Расплачивайся. Сейчас. - Екатерина Юдина

- И поэтому ты меня ночью куда-то везешь? – в голосе все так же сквозило напряжением.

- Я хочу познакомить тебя с единственным человеком, которого считаю своей семьей. Думаю, после этого тебе многое станет понятно и того, что ты называешь стеной, не станет.

Глава 49 Доверие

- В твоей семье есть человек, с которым у тебя хорошие отношения? – одной рукой опираясь о сиденье, я наклонилась вперед. Ливень гулко грохотал о метал и стекла внедорожника. Редкие фонари толком не освещали трасу. Создавалось ощущение, что мы находились в вакууме и атмосфера тут давила так, что это чувствовалось не только кожей. Даже душой.

- Моя госпожа так любопытна, - Лонго лениво подпер голову кулаком. Он безразлично смотрел на дорогу, а я сейчас была не в силах отвести от него взгляда. От еле заметных шрамов около глаза и от белоснежных волос, которые промокли, когда Матео ходил за чаем на заправке.

- Конечно. Ты же раньше никогда и ничего не рассказывал про свою семью.

- Разве твоя шестерка тебе в этом не помогала?

- Анджело не шестерка, - я взяла чай другой рукой. Стаканчик слишком горячий. Ладонь начало обжигать. – И, да, я просила у него собрать хоть какую-то информацию про тебя, ведь другого выбора не было, но, если честно, у меня после этого появилось лишь больше вопросов.

- И что же ты успела узнать про меня?

- То, что семья у тебя странная, - прислонившись плечом к кожаной спинке, я подтянула к себе jlye ногу, стараясь не задеть ранку на ступне. Под пластырем она практически не болела, но при соприкосновении жгла. – То есть, в своем роде она, наверное, может казаться нормальной. Во всяком случае, как для криминального клана, но все равно очень многое вообще никак не укладывается у меня в голове.

Благодаря Анджело я достаточно много знала про семью Матео и, в тот же момент, ничего.

У Лонго есть кузен и кузина по линии отца. Все они примерно одного возраста. Это дети младшего брата Гаспара. Того мужчины, который прямо у меня в саду во Фьезоле желал пустить пулю в голову Матео. Думаю, не стоит уточнять, что отношения у них, мягко говоря, натянутые. Даже хуже, чем можно себе представить.

По линии матери у Матео три кузины и один кузен. У Леоноры Лонго две сестры. Младшая и старшая. Это их дети. Все они тоже взрослые. Самой младшей восемнадцать, а старшему ребенку двадцать четыре. Все они прикреплены к кормушке Гаспара. Отец Матео каждый год выплачивает им определенную сумму просто потому, что они часть семьи. Но, насколько я знаю, Матео никаких денег не давали.

Как говорил Анджело, ни у кого из его родственников нет никаких даже приблизительно теплых взаимоотношений с Матео. Наоборот. Ситуация там крайне критичная.

- Например? – Матео еле заметно наклонил голову набок и мокрые, растрепанные волосы упали на глаза.

- Твой отец. Я уже спрашивала про это. Почему он так относится к тебе? – я не выдержала и, придерживаясь за дверцу с ногами взобралась на сиденье.

Не знаю почему, но я нервничала. Боялась, что опять наш разговор закончится ничем? То, что Лонго вновь оставит меня без каких-либо ответов? Он же постоянно это делал.

- Я, конечно, понимаю, что между отцом и сыном могут быть конфликты. Но не такие же. Я слышала, что отсутствие твоей финансовой поддержки объяснялось тем, что ты, как наследник, должен был научиться самостоятельно себя содержать. Из этого исходило и более жестокое воспитание, по сравнению с твоим младшим братом. Но, знаешь, мне уже известно на порядок больше, чтобы вестись на что-то…

- Леонора Лонго не моя мать.

Я так и замерла, оборвав фразу на половине слова. С разомкнутыми губами. Замиранием дыхания. У меня и так мысли путались, а сейчас вовсе показалось, что я точно ослышалась.

- Что? – переспросила.

- Эта беспринципная сука не моя мать, - Матео медленно перевел на меня взгляд. Его глаза были частично скрыты растрепанными волосами, но я все равно увидела то, насколько сильно потемнели радужки. – И, Мирела, предупреждаю сразу. Об этом знает только семь человек. С тобой – восемь. И это не то, о чем можно так просто кому-либо рассказывать.

- То есть, ты это серьезно говоришь? – я неосознанно наклонилась вперед. Несколько капель чая упало на ногу. Обожгло, но я этого даже не заметила.

Сознание переломало на части. Мысли превратились в бардак, но они все равно начали хаотично крутиться вокруг того, что я знала и слышала про Матео. И нигде, никогда не было даже намека на то, что Леонора не его мать.

- Да.

- Как такое возможно? А Гаспар?..

- К сожалению, я его сын.

Я немного опустилась на сиденье. Сама этого не понимая, надавила на ранку на ступне, но на боль уже не обращала внимания.

- Получается, у твоего отца были отношения на стороне? Ты внебрачный ребенок?

- Отношения? Нет. Он насиловал мою настоящую мать.

Краем глаза я заметила то, что Матео до побелевших костяшек сжал руль. А я замерла. Атмосфера в машине, нахлынув, ощущалась, как что-то ужасное. Ножами проходящее по горлу.

- А твоя биологическая мама… Она сейчас?..

- Мертва, - Лонго убрал одну руку от руля. Опять переведя взгляд на дорогу. – Уже давно. Ее не стало через неделю после родов. Возможно, она могла бы выжить, но Леонора запретила врачам подходить к ней и оказывать какую-либо помощь.

Казалось, что ливень стал лишь сильнее. Капли грохотали о машину и этот звук для меня сейчас был тревожным. И мне казалось, что я задыхаюсь от ярости, исходящей от Лонго.

- Как звали твою маму? – осторожно спросила, но все равно ощущала себя, так, словно ходила по тонкому льду.

- Джосет де Аркур.

- Француженка? – я приподняла брови, понимая, что ни имя, ни фамилия совершенно не итальянские.

- Да.

Я сильно замялась. С трудом отрывая взгляд от Матео, и переводя его на окно. Сейчас на трассе не было других машин. За окном темно. Виднелись лишь поля и очертания редких деревьев.

В голове вихрем кружилось множество вопросов, а я не знала, смею ли вообще их задавать.

- А как так получилось, что ты… - я запнулась. Не то. Выдыхая, я потянулась к