Эромант. Система Соблазнения - Сергей Николаевич Чехин

себя совершенно другим человеком. Даже если это чары — я им только рада, потому что они освободили мой разум и душу от навязанных правил и вколоченных в голову инструкций.

Мерлин насилием и муштрой превращал учеников в послушные механизмы, но ты показал мне иной путь — путь любви, радости и созидания. Я больше не хочу работать на Компанию. Не хочу следовать ее миссии и кодексу. Не хочу мучить и убивать людей ради чужих — и чуждых мне — интересов.

Все, чего я теперь страстно желаю — это ты. С надеждой на скорую встречу. Что просил — ищи под крышкой. А сверху — кое-что еще, на добрую память.

Сердце опять заскребли кошки. Воочию представил, как Джонс в одной ночнушке сидит в полутьме каюты и пишет прощальное послание, давясь слезами и в то же время сгорая от страсти.

Интересно, почему полное подчинение не превратило Кассандру в зомби-рабыню, а сделало нормальным человеком? И почему то же не случилось с Омадой — уж не потому ли, что она погибла слишком быстро?

Да и на Беляну предел отношений повлиял в лучшую сторону — из стукачки и сплетницы сделал настоящую партизанку, что пошла на пытки ради высшей цели. Хрен знает, как это работает — разбираться надо. Но сейчас куда важнее выяснить, что значит — под крышкой? Ведь подарки как раз под ней, а не сверху. Выходит…

Снял брезент и сразу понял, что у ящика второе дно. Ножиком для писем подковырнул дощечку и обнаружил под ней плотно утрамбованный гроссбух, пару блокнотов и толстый свиток. Глаза блеснули, как у тех типов в «Криминальном чтиве». Тронул надувшую подругу за плечо и указал на подгон:

— Знаешь, что это? Это, — постучал ногтем по пыльной обложке, — «Возмездие».

Нас перебил протяжный рев портовой сирены.

— Пора, — Маша закрыла ящик и увлекла меня за собой.

Мы вышли на площадь, куда уже согнали немалую толпу. Как и в прошлый раз, всюду колыхались тряпки и флаги, оркестр играл гимн, а жители из радости покорно изображали скорбь, стараясь лишний раз не смотреть на стоящих у сходней големов.

— До чего же чудная и приятная командировка! — на крыльцо особняка выкатился Пинкер, пошатываясь и придерживая раздувшееся брюхо. — Вот бы каждый раз — так.

— Рад, что вам понравилось, инспектор, — Маринин и Дюран рука об руку шли рядом. — Жаль, что уже покидаете нас.

— Что поделать! — толстяк пожал плечами. — С моей стороны не подкопаться — весь манород крупинка к крупинке. Да и мисс Джонс уже завершила расследование. Как чаще всего и бывает, слухи оказались просто слухами.

Кэс посмотрела мне прямо в глаза и с благодарностью кивнула. Я кисло улыбнулся в ответ — даже если агент исправилась под влиянием эромантии, это ничуть не умаляет ее предыдущих злодейств.

— Ну, до скорой встречи, — Роджер охотно пожал ладони мужчинам и расцеловал ручки дамам. — Всего вам хорошего. Можете рассчитывать на мою личную протекцию в вопросе вашей женитьбы.

— Премного благодарен, — князь учтиво поклонился. — Доброго полета.

Под слезные «гудбаи» и торжественную музыку сборщики погрузились на борт, и корвет с тихим гулом взмыл под облака.

— Наконец-то, — прорычала блондинка.

— Жду вас всех в летнем домике, — сказал я. — Нужно многое обсудить.

Мы отправились на совет прямо с площади: я, Анри, Михаил и Мария. Когда все сели за стол, я переложил из ящика гроссбух, блокнот и сверток с чертежами. Едва пролистав несколько страниц, великан распахнул глаза и в недоумении выдохнул:

— Это схемы и детальные описания манородного реактора, систем управления полетом, устройства брони и орудий. Где ты это достал?

— Неважно. Главное, что агент передаст Мерлину согласованный отчет, и янки надолго от нас отстанут. За это время мы должны заручиться поддержкой соседей и создать собственный летучий флот. Но просто слова никто слушать не станет. Чтобы убедить колонии присоединиться к восстанию, понадобится аргумент — и мы построим его с помощью этого, — хлопнул ладонью по документам.

— С ума сойти, — Мария склонилась над исписанными листами и присвистнула. — Даже на канонерку понадобятся десятки тонн стали. Придется очень сильно постараться, чтобы столько собрать. Как бы не пришлось последние гвозди переплавлять — и то не факт, что хватит.

— На броне можно сэкономить, — предложил отец. — Как по мне, добрый меч всяко лучше щита.

— Дело даже не в броне, — продолжила блондинка, скользя пальцем по закорючкам и символам. — Реактор выдает слишком много мощности, и деревянный корпус не выдержит перегрузок. Тем более, что речь идет о маневрах в воздухе.

— Вы все спорите о войне, а я считаю, что одной грубой силы недостаточно, — возразила рыжая. — Без помощи нам не справиться, а для союза нужен сильный и понятный всем мотив. Такой, что если не сдружит заклятых врагов, то хотя бы заставит работать сообща. Надо убедить князей, что путь на волю лежит через Авалон. Что это Мерлин и его компашка виноваты в проклятом тумане, и если сокрушить АТК — рухнет и завеса.

— План хорош, — Михаил поправил галстук. — Но как его осуществить? Игнатов — на широкой ноге с американцами, а Полянский — старый закостенелый фанатик. Переубедить их будет крайне тяжело.

— Мой дорогой pere, — хмыкнула Маша. — Семен убедил агента Службы Безопасности плясать под нашу дудку. Думаю, с соседями тоже справится.

— Не все так просто, — проворчал я, вспомнив, что рычаг давления (то есть, женщина) всего один. — Но я приложу все усилия, чтобы решить эту проблему. И первым делом отправлюсь к Игнатовым — заодно и стали раздобуду для жарких переговоров с Полянским.

— И как ты себе это представляешь? — нахмурился бородач. — Просто заявишься к ним и заставишь примкнуть к заговору?

— Вроде того, — не без гордости ухмыльнулся.