привозит своих прималов-первушников. Они тоже охотятся?
— И такое бывает. Но чаще всего это просто начальники стражи развлекаются… Мол, дайте нам ваших лучших нулей, поразмять звериные косточки — и всех бойцовских нулей под нож! Но как Сильверитовому городку откажешь? — тут Рудо смутился.
— Сильверитовый Городок?
— Там наше начальство. Хозяин рудника, его слуги, сотники, управляющие… Это земли Грызущих Кротов, и они по сути переехали сюда. В Сильверитовом городке принимают вождей и даже приора!
Я кивнул.
— Арена так-то запрещена, но в то же время… ну-у… если осторожно… то там все делают ставки, даже хозяин рудника. Но хозяин не любит проигрывать.
Это вызвало у меня усмешку. Ясное дело, если кто-то узнает, что тут нулей учат драться, это чревато наказанием. Прямо их никто не учит, но откуда ты знаешь, что учудят ушлые звери, чтобы их нули приносили им больше денег?
И всё же рудничная
