Алекс Бринер. Последний ранг. Том 2 - Анна Кондакова

раз вовремя. Её соперница замахнулась мечом, целясь Виринее в голову. Их оружие со звоном сшиблось. И это был единственный раз за всю эту паршивую ночь, когда я не успел защитить Виринею и прикрыть её от атаки.

Моя рука никак не могла взять хотя бы один из двух мечей для Дуо-То, которые я оставил у своего трона. Пальцы хватали рукоять, но та не поддавалась. Меч невозможно было поднять.

Чёрт возьми!..

В отличие от меня, профессор Воронин взял свой меч с пола без проблем. Затем он посмотрел на меня и чуть помедлил, будто решая, атаковать меня или нет, ну а потом отвернулся и отправился защищать Анастасию.

Это значило, что он выбрал единственный вариант — защищать Анастасию и не подпускать к ней свою племянницу. Ну а я боялся, что профессор из любви к ней может натворить глупостей.

Ещё и мёртвая проекция не давала быть полноценным.

От злости я сжал кулак и двинул им по рукояти меча. От удара тот сдвинулся с места.

О… уже неплохо!

Вторым ударом кулака я заставил меч сдвинуться ещё дальше, ну а потом, не теряя силы, схватился за рукоять. Пальцы ощутили твердь материала.

После этого поднять оружие с пола оказалось уже не так сложно. Но это было не самым главным.

Стоило мне взять меч, как клинок покрылся слоем бело-серебристой эктоплазмы. Моя магия на шестом ранге смогла пробить мрак Эреба и передать оружию силу Пути Сидарха.

Как только я смог это сделать, то немедля рванул в атаку.

Тем временем Анастасия и Виринея уже бились во всю силу. Их мёртвые проекции атаковали друг друга беспрестанно; оружие звенело и высекало искры. Не оставалось сомнений, что на этом балу одна убьёт другую.

Профессор постоянно лез между девушками и сам принимал бой.

Виринея в запале схватки атаковала дядю так же мощно, как и Анастасию, но потом снижала темп и силу ударов. И тогда подключалась Анастасия. Она хитро выискивала брешь в обороне соперницы и, конечно, находила.

Этой брешью был сам профессор Воронин.

Из-за него Виринея не могла полноценно сражаться, боясь ранить его или убить.

Я ворвался в их сражение так бесцеремонно, что практически растолкал двух соперниц, заставив их отшатнуться в стороны, ну а затем перетянул всё внимание профессора Воронина на себя.

Наверняка, он был за это благодарен, хотя понимал, что теперь две Ведьмы схлестнутся в бою один на один, и никто им уже не будет мешать, а для Виринеи схватка могла плохо кончиться.

Это я тоже понимал, поэтому поспешил убрать профессора Воронина из боя.

Совсем убрать.

Он своё дело сделал.

Пришлось поднапрячься, чтобы одолеть такого сильного некроманта в его же собственной стихии. В этом мне помогла скорость сидарха — она никуда не делась, даже когда я стал мёртвой проекцией. Никто из трёх некромантов на поле нашего общего сражения не обладал такой же скоростью, какой обладал я.

И плевать, что у меня не было одной руки.

Я прекрасно справлялся правой и рубил мечом так, что не давал шансов Воронину. Он ушёл в глухую оборону и лишь ставил блоки мечом. Порой не успевал и получал удары по телу.

Мой клинок с эктоплазмой исполосовал противнику грудь и плечи, пару раз попал и по ногам. Воронин оборонялся и отходил к стене. Наверняка, он уже понимал, что я хочу выбить его из боя намеренно.

И вот когда его спина прижалась к стене, профессор Воронин пропустил два моих удара (намеренно или случайно — я так и не понял). Первый удар пришёлся ему в плечо, пронзив тело насквозь и оставив в мёртвой проекции колотую рану.

Второй удар стал решающим.

Мой меч пробил Воронину живот. Клинок с эктоплазмой вошёл в туманное тело некроманта легко и бесшумно, будто пронзил воздух, но Воронин дёрнулся, как муха, насаженная на иглу, его рот искривился в немом крике, а затем проекция исчезла.

Её неожиданно втянуло обратно в тело.

Наверняка, обнажённый раненый дух искал защиты, поэтому сам по себе устремился в живую телесную оболочку.

Профессор зашевелился на своём костяном троне, распахнул глаза и приложил руку к животу — видимо, ещё ощущал мой удар. Хотя по себе я точно знал, что мёртвая проекция боли не испытывает, даже если отрубить ей часть тела. За этот чудный опыт спасибо Виринее и её топору.

Устранив профессора, я снова рванул к двух соперницам.

Они в очередной раз сшиблись в бою. Оба некромантских оружия — меч и топор — опять звенели и испускали рваный туман. Мрак Эреба клубился по залу и поднимался к потолку, поглощал люстры и лампады вместе со светом. Даже зелёное пламя на статуе, которое постоянно озаряло танцевальный зал, заметно потускнело и приникло к каменной ладони.

Две обнажённых проекции дрались насмерть, как остервеневшие дьяволицы — зрелище одновременно красивое и страшное.

Виринея не давала спуска Анастасии, хотя в искусстве фехтования дочь Волота явно была сильнее.

Я опять ворвался в их ведьмовской бой, нарушив его ритм.

— Пора бы разойтись, девочки!

И если у Анастасии были все шансы спастись, потому что она была частью сделки с Волотом, то у Виринеи шансов не было. Я буквально закрыл её собой от атак соперницы и сам принял бой.

Теперь на весь зал зазвенели два меча: некромантский меч Анастасии и мой меч с эктоплазмой.

Вихри мрака от клинка девушки окутывали серебристое покрытие моего оружия, шипели и растворялись в воздухе.

Противостояние нарастало. Схватка становилась всё опаснее.

Анастасия фехтовала, как богиня войны, но с моей скоростью она всё равно не могла тягаться, поэтому больше уходила в оборону. Гнев искажал её лицо, удары становились хаотичными.

Дочь Волота теряла контроль от того, что сражалась со мной, а не с Виринеей. Это казалось ей несправедливым, ведь я нахально отнимал у неё триумф победы над соперницей.

Видимо, такой расклад не нравился и самой Виринее.

Ещё бы.

Она была не из тех, кто прячется за спиной своего защитника.

Девушка не стала ждать, пока я безоговорочно завладею инициативой в бою, и бросилась с топором на Анастасию, потеснив меня в сторону. Её обнажённая проекция мелькнула впереди, топор сверкнул кромкой лезвия, и схватка между Ведьмами вспыхнула с новой силой.

Если бы не клятва защищать Виринею всю эту ночь, то я бы позволил ей биться самой. Но сегодня на этом Балу Мёртвых столкнулось слишком много интересов.

Я встал рядом с Виринеей и дополнил её атаку.

С двойным напором Анастасия справиться