Тень Ворона 8 (СИ) - Сергей Сергеевич Орлов

сам с удовольствием додумает.

Несколько секунд понадобилось на то, чтобы перенастроить голосовые связки. Затем я встал посреди зала и начал петь:

Luna tu

(О, луна,)

Quanti sono i canti che hai ascoltato gia

(Сколько песен ты уже слышала)

Desideri che attraverso i secoli

(И сколько ещё за века)

Han solcato il cielo per raggiungerti

(Пересечёт небо, чтобы достигнуть тебя…)

(Alessandro Safina — Luna: https://www.youtube.com/watch?v=PrXfHRYhHXk)

Мой голос наполнял пространство мощной и красивой музыкой, в то время как присутствующие завороженно смотрели на меня.

После того, как прозвучала последняя нота, ото всюду послышались громкие овации. Я же изобразил легкий поклон и приготовился к финальному представлению.

— Это было невероятно!!!

— Какой красивый голос!!!

— Но постойте… — одна Кристина по-прежнему не унималась. — Вы сами написали эту песню?

— Да, — кивнул я.

— Всего за четыре дня???

— Нет, конечно. Это песня написана давно, но у меня, в силу отсутствия необходимых природных данных, не было возможности ее исполнить. Я несколько лет думал над тем, кому из оперных певцов доверить ее, но так и не выбрал кандидата. Как видите, все вышло к лучшему.

— Признаюсь, это было очень красиво…

— И это еще не все, — улыбнулся я.

Осталось, как говориться, добить присутствующих последней способностью.

— К некоторым новым способностям я только начал привыкать. Другие же и вовсе пока не раскрылись и на десятую долю процента.

— Это какие? — сразу заинтересовалась Кристина.

Я пробежался глазами по журналистам, находившимся в первом ряду, и выбрал в качестве жертвы красивую брюнетку с весьма соблазнительными формами. Она была журналисткой одного из британских каналов и славилась стервозным и пробивным характером. Если мне не отказывает память, она даже разрушила несколько судеб абсолютно невиновных людей, только затем, чтобы получить громкий материал. Оклеветала, иными словами, а потом принесла дежурные извинения, которые, естественно, ни на что не повлияли.

— Так вышло, что я только начал осваивать искусство убеждения.

— Вы про НЛП?

— Поверьте, Кристина, даже самые лучше матера в области НЛП нервно курят в сторонке по сравнению с тем, что могу я. Мои новые способности больше похожи на… работу мыслесчетов. Итак, мне нужен доброволец, — я посмотрел на выбранную мной девушку и подозвал ее к себе, — вы, подойдите поближе и повернитесь лицом к залу.

Журналистка немного растерялась, но все же выполнила приказ. В своей белоснежной блузке и обтягивающих брюках она смотрелась очень привлекательно.

— Вы же не будете читать мои мысли? — с вызовом спросила брюнеточка.

— А вам есть что скрывать? — слегка ухмыльнулся я, приобняв ее за талию.

— Н-нет, п-просто… — она перешла на шепот, — говорят, что это больно…

— Есть такое. Но не беспокойтесь, ваши мысли останутся при вас. Расслабьтесь.

— Хорошо. Но смотрите, если я почувствую хоть малейшую боль, вас завалят судебными исками! Все слышали? Снимайте все, что он будет делать!

Вот же стерва… ну ладно, потому я ее и выбрал. Я снова обратился к залу.

— В первый день, после пробуждения, я обнаружил в себе удивительную способность. Оказалось, что при желании мой голос может не только исполнять оперные арии, но и… наводить звуковые иллюзии, ввергая другого человека в мою власть.

На этот раз обошлось без лишних вопросов. Присутствующие с интересом уставились на меня и журналистку, ожидая демонстрации способностей.

Я закрыл глаза и прислушался к внутреннему голосу. Доктор Н’гле сделал предположение, что мое «влияние» действовало исключительно на женский пол по причине того, что у сознания сохранилась привычка. Привычка «распушивать перья» именно перед девушками. Отсюда и их завороженность из-за звуков моего голоса.

Сейчас я немного рисковал, так как только-только осваивал этот дар, но мне надо было поразить своих союзников и натолкнуть врагов на необходимую мысль.

— Итак, — я посмотрел имя на бейджике, — Сили, вы готовы?

— Готова! — бодро ответила она.

Я щелкнул невидимым переключателем в голове и настроился на стремление не просто понравиться, а стать объектом вожделения.

— Сили… ты считаешь себя скромной девушкой?

Судя по ее оцепенению, голос начал работать.

— Как… что… — растерялась брюнетка. — Нет… но… не с каждым…

Скользнув взглядом по первым рядом с неудовольствием обнаружил, что и там девушек тоже «задело». Слегка, но все же.

— То есть ты бы никогда не стала прилюдно раздеваться…

Сили тяжело задышала.

— Нет, не стала бы…

— А ты сделаешь это для меня…

Несколько секунд она думала.

— Да… господин…

Рука девушки потянулась к верхней пуговице. Первая… вторая… третья… обзор на ее упругую грудь практически открылся, поэтому я решил остановить демонстрацию.

— Достаточно, ты доказала свою преданность.

Она опустила руки вниз и больше не предпринимала никаких действий. Я же стал говорить громче, чтобы было слышно во всех частях зала.

— Хотел бы я на этом закончить, но… у меня появился еще вопрос: ты когда-нибудь фальсифицировала полученные данные ради того, чтобы продвинуться по карьерной лестнице?

— Что…⁈ — возмущение было настолько сильным, что она чуть не вышла из-под контроля. Но, посмотрев на меня, журналистка снова растаяла. — Да…

— И ты знала, что навредишь невиновным людям?

— Мне было все равно… это же плебеи… простолюдины… чего их жалеть?

По залу прокатился вздох.

— А вот теперь очнись, — сказал я уже своим обычным голосом.

Журналистка завертела головой, после чего заметила распахнутую блузку и быстро застегнула ее.

— Что ты со мной сделал⁈ Вы все видели, он заставил меня это сказать! Ничего такого не было!!! Это все ложь!!!

Я добродушно улыбнулся и обратился к залу.

— Наша дорогая Сили ошибается. Я могу только разговорить человека. И то только потому, что в момент разговора он будет считать меня самым близким, тем, кому можно всецело доверять, — я посмотрел в камеру: — об этом и стоит подумать нашим врагам. Готовы ли вы идти против человека, который может заставить вас признаться в содеянном? Видит Бог, натворили вы не мало… Так что не стоит играть с огнем, господа. Идите на переговоры, и тогда мы попробуем решить наши разногласия мирным путем. На этом все!

Еще пол часа потребовалось на то, чтобы ответить на все возникшие вопросы. Одни спрашивали о моих дальнейших планах, другие интересовались, как скоро я вернусь в Россию. Были даже те, кто спросил, продолжу ли я концертную деятельность. Но в итоге люди Манса аккуратно намекнули присутствующим, что пора сворачиваться. И уже через несколько минут в помещении остались только мы с Испанцем и Манс Младший со своими охранниками.

— Рискованный ход, Ярослав, — произнес кронпринц. — Теперь люди побоятся вести с тобой переговоры, опасаясь того, то ты заморочишь им голову.

— Ваше Высочество, как уже было сказано, я умею убеждать только здесь и сейчас. Стоит человеку выйти из переговорной, он тут же придет в себя и откажется от всего, что подписал. Да и то, пока что моя способность действует только на девушек…

— Ты потому и выбрал именно эту журналистку?

— Именно. Пусть наши враги считают, что любой может попасть под мое влияние. И это только начало… ну а заодно проучил зарвавшегося репортера, не считавшегося с жизнями обычных людей.

— Правильно-правильно… — усмехнулся кронпринц, после чего резко изменился в лице. — Ярослав, на самом деле я пришел с новым поручением от моего отца. Густаво наверняка рассказал тебе о происходящем на фронте…

— Вкратце, — кивнул