Чужая семья генерала драконов (СИ) - Мария Павловна Лунёва

у кровати Льюиса и исправляла содеянное. Смотри на результат своего непослушания. Смотри на чужую боль и запоминай, что бывает, когда кто-то мнит себя умнее и хитрее остальных! А если бы он умер?! Щенки стоили смерти твоего друга, дочь? А смерти дяди? А слез мамы? Взгляни, в каком она состоянии. Это потому, что ты кричала, а она ничего не могла сделать, чтобы помочь тебе! Стоило оно того?! Всегда нужно думать! Каждый твой шаг, каждый поступок должен быть просчитан. А иначе ты будешь терять тех, кого любишь. Ты готова их оплакивать? Готова, Юниль?

— Нет, папа! Я буду думать! Всегда буду, обещаю, — она всхлипнула и убежала следом за Руни, затаскивающего слабого Льюиса в дом.

И в этот момент я была полностью согласна с мужем. Раз по-другому она не понимает, пусть сидит и стирает кровь с тела своего друга. Может, хоть так осознает. Жестоко? Да, несомненно. Зато действенно.

Да и я только сейчас поняла, что не то у нас было положение все эти два года, чтобы вот так её баловать и потакать ей во всем.

— Я виновата не меньше её, — прошептала, как только моя волчица отступила, возвращая мне контроль над нашим телом.

Моргнув, уставилась на Вегарта.

— Здесь все виноваты, Грета. Все без исключений. И я в том числе. Но Льюис жив. Он крепкий малый. Его так просто не упокоишь. Несколько дней он проведет в постели. А пока нам нужно отбить эту атаку. Я нужен своим людям, милая. Они там получают ранения.

— Иди, — прошептала и попыталась подняться.

— Я генерал, Грета, — он словно оправдывался, — я не могу быть в стороне.

— Мне не надо ничего объяснять, Вегарт, — шепнула, приходя в себя. — Это только красит тебя в моих глазах. А я пойду помогу Амме, и, пожалуйста, не дай бешеным или огню перейти на наш дом.

Он кивнул и, мягко подтолкнув меня к крыльцу, побежал к калитке, за которой шел бой. Кажется, его люди отстаивали наш покой и обеспечивали безопасность.

Глава 36

Остановившись на кухне у окна, выходящего во внешний двор, не могла успокоиться. Дальний дом продолжал пылать. Людские крики превратились в сплошной гам. И вроде такая знакомая картина — меня будто с головой в прошлое окунули — но чувства не те. Что-то изменилось за то короткое время, что я провела рядом с Вегартом.

Появилась некая уверенность. Да, пожар. Да, пылает так, что воздух плывет в мареве. И, наверное, раньше я бы уже собирала наши скромные узелки и бежала на улицу. Вот туда, где орут женщины и визжит ребятня. Горланят мужики. Туда, где мечутся бешеные, выкашивая без разбору всех живых, потому что им просто всё равно, кого убивать. Лишь бы пустить кровь и насладиться её ароматом.

Тяжелый удар отвлек меня от этих совсем невеселых мыслей. Поставив на стол котелок, Руни налил в него воду. Рядом в миске лежал довольно приличный кусок косули. Вид у брата был недовольный. Видимо, решил сразу отбывать повинность. Льюис раненый, а ему отдуваться за двоих.

— Я видела в твоем взгляде красный огонек, — произнеся это, уставилась на него не мигая.

Только сейчас сообразила, что же тревожило меня более всего. Он приподнял бровь и пожал плечами.

— Кровь, Руни, не колодезная вода. Осторожнее, родной. Не подцепи эту заразу.

Он предпочел не отвлекаться от приготовления ужина. Какое-то время я прожигала его взглядом, но он невозмутимо разделывал окорок на куски. Уж не знаю, что на меня нашло, но взяв нож, я несильно порезала кожу.

Брат закатил глаза и бросил в меня полотенце.

«А ничего, что там Льюис весь в крови лежит? — раздалось насмешливое в моей голове. — Грета, уймись и смотри в окно. Там твой муж нас всех спасает. А лучше мне помоги, чтобы при его возвращении я доставал из печи что-нибудь хотя бы съедобное».

Мне стало ну совсем совестно. Но я же видела, как вспыхнул его взор. Правда, не совсем была уверена, что за природа у той магии. Брат всё же нечистокровный оборотень, там от ведьмака больше, чем от перевертыша.

Фыркнув в мою сторону, Руни указал на окно. Развернувшись, я отшатнулась, жутко испугавшись. Над деревней, вернее, над теми домами, что зашлись огнем, нависла огромная грязная водная стена. Эта волна замерла, и только на самой её вершине сбивалась пена. Мгновение, и она обрушилась на пламя.

Гомон людских воплей сделался громче. Вода хлынула по дорогам, сбивая с ног бегущих, но её было не так много, чтобы кто-то мог захлебнуться и утонуть.

Хотя менее жутко от происходящего не становилось.

«Я хочу с Льюисом пойти, Грета, — голос в моей голове стал тише и осторожнее. — Воином стать. Я ведь неслабый, только немой. Но не думаю, что это сильно мне помешает. Как считаешь?»

— Готовь жаркое, — я не отвела взгляд от окна, — слушайся во всем Вегарта. Не зря же именно он наставник будущего императора. Тебя ждет прекрасное будущее, брат.

Он улыбнулся. Открыто и довольно, напоминая мне, что передо мной ещё не матерый волк, а подросток.

— И если почувствуешь, что… — я не могла мягко сформулировать фразу. — Что кровь отца берет верх…

«Я не бешеный, Грета. Кто угодно, но не он.»

В котелок опустился последний кусок мяса, за ним луковица и резаные клубни крупного картофеля, почищенные ещё с утра.

Снаружи стало тише. Над деревней клубился белый дым, идущий от бревен сгоревшего дома. В воздух взметнулись драконы. Огромные, массивные. Пройдясь по ним взглядом, я безошибочно нашла своего. Сбоку его тяжелого тела шла полоса чешуек. Цвет в ней плавно менялся от белого к голубому. От голубого к зеленому. От зеленого к красному. Теперь я понимала, что это означает. Метка стихий.

К слову, другие ящеры таким узором на теле похвастать не могли.

На кухню тихо вошла Амма. В её руках оказался второй котелок.

— Сварю зелье, чтобы силы нашим мальчикам восстановить. Да и генералу не помешает. Юниль там сидит у кровати, плачет.

— Наказания ждет? — я выглянула в коридор.

— Нет, кажется до нее дошло, что нужно слушаться взрослых. Плохо ведьмы переносят боль близким им людей. А тут из-за её проделок друга ранили. Испугалась она. Такое бесследно не исчезает.

Кивнув, я продолжала смотреть в небо. Драконы преследовали врага, поливая пламенем воду. Бешеные отступали, но их добивали. Бой отдалялся, принося облегчение.

Только вот дрожь в руках не унималась.

Раздался иной шум. Из нашей бани. Вздрогнув, я вспомнила, что Вегарт там запер одного из красноглазых.

Стало