Я тебя хочу - Анна Мишина

Ребята вели себя хорошо, хоть я и поглядывала в сторону Гусева и своего сына. Но они сегодня даже не смотрели в сторону друг друга. Ксюша с девочками общалась. Мальчишки не лезли. И я выдохнула. Хотя, честно признаться, ждала, что что-то да будет и сегодня.

Но зря расслабилась.

– Светлана Ивановна, – в кабинет заглядывает охранник. – Тут к вам родительница вашего ученика.

– Да? – удивляюсь.

– Гусева, – уточняет мужчина.

– Иду, – отвечаю и даю задание классу. – Маша, ты за старшую. В классе тишина, иначе оставлю еще на урок, – и выхожу из кабинета, поглядывая на часы.

До конца урока пятнадцать минут. Подождать не могла? Явно пришла не просто так.

Выхожу в просторный холл и сразу же нахожу женщину, которая ждала меня. Потому что, заметив меня, сразу же зашагала навстречу.

– Здравствуйте, – заговариваю первой.

– Здравствуйте-здравствуйте, – чуть прищурив взгляд, отвечает родительница.

Невысокая блондинка, лет сорока пяти, не больше. Одета с иголочки.

– Я, Светлана Ивановна…

– Да я знаю, кто вы. Меня зовут Ольга Тимофеевна, я мама Марка. Он вчера пришел с шишкой на лбу. Хочу кое-что уточнить. Он же подрался с вашим сыном, – не спрашивает, а утверждает. Тон разговора явно не предвещает ничего хорошего. Поэтому сразу вся подбираюсь и готовлюсь к нападению. – Так вот, если что-то подобное повторится, то я дойду до директора с просьбой, чтобы вас заменили, раз вы не справляетесь с классом. И сына вашего чтобы исключили, раз он не дает спокойно жить детям в школе.

– Как интересно. Ваше право. Но еще вы должны знать причину драки мальчиков.

– А мне это неинтересно. Мой сын в школе был, а не на улице. Вы за него несете ответственность.

– А вы несете ответственность за его воспитание. Мы, учителя, конечно, тоже. Но азы элементарного хорошего поведения все же прививаются с детства. Он обижал одноклассницу и за это получил.

– То есть, вы – за насилие?

– То есть я знаю, что ваш сын умеет драться и не против применять свои навыки на своих одноклассниках. А еще я – за справедливость, – отвечаю.

– Я вам ее обязательно покажу, эту справедливость, – говорит женщина.

Раздается звонок.

Я тороплюсь в класс, потому что Гусева развернулась и, даже не попрощавшись или хоть как-то показав, что разговор окончен, зашагала на выход.

Вернувшись к ученикам, даю домашнее задание и отпускаю класс, проводив в раздевалку. Сама же возвращаюсь в кабинет. Сын моет доску.

– Все хорошо? – спрашивает обернувшись.

– Да, – натягиваю улыбку. Уж ему знать причину появления Гусевой не нужно. А то может появиться новый повод для драки.

– Тогда домой?

– Посиди пока, сделай домашку, а я закончу работу. Да пойдем заглянем в школу ту, что ты нашел.

– Ура, – улыбается и принимается за уроки.

Глава 6

Лана

Вчера после школы мы действительно зашли в школу боевых искусств. Надо сказать, серьезный вид с лица сына не сходил до того момента, пока мы не вышли на улицу. А стоило, наконец, оказаться вдвоем, как он заулыбался.

– Самбо, я определенно хочу самбо, – выдает мой мужчина.

Мне хочется зажмуриться и не слышать эти слова.

– Может, все-таки…

– Нет, самбо. Ты слышала, что тренер сказал? Внимание, выносливость, координация… Для основ самообороны – это лучший вариант. Ну и плюс мы вовремя пришли. Попаду к таким же по возрасту, как и я.

И это говорит ребенок десяти лет. Нет, я горжусь сыном, но иногда мне становится не по себе от его взрослых и здравых мыслей. Ни каждый взрослый так может размышлять.

– Хорошо. Хорошо, попробуешь, а вдруг не понравится, – больше себя уговариваю.

– Нет уж. Ты сама говорила, если начал, то доводи до конца.

– Это касается совсем не этого, – хочу возмутиться.

– И этого, мам. Ну ты что? – останавливается, заставив и меня остановиться и посмотреть на него. – Мне это нужно. Я знаю, – уверенный карий взгляд.

– Хорошо, – наконец сдаюсь. Нет смысла сомневаться и пытаться свою неуверенность передать сыну. – Будем пробовать, – натягиваю улыбку и беру за руку мальчишку.

Этот разговор я прокручиваю, как только просыпаюсь. Будильник еще не звенел, и у меня есть время немного поваляться в постели и подумать. А стоит только подать сигнал будильнику, выключаю его сразу. Но уже до слуха доносятся шаги сына. У него свой будильник. Слышу, как проходит в кухню, включает чайник, а потом заходит в ванную.

В школе с утра все спокойно. Погружаюсь в работу. Яна в перерывах забегает, рассказывает о том, как готовится и нервничает перед свадьбой. А она в эту субботу. И я теперь даже не представляю, как мне быть. Ведь договаривалась с бывшим, что он заберет Артема на выходные. Но после последнего с ним разговора я видеть его не хочу. Нашел на ком играть и манипулировать.

После уроков собираемся с сыном домой. Детей проводила до раздевалки. Вернулась в класс. Пока собрала свои вещи, пока попрощалась с коллегами, прошло буквально минут десять, ну от силы пятнадцать. А выйдя в холл наткнулась на родительницу Гусева.

– Марк позвонил мне и пожаловался на то, что у него болит голова. Вы видели, какая у него шишка на лбу? – налетает на меня.

– Мне он ничего не говорил, – заверяю женщину.

– А мне сказал, что вы его игнорируете, – шипит мамаша.

Вот чего не ожидала от Гусева, так это такой наглой лжи.

– Где он? – спрашиваю оглядываясь.

– Кто? – не понимает женщина.

– Сын ваш.

– Он в машине.

– Тогда пойдемте, – накидываю пальто на плечи и тороплюсь к выходу из школы.

– Зачем? – семенит за мной. В голосе звучит недовольство.

– Пусть скажет это при мне, – останавливаюсь на ступеньках.

– Он не обязан, – возражает.

– Еще как обязан. Отвечать за свои слова должен уметь так же, как и врет. Где ваша машина?

– Я своему сыну верю, – фыркает женщина. – Вон, красная, – показывает в сторону парковки и направляется к машине.

Я за ней.

Мы останавливаемся у машины. В салоне сидит мальчишка. Заметив меня, отворачивается, сложив руки на груди.

– Маркуш, – открывает дверь Гусева, – Светлана Ивановна говорит, что ты врешь.

– Ничего я не вру, – отвечает пацан.

– Тогда напомни мне, дорогой мой, когда же это ты подходил ко мне и говорил о головной боли?

– Я не обязан вам ничего напоминать, – морщит нос этот засранец.

– А ты знаешь, что за ложь, клевету, предусматривается наказание?

– Какое еще наказание? – вскидывает взгляд и с опаской поглядывает на мать.

– Вы в своем уме? Вы зачем пугаете ребенка?

– А вы объясните своему ребенку, что, достигнув определенного возраста,