Вик Разрушитель 7 - Валерий Михайлович Гуминский

И не стал убирать Силу. С удовлетворением ощущал, как передо мной клубятся потоки спрессованного воздуха, готовые одномоментно разрушить эту комнату. Возможно, и на гостиницу хватит. Но я не хотел устраивать здесь тотальное уничтожение. Вот только Арабелла…

— Азиатские техники? — с любопытством спросил Дик, присаживаясь рядом с ней.

— Учился немного.

— Теперь понятно, почему с вами китаец.

Я не стал поправлять его. Чем меньше знаешь, тем крепче спишь и дольше живёшь. А то вместо одного человека придётся ликвидировать двоих.

— Мистер Трейси, убедите мисс Стингрей принять моё решение, — я поглядел на Дика. — Поверьте, оно самое здравое. Меллоны вас обманут и выкинут на помойку, когда заберут всё, что вам дорого. Самое лучшее сейчас — дать мне поговорить с отцом, чтобы он убедился в моей безопасности. Так вы заработаете очки в свою пользу. Если же вы желаете получить компенсацию за использование движков без разрешения правообладателя, то князь Мамонов заплатит её при одном условии. Вы переезжаете в Россию и мы подписываем всеобъемлющий договор о сотрудничестве.

— Вы умеете торговаться, принц, — улыбнулся Дик, убедившись, что я не собираюсь буянить.

— Так если ко мне с уважением, то и я мягкий и пушистый, — отшучиваюсь в ответ. — Итак, мисс Стингрей? Ваше решение?

— Оно неизменно, — твёрдо произнесла упрямая Арабелла. — Ты остаёшься под моим присмотром, пока я веду переговоры с князем Мамоновым. Компенсацию я в любом случае получу, ну и кое-что ещё…

Нет, эту даму нужно осаживать без всяких сантиментов. Но… подожду, о чём она договорится с отцом.

— А какое сегодня число? — спросил я.

— Восемнадцатое августа, — не удивившись, ответил Дик.

Ого, с момента переноса Небесного Камня через портал прошло десять дней. А мне показалось, что по тайге и тундре мы бродили две недели, не меньше. Ну что ж, время для возвращения на «Аквамарин» есть. Можно и расслабиться.

— Ну ладно, тогда я пойду, — демонстративно встаю. — Только не забудьте, господа, что мне нужно к началу учебного года быть в Москве. У нас очень серьёзные преподаватели, они не любят, когда ученики прогуливают занятия.

— Молись, юноша, чтобы твой отец оказался благоразумным, — усмехнулась Арабелла на пассаж про учёбу. — Скотти!

Шершень ввалился в комнату мгновенно, как будто стоял с той стороны, навалившись на дверь. Окинув взглядом нашу компанию, успокоился. Думал, что я тут бушую?

— Отведи мальчика в гараж, и утром не забудь накормить заложников, — приказала Арабелла.

— А что делать с индейцем?

— Как решу все дела, отпустим, — она пожала плечами. — Мне абориген не нужен.

Обратно мы шли по той же дороге, только менее оживлённой. Люди ложились спать перед завтрашним тяжёлым днём. Это мы развлекаемся, а работники пашут, чтобы прокормить себя и семьи.

Монах так и продолжал сидеть на лавке, только теперь из радиоприёмника бодро тренькало банджо и бренчала гитара под хрипловатый голос какого-то местного певца.

— Босс, когда сменишь? — спросил он, увидев нас.

— Через полчаса, — Шершень толкнул меня в раскрытый проём двери. — Топай, и сидите там тихо.

Дверь захлопнулась заскрежетал засов. В темноте ничего не было видно, поэтому я выставил руки перед собой, чтобы не наткнуться на полки или какую-нибудь железку. Храп Паналыка слышался слева, а где наставник?

— Куан! — шёпотом произнёс я. — Ты опять сбежал?

— Здесь я, — донеслось из дальнего угла. — Иди сюда, ученик, я место расчистил.

Через минуту, примостившись на деревянных поддонах, рассказал Куану о встрече с Арабеллой.

— Нельзя её с такой информацией отпускать, — шептал я. — Меллоны узнают, что мы из-под носа Источник утащили. Они обязательно пожалуются императору о нарушении русскими подданными условий договора. Нельзя Мстиславским до поры до времени говорить о появлении у нашего Рода второго Алтаря. Он же войну начнёт, все кланы на Мамоновых натравит.

— Да, такая ситуация может быть, — согласился Куан. — Ты предлагал сделку?

— Конечно. Но она же упёртая, на компромисс идти не хочет, — пожаловался я. — Хочет сначала с Главой Рода говорить. Думает, поймала нас за хобот, может любые условия диктовать. Отец поступит просто: пришлёт наемников, и грохнут её.

— Что наиболее вероятно, — поддакнул наставник. — И почему ты не сделал этого сам, когда с ней разговаривал?

— Ну… — протянул я. — Не знаю, что-то сдержало. О вас подумал.

— Убежал бы один, сел в лодку и вниз по течению, до побережья. Митрич ждёт.

— Парня жалко, — я кивнул в сторону звуков, издававшихся Паналыком. — Он вообще ни при чём.

— Понял, почему я поступил так же, когда нас в лесу поймали экзо-пилоты?

— Извини, учитель, злой был, Вискаря убили, оставили его в чужой земле. И Шторма покалечили.

— Не буду морализировать, — вздохнул Куан, и найдя в темноте мою голову, потрепал по макушке. — Сам всё понимаешь. Когда у тебя есть цель и необходимость её исполнения, надо проявлять терпение и хитрость. Против железа и огнестрела нужно воевать тем же самым, а не кулаками. А я отвечаю за тебя перед князем Георгием. Давай, спи. Мы пока ничего не решаем в противостоянии госпожи Стингрей и твоего отца. Как проведут переговоры, так и будем думать…

Резкий грохот, как будто что-то тяжёлое свалилось с полки, подкинуло нас на ноги. Сначала подумалось, Паналык умудрился свалиться с верстака на пол, но от спал неподалёку от нас на таком же поддоне. А этот звук откуда-то из угла. И холодный поток воздуха с давящими потоками энергии, взбаламутившими пространство, коснулись лица, вздыбили волосы на голове.

— Ух, колено едва не расшиб, — раздалось шипение, а потом знакомый голос заставил меня растянуть губы в улыбке. — Хоть бы свечку зажгли, а то темно как у негра… в одном месте.

— Здорово, Ярик! Ты где пропадал? — я раскинул руки, пытаясь нащупать Назарова, который как слон топтался неподалеку, сшибая на пол какие-то инструменты. — Заждался я тебя.

Вспыхнул огонёк, поднялся под потолок и затрепетал, ощущая противодействие с моей стороны. Магия была слабенькой, поэтому мой Дар отреагировал вяло, даже не стал тушить холодную плазму. Ярослав, раздавшийся в плечах, но всё такой же разбитной, с ухмылкой смотрел на меня, а потом шагнул навстречу и крепко сжал в объятиях.

2

— Эй! Что у вас там? —