Эромант. Система Соблазнения - Сергей Николаевич Чехин

— Но она рыжая от природы. А вы — шатен.

Похоже, это был вопрос с подвохом — Кэс водила пальцем по краю бокала и внимательно наблюдала за моей реакцией.

— Думаете, ее подменили в детстве? — произнес без намека на тревогу.

Джонс ухмыльнулась:

— Если честно, меня это мало заботит. Я коснусь ее кристаллом и поставлю печать на бланке — на этом мое участие в княжьей помолвке закончится. А вот поиск таинственного колдуна — только начнется.

Я замер с поднесенным к губам вином, а затем широко и добродушно улыбнулся:

— Так вы меня подозреваете? А я все думаю — чего так смотрите, словно влюбились.

Кассандра нахмурилась и фыркнула:

— Вот еще…

Я же протянул ей ладонь:

— Проверяйте прямо сейчас. А то еще несколько минут столь пристального взора — и я в чем угодно сознаюсь.

Рисковал ли я, суя голову в пасть тигру? Еще как, млять. Но лучшая оборона — это нападение, а хороший понт — дороже выстрела.

Вот и решил быкануть, чтобы сразу убедить врага в своей полной невиновности. Ведь если бы стушевался и начал отмазываться — меня точно взяли бы за жабры прямо за столом.

— Чуть позже, — проворчала агент, явно недовольная таким развитием событий. — Я оставила кристалл на борту.

— Значит, начнем расследование сразу после приема? — поднял бокал. — Хотя, специалисту с вашей компетенцией наверняка неймется поймать колдуна в кратчайшие сроки.

— Откуда вам знать о моей компетенции? — Джонс насторожилась.

— Если слухи правдивы, получается, что туман можно преодолеть. Это ли не главная мечта для тех, кто заперт здесь двадцать лет? И если Мерлин послал на столь важное задание именно вас, значит, считает своим лучшим агентом. И я уверен, что по праву.

Внимание!

На Кассандру Джонс действует постоянный эффект «Контрразведка»: сопротивление ментальному воздействию снижает прирост очков отношений втрое

Очки отношений: +30

Ну, зашибись. Хотя этого стоило ожидать. Плох тот дознаватель, которому можно сесть на уши и раскрутить на полезную инфу, а то и вовсе завербовать.

Кэс готовили очень хорошо, а значит, легко не будет. Впрочем, я и не надеялся — легко тут, похоже, в принципе не бывает. Однако снижение на треть все же лучше полного резиста — как-нибудь справлюсь, не мытьем, так катаньем.

— Вы что, со мной флиртуете? — строго спросила девушка.

— Лишь выражаю радость от вашего визита. Мои слова — не более, чем гостеприимство.

— И все же предупрежу заранее, что мне подходит лишь один вид отношений — деловые. Проще говоря, мне не нужны комплименты. Мне нужны данные.

Вы открыли предпочтение:

Корпоративная этика — с юных лет Кассандру учили думать лишь о благе Компании и устранять все, что мешает служить ей с полной отдачей. В первую очередь — романтические связи.

Ну, хоть еще бонусов не срезали — и на том спасибо.

— Данные? То есть, берете меня в напарники?

— Скорее, в сексоты. То есть, в секретные сотрудники.

— Тут вы не ошиблись. Я очень люблю заниматься сексотством. То есть, секретным сотрудничеством.

— Мистер Дуров… — Джонс холодно сощурилась. — Мне кажется, или вы на что-то намекаете?

— Ни в коем случае, — поднял ладони. — Лишь говорю, что готов служить вам верой и правдой.

— Правда? Вы уверены, что ни с кем меня не путаете? При виде агента люди обычно не отпускают скабрезные каламбуры, а исходят ледяным потом и забывают, как дышать. И это — еще с твердым характером и выдержкой. Малодушные же вовсе падают ниц и начинают заикаться, как еретики при виде инквизитора. Вы же ведете себя настолько дерзко и нагло, словно ничего не знаете о работе агентов. А такое возможно лишь в том случае, если вы попали на остров совсем недавно.

— Послушайте, — я подался вперед и перешел на шепот. — Я — простой парень, и впервые оказался среди дворян и чародеев. А они только и заняты тем, что болтают о политике и нахваливают девушек. Политика меня не интересует, вот и пытаюсь влиться в высшее общество, как могу. Если для вас это достаточное основание, чтобы бросить в застенки и допросить с пристрастием — что же, ваше право. Хоть сейчас, мне скрывать нечего.

— Вы слишком умно изъясняетесь для простого парня, — Кассандра и не подумала снижать градус подозрительности.

— А я и не говорил, что я — неотесанный рыбак.

— И чем же вы занимаетесь по жизни? — она изогнула тонкую острую бровь.

— Я — токарь, — честно признался.

— И у вас, конечно же, есть ремесленная грамота? И запись в родовой книге? И упоминания в переписях? И если я подниму архивы, то легко прослежу ваш путь в Новом Белгороде от первого крика до сего дня?

— Пожалуйста, — поднял ладони и откинулся на спинку. — Я вам и деталь выточить могу — какую захотите. Но вы, похоже, уже назначили меня главным подозреваемым.

— Потому что вы очень подозрительны, — с холодным интересом сказала девушка. — Вы — словно взрослый начитанный и рассудительный мужчина, невесть как оказавшийся в теле юнца.

— Ну, замечательно, — хмыкнул и глотнул вина. — Теперь обвиняете в том, чего вообще нет в природе. Похоже, от костра мне никак не отвертеться, да?

Она хотела что-то сказать, но тут раздался хлопок и скрежет — поддатый Пинкер встал из-за стола и заявил:

— Обед вышел отменный. Вино — выше всяких похвал. А после плотной трапезы неплохо бы подвигаться, чтобы не завязался жирок, — инспектор похлопал себя по пузу. — Так почему бы нам не насладиться танцами?

Сказано — сделано, дорогому гостю фиг откажешь. Служанки перенесли стол к окну, с площади под