Сорока и Чайник - Артём Скороходов

наверх. — Большому Телу нужны кусочки. Ты обещал!

— Есть у меня несколько знакомых, которые с радостью поделятся своими кусочками.

— Есть? Много? Веди! Мне нужно много! Мне нужны ручки, мне нужны головы, мне нужны черные опальчики из железных бошек, — Клопик захихикал.

— Это непросто. Прячутся, мерзавцы. Жадничают. Надо пойти и забрать.

— Забра-а-ать? — протянул Клопик. — Птичка хитрая. Птичка хочет, чтоб Клопик разобрал врагов Птички? Просто так? Забесплатно?

— А можно я пойду уже? Мне срочно надо масло сменить, — спросил Животное.

— Хм. Ты прав, Клопик. Мне надо разобрать моих врагов. Если поможешь, то можешь забрать все кусочки себе.

— Хе-хе. Очень хитрая птичка. Птичка-обманушка. Птичке придется расплатиться с Клопиком за помощь. Кусочки — это хорошо. Но Клопику нужен особый кусочек. Красный опальчик. Он как черный. Только красный. Красный-красный. Он не черный. Отдашь красный опальчик, Птичка?

— Отдам. Как найду, так сразу и отдам. Обещаю.

— Зачем искать? Зачем? Он прямо здесь. Прямо тут. Вот тут, — Клопик поднял металлическую лапу и ткнул Фёдора прямо в его темечко. В шрам на лысой голове. — Красный распрекрасный опальчик. Ну что, Птичка, отдашь свой кусочек? А Клопик поможет. Ух как поможет.

— Отдам, — после небольшой паузы ответил Фёдор. — Как с врагами Птички разберемся, так и забирай.

— Запомни! — рявкнул Клопик, а потом тут же продолжил писклявым голосом: — Ты пообещал! Красный опальчик! Красный распрекрасный! Клопик счастлив!

Глава 32

Большой Зюйд ел жареную курицу. Прямо руками отламывал куски и запихивал себе в рот. По подбородку текли капли жира. Двое его подручных отворачивались и делали вид, что они не здесь. Большой Зюйд изменился последние дни. Вот сразу после драки в бане. Он и до этого был непростым человеком, но теперь стал просто невыносим. Заперся в запасном офисе и никуда не выходил. Потребовал, чтобы дверь заменили на стальную. Несколько человек постоянно теперь дежурили рядом. Кого-то он там увидел в бане и испугался. Так испугался, что превратил их запасное убежище в крепость. И только попробуй криво на него глянуть или спросить, кого он так боится. Размажет голову и не подумает.

— Что по Покрывашкину? — внезапно произнес Зюйд и вытер рот грязным платком.

— Глухо. Роем везде, где можно, но ничего, — произнес один из подельников. — У хаты его тихо, корешей у него не было. Сейчас правда стремаемся, на мясокомбинате Сивуху и пару человечков оставили, но от них пока молчок.

— Что по району? — перебил его Зюйд. — Где сбор?

— Так это, затаились все. В городе военное положение. Боятся беспорядков. Лавочники несколько дней магазины закрытыми держали, вот только начали потихоньку открываться. Вроде спокойно в городе, но на окраине подогнали пару полков черномундирников, на случай. Поэтому все и стремаются.

— И где сбор? — ещё раз недовольно спросил Зюйд.

— Кочегар с утра пошел. Нам сейчас не с руки высовываться, просто…

В стальную дверь офиса громко постучали. Все, кто находился в комнате, вздрогнули.

— Иди, посмотри, кто там, — сказал Зюйд и засунул руку под стол, где у него был револьвер.

— А чего я-то?

Зюйд молча уставился на него.

— Ладно-ладно, чего сразу, — подручный поднялся и вышел в коридор, взял в правую руку стальной прут, обернутый тряпками, а левой открыл щеколду.

— Кто там? — недовольно спросил он.

В темноте рядом с дверью стоял Сивуха. Выглядел он не очень, под глазами черные круги, смотрел в пол и мелко подрагивал.

— Сивуха, ты что ли?

— Пусти быстрее, — хрипло произнес он. — Сча расскажу.

Подельник сдвинул запор и начал открывать дверь. Резким ударом она распахнулась, откинув бандита. В коридор полез ужас. Десятки переплетенных металлических и человеческих конечностей, которые как знамя перед собой несли бледный труп Сивухи. Бандит от неожиданности закричал. Огромная шевелящаяся масса поглотила его и быстро двинулась дальше, разрывая обои, снося лампы и мебель. Зюйд в панике начал стрелять в клубок рук, ног и костей, но это даже на секунду не остановило продвижение ужаса. Второго подельника вздернуло к потолку и с хрустом разорвало на куски. Две длинных металлических лапы пригвоздили Большого Зюйда к стенке. Он заскулил.

Всё замерло. Кровь подельника стекала с лица Зюйда, он почувствовал вкус железа во рту. Его стало трясти. Конечности раздвинулись, и из них вышел тот, кого Зюйд видел последние дни в кошмарах.

— Здравствуй, Младший, — улыбнулся он и погладил свою лысую голову.

— Сволочь баронская, — произнес Зюйд.

— Вижу, узнал. Ответишь на парочку вопросов.

— Ничего не скажу. Все одно живым не отпустишь.

— Я-то? Отпущу конечно. К тебе претензий-то у меня нет. А вопрос у меня простой: что за дела у вас с Улицким?

— Иди на хрен.

— Клопик, дарю тебе один его палец. Забирай.

Несколько тонких лап двинулись к бандиту, вытянули и зафиксировали подрагивающую руку. Другой манипулятор, пару раз щелкнув клешней, аккуратно взял его за указательный палец.

— Стой, Сорока, стой! — заорал Зюйд.

— Клопик, обожди.

— Это Кудеяр! Это всё он с ним дела вёл! Мы ловили людей и отправляли Кудеяру в клуб его, де Бистен который. Он хорошо платил, без понятия, зачем ему люди. Всякое отребье, бездомные, беспризорники, пьянчужки, всех кого не хватятся. Нормальных и работяг мы не трогали. Сорока, обожди, не надо. Ничё такого не делали.

— А Улицкий чего?

— Так он и покрывал. У нас были пару раз проблемы, от Улицкого всё замяли сразу. Сорока, ты правда что ль живым отпустишь меня?

— Конечно, Младший. И даже больше, подарю тебе вечную жизнь. Приступай, Клопик.

Фёдор развернулся и пошел наружу. Глядеть на то, что творил с телами Клопик, совершенно не хотелось.

* * *

Кудеяр оказался слепленным из другого теста. Что сказать, старая гвардия. Пока Фёдор со своим многоногим «другом» разбирались с Зюйдом, Животное прекрасно справился и выяснил маршрут, которым Кудеяр каждую ночь уезжает из клуба. На выезде из города Клопик его и ждал. Шикарный паровой лимузин пыхтел по мощеной дороге. На выезде из города водитель удивился, откуда над дорогой появилась странная металлическая конструкция, прикрытая полотнами ткани. Какую-то арку над дорогой решили поставить в честь какого-нибудь «основания Конституционной Монархии»?

Когда паромобиль проезжал под конструкцией, оттуда спустились несколько массивных лап и ухватили машину, хватая с боков и за задний бампер. Словно выстрел грохнули пробитые шины. Двигатель заклинило, а водителя и самого Кудеяра аккуратно извлекли из покореженного паромобиля. Огромный монстр, сплетенный из частей других тел, отнес их в небольшой овражек рядом. Там их ждал Фёдор.

Кудеяр не дергался и держался с достоинством. Водитель всхлипывал от ужаса и не мог ничего сказать. Кровь из разбитого о