Наследница - Лара Барох
Я увидела нечто безразмерное, коричневое и грязное. А подняв глаза, встретилась взглядом с мамой-медведицей. Она сидела на попе, выставив вперед кожаные подошвы с огромными когтями, и разглядывала меня. А рядом резвился «малыш». С половину меня примерно.
— З-здравствуйте! — прошептала я чуть слышно.
Медведица не уходила.
— Лес, — шепотом спросила я. — Лес, почему она смотрит на меня?
— Любопытная. Согласилась помочь, только если рассмотрит тебя как следует. А еще у нее на загривке колючки. Сможешь убрать? Жалуется на них, а сама достать не может.
— Боюсь!
— Она передает, что не шелохнется. Просит помочь. Спать не дают, колются и чешутся. Совсем она извелась. Ну что тебе стоит?
Легко сказать, его бы на мое место. Но, видимо, придется айболитом поработать. Я отпустила кота, поднялась и осторожно шагнула к ней, приговаривая:
— Давай я попробую тебе помочь. Лес сказали, что тебя колючки беспокоят, да? Я постараюсь аккуратно их убрать.
Почему-то, если говорить все это вслух, было не так страшно.
А когда я обошла сидевшую медведицу, то поняла, что голыми руками не справиться. На загривке был сплошной ком из шерсти, грязи и мелких веток. Колючки еще поди разгляди. По всей видимости, она пыталась избавиться от колючек сама и только усложнила дело.
— Лес, здесь нужно все выстригать. Или срезать этот колтун целиком. Руками я не справлюсь. Пусть она идет с нами к идолопоклонникам. Я попрошу у них нож и тогда смогу помочь ей. Передайте ей мое предложение.
— Она согласна.
Глава 8
Медведица улыбнулась. Или мне так показалось, или я уже начала сходить с ума. После чего она встала на четыре лапы и, виляя задом, направилась к яме. Медвежонок, подпрыгивая и немного путаясь в лапах, припустил за ней.
Я осталась сидеть, где сидела. Зачем мешаться под лапами? Лес все объяснит. И действительно, вскоре послышался треск, а затем и сообщение от леса, что можно брать золото.
Я подошла и заглянула в яму. Неглубоко. Спустилась и, смахнув щепки, осмотрела сундук с кладом. Он был плотно набит мешочками. Множеством мешочков. Я достала самый верхний. Пощупала — вроде камни. Даже смотреть не стала, что там. Взяла другой. Встряхнула — монеты. Увесистый. Мне его на полжизни хватит.
— Спасибо, лес! Взяла ваши монеты. Зовите волков. Или здесь близко? Может, все же я дойду?
— Дойдешь. Сейчас тропинку выложу.
И прямо на глазах среди деревьев проступила едва заметная тропинка.
— Кот, ты своим ходом или на руки взять?
— Сам дойду.
И мы вместе пошли по тропинке. Впереди я, затем кот, а сзади медведица с медвежонком.
Шли недолго и совсем скоро вышли на опушку. Перед нами лежала небольшая поляна, а за ней отчетливо виднелись домики и слышались звуки домашних животных. Где-то голосили куры, мычали коровы. Во дворах поднимались в небо струйки дыма. А посреди поля находилась странная конструкция из сваленных горой камней, многие их которых были перевязаны цветными лентами.
— Лес, я пошла к идолопоклонникам. Скажи зверям, чтобы ждали меня здесь. Я постараюсь быстро вернуться.
— Звери и не пойдут за тобой. Мы для них дом, а все остальное чужое.
Ну что, встречай меня, честной народ!
Я дошла до груды камней. И правда, многие обвязаны выцветшими от солнца и дождей лентами. Интересно, зачем они нужны. Кто из предыдущих наследников пожелал? Непонятно.
Едва я подошла к селению, как мне навстречу вышел старик. Длинная борода, седые волосы, перехваченные на лбу кожаным шнурком. Одет в светлую рубаху с вышитым воротником и в широкие штаны. Обувь плетеная, наподобие лаптей.
— Приветствуем тебя! Ты сейчас наследница?
— Да, я.
— Слава лесу! — старик упал на землю и распластался на ней.
Возле старика начали собираться остальные жители и по его примеру падать на землю.
— Как вас зовут? Как к вам обращаться?
— Идолопоклонники мы. Так и зови нас.
— А имена? Есть у вас имена?
— Я Береза. Рядом Осина, Сосна, Шиповник, Пень. Тебе всех назвать?
М-да, кто-то славно пошутил над этими людьми. Ну да ладно, меня интересует другое. А имена, знакомство это, скорее, дань вежливости.
— Скажи, Береза, правда ли вы дадите мне еду, воду и одежду?
— Это так. Только вот, наследница, жизнь у нас очень тяжелая. Мы живем отдельно от остального мира и рассчитывать можем только на себя…
Старик к тому времени поднялся и переминался с ноги на ногу. Еще и глаза при этом отводил. Чего это он? Ах да, золото.
— Золото я принесла.
— Проси что хочешь у нас! — поклонился он в пояс.
— Два кувшина с пробками. Один наполнить чистой водой, второй молоком. Хлеб или лепешку, сыр, копченое мясо или колбасу, свежую зелень и овощи, острый нож и ножницы, несколько тарелок, кружку. Все это положите в мешок. Еще несколько чистых тряпок, больших и маленьких. Гребень. Две овечьих шкуры. Это сейчас. А через два-три дня несколько новых нижних рубах, три сарафана и одну пару туфель.
— Мешочек золота, — поклонившись, протянул руку старик.
За что? Кусок сыра и нож столько стоит? Или овечья шкура? Это же просто несусветная наглость! Неуемная жадность!
— Простите, я, должно быть, ослышалась. Вы просите за все мешочек золота? Или это разовая плата? И впредь вы будете выдавать мне все без денег?
— Ох, если бы это было так… — искренне сокрушался старик. Но сейчас в каждом его слове и движении я видела лишь лицемерие. — Нам очень тяжело живется в отдалении от людей. Мы можем рассчитывать только на себя.
— Поэтому и просите целое состояние за лепешку? — я все больше распалялась. — Будет вам золото. Но советую пересмотреть свои аппетиты.
На этом я протянула ему мешочек, что дал лес, и поинтересовалась, долго ли ждать?
— Нет, что ты. Мы прямо при тебе все приготовим и отдадим.
Старик в который раз поклонился и ловко спрятал мешочек за пазуху. После чего раздал людям задания, и они стремглав умчались в деревню.
— Я буду ждать у камней, — я показала на идолов и, ни сказав больше ни слова, ушла.
Меня прямо разрывало изнутри от жадности этих людей. Придумали, как наживаться! Безусловно, монеты эти мной не заработаны. Их дал лес. И я уверена, что если он откроет все свои сокровища, то окажется самым богатым на земле. Но это неважно. Почему одни люди умирают от голода, переселяются с
