Эромант. Система Соблазнения - Сергей Николаевич Чехин

— Затем, что многие в процессе мочат штанишки, — усмехнулась Джонс.

— В процессе чего? — я уже догадывался, но отказывался верить.

— В процессе допроса, — над ладонью подобно гнойнику вздулось фиолетовое облачко, а из него вылезло лоснящееся заостренное щупальце. — Чего же еще?

— Зачем ее допрашивать?

— О! — брюнетка села за стол. — А вот это — самое интересное. Дело в том, что ваша служанка как раз и сообщила моим источникам о странном чужаке. Контакт передал отчет в штаб-квартиру, но с учетом ненадежной репутации Беляны, на разведку послали только меня. И теперь я просто нутром чую, что близка к разгадке. Горничная наверняка запомнила мага, но теперь почему-то отказывается прямо на него указать. Я и пугала ее, и подкупала — ни в какую. Поэтому остается два пути. Первый — это, собственно, допрос с пристрастием. Второй — если вы прикажете ей выдать чужака. Князь Маринин очень хорошо муштрует прислугу, если уж девушку к вам приставили, значит, должна слушаться безоговорочно. Вот я и подумала, почему бы не попробовать обойтись словом, чтобы лишний раз не тратить ману… и кровь.

Отлично. Просто здорово. Если отдам приказ — мне конец. Если промолчу — девушку замучают у меня на глазах. И хорошо, если она не расколется — а если щуп умеет читать мысли? И Кассандра сразу увидит, что чужак — это я?

А без эромантического афродизиака быстро охмурить янки не получится. И как теперь быть, блин? Понятное дело, что город важнее, но легче на душе не становится.

— Что-то не так? — с ехидцей спросила Кассандра.

Думай, думай, думай, думай. И подбирай вопросы так, чтобы минимизировать ущерб — и себе, и Белке. Меня предупреждали, что девушка живет отдельно от прислуги из-за любви к доносительству. Могла ли она знать обо мне лично — или же просто услышала от кого-то, а потом разболтала, кому не надо?

— Беляна, — осторожно начал я. — Ты видела чужака лично?

Девушка промолчала, тараща на меня слезящиеся глаза.

— Отвечай, когда спрашиваю, — добавил приказного тона.

Прислужница мотнула головой:

— Нет.

— Тебе кто-нибудь его показывал?

— Н-нет…

— А от кого ты вообще это услышала? — Кассандра скрестила руки на груди.

Если скажет, что от других служанок — мне конец. Несложно догадаться, что я — единственный новичок при княжьем дворе. Это в городе еще можно затеряться. Это в городе полно парней, похожих на меня. А в особняке я такой одни, и тайну разгадает даже макака.

— От многих. Весь Белгород видел, как чародей бил молниями нечисть.

— Весь, — злобно бросила Джонс. — Кроме моих прямых контактов. Ведь их заранее предупредили, что Мерлин задумал акцию устрашения. И теперь я вынуждена тратить время на допросы всякой швали. Скажи еще раз, как выглядел чужак.

— Молодой. Высокий. Красивый. Одетый не по-нашему.

— И все?

— М-может, было что-то еще, но я забыла. Со мной никто особо не общается. Что услышала краем уха, то и запомнила.

— Он сейчас в этой комнате? — прямо спросила агент, и в груди вновь похолодело.

— Н-не знаю…

— То есть?

— Мой господин подходит под описание — как и десятки других парней. Похож ли он на чужака? Да, похож. Но он ли это, мне неведомо.

— Ладно, — брюнетка встала, хрустнула пальцами и достала из ящика стола золотой скипетр, украшенный граненым прозрачным кристаллом. — Похоже, замараться все же придется, но перед тем я использую последний шанс. Мистер Дуров, коснитесь навершия.

Вот и все. Это конец. Теперь надо думать, как взять всю вину на себя. Чтобы только я улетел на Авалон, а белгородцев никто не тронул. И, разумеется, не вышел на Анри.

— Мистер Дуров… — игриво протянула американка. — Вы от страха окаменели?

— Нет. Просто вы чудесно выглядите сегодня. Особенно, в этой белой блузке.

Вместо отчаянно необходимых очков отношений я получил приподнятую бровь и кривую усмешку:

— Thank you. А теперь делайте, что велено. И не заставляйте меня ждать.

Пистон… Неумелые комплименты уже не помогут. Может, убить ее? И попытаться взять корабль на абордаж? А что, все равно умирать — так хоть не в застенках.

Устав ждать ответа, Джонс больно ткнула меня острием в грудь. И кристалл закономерно засветился розовым — причем гораздо ярче обычного. Видимо, свечение увеличивалось с уровнями прокачки, потому что крохотные молнии аэромантии почти полностью растворились в основной энергии.

Стоящая рядом блондинка скрипнула зубами и стиснула кулаки. Счет пошел на секунды — если нападать, то прямо сейчас. Янки меж тем поднесла потенциометр к хмурому лицу, посмотрела на просвет и встряхнула, точно градусник.

— Что за чертовщина? Мне что, подсунули бракованный прибор?

Она постучала им по ладони, и артефакт исторг насыщенный фиолетовый свет. Ткнула княжну — так, что крепышка зашипела, и кристалл вновь показал нужный — темно-синий цвет.

— Ничего не понимаю, — девушка вновь повертела жезлом перед глазами. — Тут — работает, тут — не работает. Как это вообще возможно?

Неужели пронесло? Неужели в Компании ей промыли мозги так, что она вообще потеряла способность даже допустить какое-либо отклонение от нормы?

Если кристалл выдает незнакомый свет, то это не новый вид магии — неведомый, неизученный, ранее недоступный, а просто ошибка — глюк устройства?

— Стража! — внезапно рявкнула Джонс, и я дернулся всем телом. Похоже, раскатал губу слишком сильно, и меня как минимум задержат до выяснения причин, а то и подвергнут допросу.

Вошел морпех с винчестером и взял под козырек:

— Слушаю, мисс Джонс.

Отведите вот этого подозрительного русского в карцер и подготовьте мои лучшие пыточные инструменты — нам предстоит долгий и обстоятельный разговор…

— Отнесите мой потенциометр техномантам.