Влюблённая ведьма - Анна Джейн
Он на мгновение замер.
— Объявляю тебя своей официальной грелкой, — объявила я, чувствуя бодрящий кофейный аромат.
— Неожиданно.
Я потерлась щекой об его спину.
— Спасибо, что заступился за меня.
— А я мог пройти мимо? Хотя, — он вдруг усмехнулся. — Наверное, мог. Вышел из машины и первое, что увидел — тебя с другим. Зачем ты дала ему себя поцеловать, Ведьмина? — прямо спросил он.
— Я не давала! — возмутилась я. — Просто была в шоке. Не понимала, что происходит — будто в прошлое вернулась. И на несколько секунд перестала контролировать происходящее. Но, Олег, это не значит, что я хотела этого. Мне до сих пор противно. Ты бы знал, как на душе гадко. А ты ревновал, да? — спохватилась я.
— Да, — честно ответил Олег, разжал мои руки и повернулся ко мне. — В первое мгновение решил, что ты нашла себе кого-то, и что я должен уйти, потому что с самого начала все было глупо и бессмысленно. Даже успел повернуться. Наполовину. — Он усмехнулся. — А потом подумал: «Какого черта?» И пошел разбираться.
— Ты думал, что я выбрала другого? — заглянула я в его темные глаза и увидела в них ответ. Да, думал. И ревновал — да еще как! Олег пошел ко мне и Косте, ибо не понимал, что происходит. Был зол. Нет, был в ярости. Он действительно не любил делиться своим. К тому же Олег был не из тех, кто отступает.
— Я думал, что сойду с ума. — честно признался он. — Хотя, возможно, именно этого ты и добиваешься.
— Представляю, что было бы, если бы ты ушел, — вдруг сказала я. — Не увидел бы, как я бью Костю. И не узнал бы правду. Наверное, считал бы меня стервой, которая крутит с двумя.
— Для этого я слишком умный, — заявил Олег. — Я работаю с фактами, а не с домыслами. Мне важно знать истину, а не верить в собственные иллюзии. Истина и вера во что-то не всегда совместимы. Даже если это вера в собственную правоту.
— А если это вера в человека? — зачем-то спросила я. — Ты ведь поверил в то, что я не имею отношения к проколотым парнями шинам.
— Это странно, — согласился Олег. — Я и сам не знаю, почему поверил тебе. Фактов, которые говорили бы об этом, у меня нет. Что ж, это будет моей гипотезой. И твое поведение или опровергнет ее, или докажет. В любом случае, я однажды узнаю истину.
— Просто признайся, Владыко — ты от меня без ума, — улыбнулась я, чувствуя знакомое тепло в солнечном сплетении. Он был так близко и казался таким хорошим, что сердце замирало.
— Возможно, — согласился Олег, убирая мне за ухо прядь волос и гладя проходными пальцами по щеке. — Кстати, почему ты отклонила мой звонок?
— А ты звонил? — удивилась я и вдруг поняла, что в спешке оставила телефон дома. Впервые в жизни. — Кажется, я телефон забыла…
— Вот оно что.
— Спасибо, что вступился за меня, — тихо сказала я, не отрывая от него глаз и чувствуя, как покалывают губы. Олег коснулся моего предплечья и легонько сжал его.
— Не мог иначе, — чуть склонившись, прошептал он мне на ухо. Ему хотелось сказать мне что-то еще, но нам помешал стук в дверь.
Глава 8
— Олег Владимирович, можно? — услышали мы заискивающий голос какого-то парня. — Я по поводу курсовой… Мне сказали, вы здесь.
— Чертовы студенты, — не сдержался Олег, правда, сказал это так тихо, что даже я с трудом услышала это и хмыкнула.
— Можно, — громко сообщил он не самым приятным голосом и шепнул: — Подожди меня тут, хорошо? Не хочу, чтобы тебя видели. Если что, у нас есть конфеты.
Я кивнула в ответ, а Олег вышел из нашего закутка.
— Семенов, вас не учили, что входить нужно после того, как вам ответят, а не вламываться во время стука? — нелюбезно спросил Олег.
— Извините, Олег Владимирович, — стушевался невидимый мне студент. — Просто хотелось курсовую вам лично сдать, пока вы здесь.
— А вовремя вы не пытались ничего сдавать, Семенов? — поинтересовался Олег. — Или это не входит в ваши жизненные приоритеты?
Студент завздыхал. Владыко он явно побаивался. Четверть часа Олег проверял его курсовую, и судя по язвительным ремаркам, которые он время от времени бросал, Семенов ее написал очень плохо. А я пила кофе, ела конфеты и радовалась, что оказалась не на его месте. Я терпеть не могла, когда меня ругали преподаватели.
— Даю вам два дня, чтобы вы переделали курсовую, — в конце концов сказал Олег.
— Я переделаю! — жарко пообещал Семенов.
— Это последний срок. Больше возможности переделать работу у вас не будет, учтите.
— Уже учел, Олег Владимирович! А можно я еще Василию Петровичу лабораторную оставлю? — тоном мальчика-зайчика спросил Семенов. — А вы передадите…
— Я похож на почтальона? — ласково поинтересовался Олег, и я хмыкнула.
— Не очень… Тогда… До свидания? — не уверенно попрощался с ним Семенов.
— Я бы сказал — до новых встреч.
— А кто у вас там кофе пьет? — поинтересовался Семенов уже около двери, и я едва не подавилась. — Может быть, Василий Петрович?
— Василия Петровича сегодня нет и не будет, — ответил ему Олег. — Закройте уже, наконец, дверь. С той стороны.
Семенов покинул кабинет, а я вышла к Олегу с кофе в руках и протянула ему.
— Ты такой мерзкий препод, — улыбнулась я. — Гоняешь парня. Мог бы сразу курсовую принять.
— Если Семенов сдаст мне курсовую в таком виде, выше тройки не получит, — хладнокровно ответил Олег. — Он на бюджете, следовательно, лишится стипендии. А у него мать больная, насколько я знаю. Деньги лишними не будут.
Я удивлённо на него посмотрела.
— А ты откуда знаешь?
— Думаешь мы, преподы, вообще ничего о вас не знаем? — усмехнулся он, беря кружку из моих рук. — Всем все известно. Семенов не принес курсовую вовремя из-за подработок. Не ходил на консультации по этой же причине. И я хочу банально вытянуть его. Хотя остальным может казаться, что я его «топлю».
— Ты такой хороший, Олег, — вздохнула я. — Правда.
Он улыбнулся, и его взгляд стал теплым. Мне казалось, что я смотрю в его глаза и падаю.
— Что случилось вчера? — спросила я, беря его за руку. — Ты так и не сказал.
— Ничего страшного, — отмахнулся Олег. — Просто какой-то ненормальный напал
