Запретная. Моя - Элла Александровна Савицкая

лицо за подбородок, – Даш, между нами с ней ничего нет.

Я вздыхаю.

– Знаю.

Отвожу взгляд, а Руслан снова поворачивает мое лицо на себя.

– Ты самое важное для меня, – внушает моему разгулявшемуся сознанию.

А потом наклоняется и захватывает мои губы своими. Мягко, но уверенно, как будто печать ставит под своими словами.

Секретарь, что сидит от нас в нескольких метрах, демонстративно прокашливается, а я расплываюсь в улыбке.

Руслан отстраняется от меня.

– Я видел тебя, Маша, – кивает ей приветливо.

– Я вас тоже видела, Руслан, – смеется доброжелательно она. – Поздравляю, – опускает взгляд на мой живот.

Я смущенно улыбаюсь.

– Спасибо.

– Я зайду? – спрашивает он.

– Я подожду тебя здесь, – говорю я.

– Нет, пойдем.

Не знаю зачем Руслану понадобилось представлять меня начальнику, но он это сделал. Игорь Владленович оказался статным, располагающим к себе мужчиной. Он даже встал, чтобы подойти ко мне и познакомиться ближе.

– Я примерно так тебя себе и представлял, – пожав мою руку, растягивает губы в улыбке. – Рад знакомству.

– Я тоже.

Они перебрасываются с Русланом парой фраз, а когда мы прощаемся, я еще раз протягиваю ему руку.

– Спасибо вам, – искренне благодарю, – Вы никогда не разочаруетесь в том, что дали Руслану шанс.

В мужских глазах мерцает согласие.

– Рад, что я не один так думаю.

Глава 59

Домой мы приезжаем ближе к вечеру. С тортом и целым килограммом мяса.

Руслан пообещал поджарить котлет, а я решила поучиться у него их готовить.

Пока есть свободное время нужно мотать на ус, потому что потом это будет делать сложнее.

И вот сидим мы за столом, с целой миской котлет, половину из которых я лепила сама, и уплетаем их за обе щеки.

Вкусно, словами не передать. Аромат сумасшедший.

К котлетам я сварила пюре, которое вызвался потолочь Руслан, чтобы я лишний раз не напрягалась. Не думаю, что толочь картошку так уж опасно, но спорить с ним я не стала.

Когда рядом есть человек, готовый взять в руки толкушку, это приятно.

На самом деле, дело конечно, вовсе не в толкушке, а в том, что рядом просто есть кто—то. Тот, кто заботливо сварит чай, спросит о самочувствии, купит мороженное в парке, и заставит сесть, потому что мы проходили час, и пора отдохнуть.

Нельзя привыкать к этой заботе, но я делаю это со скоростью света. Привыкаю к Руслану снова.

– Как на счет того, чтобы завтра сходить в кино? – предлагает он, отрезая для меня кусок торта.

– Я не против. А что там идет?

– Понятия не имею. Если ничего интересного, можем придумать что—то другое.

– Не хочу другое, – мотаю уверенно головой.

В памяти всплывают картинки нашего последнего с ним похода в кино. Тогда он довел меня до оргазма прямо в зале.

Боже…

На щеки наползает жар, и по глазам Руслана я вижу, что он тоже это вспоминает. В них разжигается огонь, скулы вздрагивают.

– Значит, идем в кино, – хрипло произносит он.

Я хватаю чашку с чаем и делаю крупный глоток. Даже не верится, что это было на самом деле. Кажется, в прошлой жизни, но ощущения свои я помню, как будто испытала их сейчас. Острые, запретные, пьянящие.

Между ног простреливает спазм. Я сама себя одергиваю.

Изо всех сил стараюсь переключить мысли на другую тему. Менее опасную.

Врач сказала никакого возбуждения в ближайшие месяцы. Нельзя, чтобы живот напрягался, поэтому и воспоминания нужно блокировать.

Было бы это так просто.

О чем там подумать, чтобы переключиться?

Не успеваю я прикинуть варианты, как в дверь раздается звонок.

– Ты кого—то ждешь? – спрашивает Руслан.

– Нет.

Встаю и иду открывать.

Толкнув дверь, напарываюсь на до боли знакомое лицо.

Славик стоит, засунув руки в карманы джинсов. Выглядит неуверенным и даже виноватым.

– Привет, – голос звучит нерешительно.

– Здравствуй, – отвечаю, замечая, как его взгляд скользит по моему животу.

На мне сейчас обтягивающая майка, потому что по дому ходить в объемной футболке жарко. На улице лето, а здесь нет кондиционера. Приходится выкручиваться меньшим количеством одежды.

– Я собиралась тебе звонить, – невольно тяну за подол, чтобы прикрыть открытую полосу кожи.

– Ага. Твоя матушка уже набрала. Скандал устроила, – выдает в слегка обвинительной манере.

– Мне жаль. Но на сколько я поняла, ты должен был мне принести деньги еще давно.

– Я не смог тогда. Думал зайти позже. Но она блядь бучу такую подняла, как будто я их себе забрал.

– А это не так? – осторожно интересуюсь, рассматривая острые линии его лица.

Я не видела его несколько недель, за которые он ни капли не изменился. Только глаза стали более холодными.

– Не так. Я просто видеть тебя не хотел.

– Оу… – что ж, во всяком случае, честно.

Он открывает рот, чтобы сказать вероятно что—то еще не очень приятное, как вдруг переводит мне взгляд за спину и молниеносно меняется в лице.

Глаза округляются, губы складываются в тонкую линию.

– Серьезно? – выдает на выдохе, снова вернув взгляд на меня, – Даша, ты серьезно? Ты че блядь снова с ним?

– Выражения выбирай, – звучит строго за моей спиной.

Руслан мягко отодвигает меня в сторону, занимая позицию так, чтобы стоять ближе к Славику, который начинает от чего—то хохотать.

– Бляяя, да вы стоите друг друга. Одна мазохистка, другой садист, – мерзкий смех заползает под кожу, и я машинально тру ее.

– Слав, – зову, и он смотрит на меня, как на букашку под ногами.

– Ну ты и дура, Дашка. Какая же ты дуууура.

Не успеваю моргнуть, как смех сменяется глухим стоном. Это Руслан ударил Славу в челюсть и тот схватился за лицо.

– Ты пришел деньги отдать? Отдавай, – Руслан требует, нависая над ним, как коршун.

Мое сердце заходится от волнения.

Я не хочу снова всего этого.

– Пиздец, – сквозь истеричные нотки, смеётся Славик. – Я такой дебил. Думал, можно пробиться к тебе, а хер. Ты же сдохнешь и на смертном одре будешь все равно только о нем грезить.

Не успевает договорить, как Руслан сгребает его за грудки и рывком дергает на себя.

– Руслан, пожалуйста, – в панике хватаю его за руку, – не надо.

– Вот, подавитесь. Вы же только за чужой счет жить можете, – достав из внутреннего кармана деньги, Слава швыряет их прямо в меня так, что банкноты ударяются мне о грудь, лицо и падают на пол.

Рука Руслана молниеносно исчезает из моей, и он засаживает ее Славику в живот.

Он со стоном сгибается пополам, но Руслан сжимает его шею сзади и тычет лицом в пол.

– Поднимай.

Злость, которая исходит от него,