Повелитель огня III - Алексис Опсокополос

— Мы не знали, — ответил огневик.

— Не знали и устроили засаду?

— Перекрыты все дороги из Черногорья в Престольные земли. Вы пошли по той, который охранял наш отряд.

— Но как вы узнали, что мы идём именно в Престольные земли? — продолжил напирать горан.

Пленник на это лишь развёл руками и ответил:

— Не я выдавал приказ перекрыть дороги. Как об этом узнали Старшие братья, мне неведомо.

И в этот раз огневик сказал правду. Впрочем, тут и без его ответов всё было понятно: чаровники не идиоты — нетрудно догадаться, что раз мы полезли в горы, то обязательно постараемся с них спуститься. И чтобы нас на этом спуске поймать, нужно перекрыть все пути. Оставалось непонятным: перекрыли дороги лишь в Престольных землях или вообще везде? Был ли у меня хотя бы теоретический шанс пробраться по горам до границы Велиградского княжества? Но ответы на эти вопросы допрашиваемый явно не знал, поэтому время на пустую болтовню тратить не стоило.

— Ладно, не вижу смысла дальше тратить время, — сказал я, убирая руку с подбородка огневика. — Ты можешь уходить.

Пленный быстро вскочил на ноги и чуть ли не бегом отправился вниз по тропе. Он бы и побежал, да сил не хватало.

— Почему ты его отпустил? — спросила у меня Ясна.

— А какой смысл его убивать, если мы отпустили других? — задал я встречный вопрос.

— Он расскажет, о чём ты его спрашивал.

— Я его спрашивал об элементарных вещах. Нам никак не навредит, если он кому-то перескажет наш разговор. Не стоит убивать кого-либо, если в этом нет нужды. Ну и если это не наказание за совершённое преступление. А этот огневик действительно всего лишь выполнял свою работу.

— Правильно сделал, что отпустил, — поддержал меня королевич. — Гораны тоже не убивают пленных. Это недостойно.

— А он бы вас не отпустил! — заявила юная княгиня, не оценившая нашего с Гореком благородства.

— Забудь о нём, Ясна, он уже ушёл, всё, — закрыл я тему.

— Ещё не ушёл, — возразила воинственная девчонка и покосилась на свой лук.

— Ушёл!

— Ну ладно, ушёл, — вздохнув, приняла неизбежное Ясна и спросил: — А мы куда теперь пойдём?

— Сначала — как можно дальше отсюда, — ответил я. — А там по ходу дела будем думать.

Горек кивнул, соглашаясь со мной, и достал карту. Развернул её, изучал примерно минуту и в итоге сказал:

— Если поспешим, есть шанс к ночи добраться до Пепельного пролома, а за ним почти сразу будет подходящая для ночёвки пещера.

— К ночи, это к которому часу? — уточнил я.

— После вылета мглецов на охоту, — ответил сразу по существу королевич. — Но у Ясны есть амулет, а у нас зачарованное оружие. От мглецов мы отобьёмся, а от большого отряда огневиков, особенно если в нём будут боевые чаровники, вряд ли. Поэтому предлагаю уйти максимально далеко, чтобы до конца дня нас не догнали. А ночевать в горах огневики не станут, и утром нас уже никто не будет преследовать.

— Неплохой план, — похвалил я Горека. — И знаешь, что мне в нём особенно нравится?

— То, что другого нет, — ответил догадливый королевич.

* * *

Самопровозглашённый Крепинский князь Чеслав — племянник свергнутого чермянами и ими же казнённого князя Любомира Чеславовича вошёл в большой переговорный зал Велиградского князя, где помимо самого Борислава Владимировича, присутствовал лишь его брат — Видогост. Чеслав прибыл в Велиград буквально час назад, и прибыл он инкогнито. Никто, кроме Велиградского князя, его брата и нескольких человек, организовавших эту встречу, никто не должен был знать о приезде Чеслава.

— Мир дому твоему, князь! — произнёс прибывший, едва переступив порог. — Здравы будьте, Борислав Владимирович и Видогост Владимирович! Благодарю вас, что согласились принять и выслушать.

— И ты здрав будь, Чеслав! — ответил Велиградский князь. — Я не мог не принять племянника Любомира Чеславовича. Да и предложение мне от тебя передали интересное. Как я понимаю, ты прибыл, чтобы подтвердить всё, что нам ранее предложили твои посланники?

— Да, Любомир Чеславович, правда твоя, для этого и прибыл, — ответил Чеслав.

— Ну тогда присаживайся за стол и рассказывай.

Чеслав слегка преклонил голову в знак благодарности за то, что князь пригласил его за свой стол, быстро сел на лавку и произнёс:

— Моя дружина готова идти на Крепинск, наши друзья в столице готовы нас поддержать, мы ждём лишь твоего решения, Борислав Борисович. Если ты нас поддержишь, мы можем выйти хоть завтра.

— Чтобы тебя поддержать, я должен знать, что получу, когда мы прогоним чермян и ты сядешь на Крепинский престол.

— А чего ты хочешь, князь?

— У меня два условия, — сказал Борислав. — Первое: когда ты станешь Крепинским князем, ты возьмёшь в жёны мою дочь Белославу; второе: мой сын Владимир станет Речинским наместником.

— Для меня великая честь взять в жёны твою дочь, князь, — ответил Чеслав. — И я уверен, что Владимир станет хорошим наместником в Речине.

— Значит, мы договорились, — резюмировал Велиградский князь.

— Договорились, Борислав Владимирович, договорились, — подтвердил Чеслав.

— Тогда отдохни сегодня с дороги, а завтра с утра вместе с воеводами будем думать, как нам выбить чермян из Крепинска.

* * *

Мы дошли-таки до Пепельного пролома. Два раза по пути отбивались от мглецов, потому как, собравшись в стаю больше пяти голов, они теряли страх перед амулетом Ясны. То ли наличие сородичей добавляло тварям храбрости, то ли амулет распределял свою силу на каждого поровну, и шестой или седьмой его части уже не хватало, чтобы отогнать мглеца, но, собравшись в таком количестве, звери начинали считать нас доступной добычей.

Впрочем, отогнать ящеров проблем не составило, мы больше переживали, чтобы кто-нибудь из них не зацепил Добрана или Желтка. Попадись нам по пути стая побольше, там был бы другой расклад, но группы до десяти зверей мы разгоняли без проблем — убивали двух-трёх, и остальные улетали.

Пройдя через пролом, мы вышли к нужной пещере, где наконец-то смогли остановиться на ночлег. Быстро поужинали, доев остатки всех наших припасов, после чего Добран с Желтком отправились спать, а мы с Гореком и Ясной принялись обсуждать наш дальнейший путь.

— Скажи, Горек, если сильно постараться, есть возможность по горам