Реинкарнация: вторая жизнь в альтернативном мире - Emory Faded

обстоятельств, что могут вызвать муки совести, она неофициально считается в отряде главная. А я… ну… в общем, поймёшь со временем, почему я не главный. А вот, что до Зага, то он идеален на эту роль, поэтому он практически всегда и является официальным главой отряда, пускай ему самому подобное и не в радость.

— Почему?

— Ну, — пожал он плечами, — вот такой уж он человек, предпочитающий выполнять приказы, а не раздавать их.

— Ясно… Так почему ты идёшь с нами?

— Потому что так хочу.

А вот сюда по взглядам других членов ордена, которые они на него бросают, потому что его никто здесь не любит, кроме разве что Нэнси и Зага. Даже интересно, чем он всем так насолил? Хотя, если он всегда выкидывает подобные необдуманные глупости на подобие вчерашней, то это и неудивительно…

Через некоторое время мы попали в замок, который внутри оказался куда больше, чем казался снаружи. И пока мы шли по его коридорам, я даже заметить не успел, как Дин, идущий рядом, куда-то пропал, как и Заг. Но спрашивать я у Нэнси насчёт этого ничего не стал, и уже вскоре мы вышли к большим открытым дверям, в которые сразу же все вместе и зашли.

Длинные столы, столь же длинные лавочки по обе стороны от них, огромные окна с обоих сторон и столь же огромные люстры на потолке говорят сами за себя — это местный аналог столовой.

— Рассаживаемся за стол! — прокричала Нэнси, указывая руками на один из столов. — Скоро подадут еду!

* * *

— Как всё прошло? — спросил низким голосом черноволосый старик с яркими зелёными глазами, будучи одетым в тяжёлую латную броню и сидящий за большим деревянным столом.

— Могло и лучше, — ответил златовласый мужчина с такими же золотыми глазами, скрестив руки и облокотившись в расслабленной позе на стену.

— Я не тебя спросил, Дин, — нахмурился мужчина, сжав кулаки, но увидев, как Дин поднял руки, сдаваясь, перевёл взгляд с него на смуглого мужчину, стоящего посреди комнаты. — Заг?

— Подготовка прошла хорошо. В ходе сражения было убито порядка тридцати пяти культистов и при этом никто из нашей группы даже не понёс тяжёлые травмы. И всё это благодаря подавителю, к которому они совершенно не были готовы. Но даже так мы всё равно опоздали и не смогли спасти многих — выжило лишь девятнадцать детей.

Мужчина прикрыл глаза, сделал очень глубоких вдох, выдохнул и после ещё несколько секунд помолчал. Только после этого неспешно приоткрыл глаза и сказал:

— Ясно. Это печально. Мы делали большую ставку на эффект неожиданности в виде подавителя.

— Мне жаль…

— Это не твоя вина Зиг. Я уверен, во многом благодаря тебе всё прошло куда лучше, чем могло.

Зиг на это промолчал, и старик продолжил:

— А как прошла стадия побега? Почему вы вернулись сильно опередив график?

Зиг уже открыл рот, собираясь ответить, но его опередил Дин:

— Понимаете, возникла небольшая проблемка.

— Дин… — попытался остановить его Заг, обернувшись к нему.

— "Проблемка"?

— Ну да, в ходе неё нам, чтобы скрыться от преследования, пришлось… уничтожить портал с той стороны.

Старик ещё крепче сжал кулаки, от чего по комнате разошёлся хруст.

— Рассказывайте.

— Ну… если с самого начала, то…

* * *

— Как знал, что не нужно было тебя пускать к нему, — сказал Заг, когда он вместе с Дином покинул комнату главы Ордена. — Вот нахрена ты начал рассказывать об этом? Я бы сам всё рассказал, преподнеся это более деликатно.

— Я конечно, тебе благодарен, все дела, но защищать меня не надо, — ответил Дин, спускаясь первым по лестнице. — Если уж ты у нас хороший парень, а я местный клоун-долбаёб, то пускай так всё и остаётся и впредь. Тем более, что в произошедшим виноват лишь я один, а не ты или кто-либо другой.

— Ты неисправим…

Глава 27

После того, как мы поели, Нэнси отвела нас в наши комнаты, которые находятся в этом же замке, начиная со второго этажа и выше. Вероятно, так сделали, чтобы максимально нас обезопасить — будь я на их месте, именно так бы и рассуждал при заселении детей.

А может, всё на самом деле куда проще и все места в других зданиях попросту заняты…

Мне, кстати говоря, досталась комната на третьем этаже. А моей соседкой, живущей за стеной, стала, разумеется, розоволосая девочка, потому что, судя по всему, Нэнси при нашем расселении, решила, что нас двоих лучше всего будет не разделять. И в принципе, я с ней согласен — если девочке спокойнее рядом со мной, то пускай так и будет — мне это всё равно не в тяжесть.

Что же до самих комнат, то они все идентичны, как в плане своих размеров и форм, так и в плане интерьера — всё совершенно одинаковое, что тоже правильно — не хватало ещё, чтобы дети с и без того искалеченной психикой страдали из-за того, что кому-то повезло больше и у кого-то комната лучше, чем у них.

А если же говорить более конкретно о интерьере комнат, то тут всё крайне минималистично: стены, полы и потолок сделаны из одного и того же обычного камня; неплохая кровать, стоящая в углу, вместе со сменным постельным бельём, лежащим прямо на ней; большой, но максимально обычный с виду сундук, находящийся рядом с ней; небольшая тумбочка, так же расположенная около кровати и на которой стоит подсвечник со свечой; огромный коричневый ковёр из какой-то твари в центре комнаты, занимающий всю её треть; стол с двумя стульями, располагающиеся у большого окна со столь же большим подоконником.

Вот, в принципе, и всё — больше в этих комнатах ничего и нет. По сути тут всё почти так же, как было и в том месте. Различие же здесь разве что в том, что у каждого ребёнка своя комната, а так же есть доступ к свежему воздуху и к виду на двор крепости. Ну и слуги, разумеется, отсутствуют.

Но все эти отличия, как по мне, только пойдут на пользу детям, особенно — отсутствие слуг, ибо дети должны научиться сами за собой ухаживать. А иначе, даже повзрослев, многие из них всё равно так и останутся детьми. В своей прошлой жизни я подобное наблюдал не раз — как-никак, а гиперопека родителей и избалованность детей были там, к сожалению, крайне частыми явлениями.

Тем не менее, если забыть о том мире и вернуться к этому, то после того, как нас расселили