Вик Разрушитель 7 - Валерий Михайлович Гуминский

тридцати лет, за исключением того самого наказания, когда обе провинившиеся женщины оказались отлучены от дома на год, с младшей женой отца он только-только пытался наладить контакт. Потому что на самом глубинном уровне ощущал, насколько отцу важна Аксинья.

— Антон, не стесняйся, проходи в дом, — женщина подбодрила улыбкой молодого наследника. — Ужин почти готов, я дала распоряжение, как только вы покинули поместье.

За столом, кроме них троих, никого не было, одна из горничных вполне справлялась с переменами блюд. Георгий под напором жены и Антона рассказал, как они прорывались с боем через проливы, как под покровом ночи высадились на берег, словно диверсанты. Несмотря на свой возраст, сын слушал с небывалой жадностью, завидуя Андрею. Всё-таки романтика морских приключений, стычек с пиратами, как оказалось, никуда не исчезнувшими, путешествий по бескрайним просторам Аляски оказалась сильнее всех прочитанных книг.

Князь Мамонов не собирался подробно описывать процесс поиска и переброски артефакта, он даже не упомянул о находке и роли Андрея в создании портала. Не выгонять же горничную из столовой ради нескольких минут откровений. Он лишь сказал, что сын остался на Аляске, на одной из факторий, и должен вернуться через три недели… ну, или в первых числах сентября.

— Андрюша не по годам самостоятельный мальчик, — вздохнула Аксинья. — Надеюсь, ему не придётся проявлять героизм и превозмогать препятствия.

Антон не удержался и улыбнулся. Любой одарённый любит подобные штучки, полагая, что Дар развивается через боль, кровь и пот. А ещё через десятки и сотни трупов врагов. Впрочем, Андрюхе не помешает личное кладбище. Чем раньше он поймет законы человеческой природы, тем лучше для него. Жить в Москве, когда вокруг завистники и враги, куда тяжелее, чем здесь, на родовых землях.

— Да там ничего сложного, — небрежно махнул рукой Георгий. — Мы оставили им лодки, на которых они спустятся вниз до побережья. Митрич будет ждать их, и как только возьмёт на борт, тут же полетит на всех парусах в Россию-матушку.

— Надеюсь, ты не пытаешься меня успокоить, и всё с Андреем в порядке, — Аксинья старательно прятала беспокойство в глазах, но делала вид, что доверяет мужу.

— Он умудрился прожить без нашей поддержки десять с лишним лет, будучи ребёнком, — поддержал отца Антон. — Не переживайте, Аксинья Фёдоровна. Вернём парня домой.

— Милая, я в тебя верю, — Георгий встал и поцеловал жену. — Но извини, мне нужно сделать несколько звонков. Антон, ты поел?

— Конечно, отец, — вскочил молодой Мамонов.

— Тогда пошли в кабинет, будем поднимать всех на ноги, чтобы к утру техника стояла у ворот.

Первым делом князь вытащил из сейфа блокнот в коричневом кожаном переплёте, деловито поплевал на пальцы, полистал страницы в поисках нужного контакта, а потом набрал номер на обычном стационарном телефоне. Прижимая к уху трубку, он подмигнул сыну, и как только услышал «алло», весело заговорил:

— Мартын Иванович, здравствуй, душа моя! Узнал, надеюсь? Представляться не нужно? Ай, молодец. Вот что значит — крепкая память! А у меня к тебе дело. К завтрашнему утру нужна вот такая спецтехника…

Он перечислил всё, что было необходимо для эвакуации артефакта, и добавил:

— Только бульдозер не гусеничный, а колёсный. Мне его нужно перегнать в родовую усадьбу как можно быстрее, да и шоссе разбивать не хочу… Сорок тонн? Самый лёгкий, говоришь? Ну, ладно, тогда подойдёт. Завтра к девяти часам утра мой сын подъедет, оформит покупку. Кто поведёт? А я своих ребят посажу. Умельцев хватает. Ну, всё, приятно было поговорить. Извини, не могу заскочить, повидаться. Дел невпроворот. Как сезон закроем, так обязательно посидим, выпьем. Давай, до встречи.

— Ты с Корытовым разговаривал? — поинтересовался Антон, когда отец положил трубку.

— С кем же ещё, — хмыкнул князь. — Он у нас один занимается продажей тяжёлой техники, конкурентов не выносит.

— Но это же твоя земля, — заметил сын. — Без конкуренции Корытов будет держать дикие цены на спецтехнику, и даже перед тобой кланяться не станет. Ты даже не спросил о скидке.

— Хочешь, попробуй сам договориться, — Георгий с хитрым прищуром посмотрел на Антона. — По мне, пусть Мартын держит весь рынок, зато порядка больше. Вот представь, прижму я его, заставлю потесниться, чтобы другие компании сюда пришли. Думаешь, цены будут низкими? Как бы не так! Сговорятся между собой и с наглыми мордами будут разводить руками, сетовать на повышенные тарифы, пошлины, дорогие детали, амортизацию. А то ещё хуже: начнут между собой грызться. Нет, пусть один, но которого я как облупленного знаю. В конечном итоге выигрываю я. Мартын, когда добрый, готов предоставить скидки на самую лучшую технику, плюсом к этому — трёхгодичное обслуживание против года для других покупателей.

— Ладно, убедил! — рассмеялся Антон. — Значит, скидки не будет, потому что она уже автоматом прописана?

— Молодец, догадался. А то бы ляпнул завтра не то, и какое мнение о тебе составит этот прохвост? Правильно, постарается раздеть до трусов, когда самостоятельно начнёшь с ним работать, — Георгий с хрустом потянулся и только сейчас ощутил навалившуюся на него усталость. — Пойду-ка я спать. А ты, если хочешь, визор посмотри или в библиотеке посиди. Аксинья тебе комнату приготовила в левом крыле.

Князь широко зевнул, даже не пытаясь прикрыть рот ладонью.

— Время-то детское, — улыбнулся Антон. — Надеюсь, ты не запретил ночные клубы в Ленске?

— Тебе оно надо? — понимающе кивнул Мамонов-старший. — Наденька прискучила?

— Ну что ты, отец, — смутился сын, когда услышал про жену. — Я люблю Надю, но мужчина в какой-то момент чувствует пресыщение…

— Давай, женим тебя на Софии Собакиной, — хохотнул князь. — Девица в возраст вошла, да и польза будет от такого союза. Хоть перестанем грызться из-за спорных земель. И не нужно по ночным клубам рыскать в поисках свежих прелестей.

— Скажешь тоже, — опустил взгляд Антон, пытаясь скрыть блеск глаз. Отец имел за плечами большой жизненный опыт, и мелкие уловки наследника раскусывал на раз. Который, кстати, до ужаса боялся подойти к Главе Рода и поговорить о второй жене, почему-то считая, что только тому дозволено иметь несколько супружниц. Ведь дядья так и не женились второй раз. И ничего, не померли от недостатка женской ласки.

— А почему бы и нет? — оживился Георгий Яковлевич. — Ты мой преемник, у которого должно быть детей больше, чем у дядек