Вик Разрушитель 7 - Валерий Михайлович Гуминский

расцветала гордость за свою кровиночку, умеющую видеть на несколько ходов вперёд, и готовую пожертвовать личным счастьем.

— Ну… да. Только не по приказу злого дядьки. Сама выберу жениха.

— Ладно, — рассмеялся Голицын и прихлопнул ладонями по столу. — Я тебя понял. Ступай к себе, мне поработать нужно, а ты такую сумятицу внесла в мои планы. А с дядей Патрикеем поговорю ещё раз. Надеюсь, одумается и перестанет фрондировать.

Арина попрощалась с отцом и вернулась в свою комнату. Закрыв ладонями пылающее лицо, она рухнула на кровать и долго не могла прийти в себя. Надо же до такого додуматься, чтобы отцу указать, за кого ей замуж выходить! Но ведь она права! Миша Корибут-Воронецкий слишком рафинирован и скучен, живёт по правилам общества, и чтобы сделать самостоятельный шаг в сторону, думает мучительно долго и колеблется. Ну да, мил, общителен и ухаживать умеет, как и отстаивать честь на дуэлях. И как-то не вяжется его образ на людях с бешеной неуёмной энергией шалопая, ставящего всю Москву на уши. Будет ли с ним семейная жизнь спокойной, Арина не знала, потому что не сможет долго жить по Домострою. Кровь потребует риска, но не такого, в какие периодически впадает Воронецкий. У него ещё детство в одном месте играет. Андрей же запросто делает то, что ему нужно, и недаром стал жупелом среди оппозиционного дворянства. Все дрожат и ждут, когда он придёт в их дом и погасит Источник. Стать женой «Разрушителя Алтарей» почётно и даже немного страшно. Но зато живёшь, а не тлеешь, загнанной в рамки условности!

— Впрочем, ещё ничего не решено, — успокоилась Арина. — Поступлю в университет, получу образование, а там видно будет.

3

Чёрный микроавтобус «Руссо-балт» въехал на территорию ленского особняка, и шурша колесами по горячему асфальту, ставшему как пластилин под жарким якутским солнцем, остановился возле беседки, больше похожей на китайскую пагоду, чью крышу поддерживали шесть мощных столбов из лиственницы. В ней не было ни одной стены, что давало возможность по вечерам любоваться закатами и ощущать свежесть ветра.

Скрежетнув полозьями, дверца отъехала в сторону, и из салона стали неторопливо вылезать крепкие, загорелые на местном солнце мужчины, каждому из которых было не меньше тридцати лет, а то и чуть больше, но именно в том возрасте, когда здоровье и физические кондиции находятся на самом высоком уровне. Все одеты в полувоенный камуфляж, который мог легко сойти за охотничью амуницию, на ногах — высокие берцы на мощной рифлёной подошве.

Один из мужчин распахнул заднюю дверцу багажника и стал играючи вытаскивать оттуда высокие рюкзаки, набитые доверху. Сразу посыпались шутки, сдержанные матерки, когда чей-то походный мешок падал на землю.

— Живее, парни! — из машины вылез ещё один мужчина, единственный из всех, выглядевший старше и опытнее по своей походке, взгляду и скупым, выверенным движениям. Нахмурил выцветшие брови. — Рюкзаки положите возле беседки. Размялись — и будя. Стройся в одну шеренгу!

Крепкие парни в количестве девяти человек без спешки выстроились у «пагоды», и даже подравнялись, завидев идущего к ним князя Мамонова и «безопасника» Лёню Козулина. Тот держался за спиной, успевая цепко оглядывать прибывший отряд.

— Смирно! — рявкнул старший и чётко выверенным шагом пошёл навстречу хозяину усадьбы. Остановился в паре метров, вскинул руку к кепи, на мгновение замер и выпалил: — Ваша светлость, отряд «Рысь» прибыл в полном составе для выполнения спецзадания!

— Здорово, Алмаз, — усмехнулся Мамонов, которому в некоторой мере нравилась армейская дисциплина, царившая в боевых группах, занимавшихся усмирением соседей и наказанием врагов клана. Поэтому он и не обращался к командиру по имени, предпочитая позывной. Впрочем, как и остальные. Имена их были доверены картотеке семейной СБ. — Как добрались?

— Потряслись немного, — Алмаз стянул кепи и пригладил лоснящийся от пота ёжик тёмных волос. — Сто километров по бездорожью пришлось ехать. Трассу размыло. На юге сильные дожди прошли.

— Ну ладно, знакомь меня со своими «рысятами», — усмехнулся Георгий Яковлевич, краем глаза заметив, как на крыльцо в сопровождении горничной вышла Аксинья, придерживая выпирающий из-под платья живот. Вот же любопытная баба! Сидела бы на террасе в тенёчке, нет на улицу потянуло. — Гляжу, у тебя сахаляры есть.

— Они великолепные охотники и стрелки, — Алмаз вытянул руку, приглашая князя подойти к шеренге. Начал знакомить слева направо, с крепыша среднего роста, русоволосого, с застывшим взглядом. — Рой, мой заместитель, профи высшего класса. Может без всяких скрывающих амулетов пробраться в лагерь врага и вырезать его.

Следующим был худощавый, словно из жил свитый сахаляр с матовой кожей.

— Сухой. Снайпер отряда. Хоть и неодарённый, но местные духи ему дали всё, что положено: зоркий глаз, твёрдую руку и железное терпение.

— И белке в глаз? — улыбнулся князь.

— Ну, это уж мифы про такую меткость, — хмыкнул Алмаз. — Охотники больше дробью стреляют, причём, в голову. А вот в глаз врага пулю вогнать Сухой сможет без проблем.

И пошло. Батон, Резкий, Шторм, Вискарь, Викинг, Диас, Ковбой…. Забавно, что у последних двоих явно просматривалась кровь испанских идальго. Оба со смуглым цветом лица, но никак не сибирского загара, с жёстким курчавыми волосами и тонкими пижонскими усиками.

— Они братья, — увидев интерес князя к этим парням, пояснил командир. — Я их во Владивостоке заприметил. Отца каким-то ветром занесло из Калифорнии в наши края, познакомился с русской красоткой, а вот эти жеребцы — плод их любви.

Диас и Ковбой синхронно улыбнулись, обнажив крепкие белоснежные зубы. Правда, у Диаса мелькнула золотая фикса. Успел, паразит, где-то погулять с лихими ребятами, нахватался атрибутики.

— Отлично, — Мамонов отходит на несколько шагов от шеренги и снова оглядывает бойцов, с которыми ему предстоит ехать на Аляску и во враждебном окружении добраться до Небесного Камня. Обязательно нужно доставить его в Якутию, и тогда у Рода появится шанс противостоять Мстиславским в долгом изнуряющем противостоянии. Да, пусть и завуалированном союзным договором, но это не отнимает права у тех или других использовать хитроумные ходы для ослабления союзника. Ничего удивительного, и такое бывает в мире, где правит одарённая аристократия. Этакие щипки, удары исподтишка, чтобы не спали, держали ушки на макушке. — В общих чертах вам известно, куда направляемся?

Сдержанный гул подтверждающих голосов — и снова тишина.

— Тогда кину вам ещё одну вводную, чтобы потом не было ворчания и хмурых взглядов. Через несколько дней ко мне приезжает младший сын,