Рэй - Сергей Викторович Вишневский

злостью на самого себя за слезы принялся вытирать лицо.

— Ты в бездне был? — раздался мужской голос.

— Нет, что там делать? Пусто. Древние спят. Скукота, — ответил другой мужской голос.

Глаза Рэя округлились, он поднял взгляд и обнаружил, что перед ним стоят те двое, которых он встретил в гробнице.

— В-в-в-вы... — заикаясь, произнёс рыжий парень.

— Я же говорил, что он больной, — недовольно буркнул Фил. — Посмотри на него! Он еще и заика!

— Ой, да брось. Просто сельский паренек из жуткой глуши. Наслушался всяких бредней и испугался, — отмахнулся толстячок.

— А получше никого не было?

— Ну, уж прости. Это ты нормальных наследников не сделал. Какой есть. Тем более он последний. Скажи спасибо, что Фортуна вообще за это взялась.

Мальчишка сделал шаг назад, в лабиринт.

— Вы посмотрите, какой важный птица, — со странным акцентом произнёс Фил. — Он с Фортуна говорить! Он важный! Хвост распушить, ходить туда-сюда.

— Вот давай без этих твоих шуточек, — насупился Карл. — Я, в отличие от тебя, делом занимался эти три тысячи лет. А ты, на секунду, прохлаждался в каменном гробу. Как ты с ума там еще не сошёл?

— Болтался в астрале. Там, знаешь ли, очень много занимательных личностей. Было о чём поговорить.

— Три тысячи лет?

— Это я и с половиной не разговаривал, — хмыкнул Фил и, заметив, что мальчишка сделал ещё один осторожный шаг назад, вздохнул и обратился к нему. — Слушай, не помню, как тебя, но смысла убегать нет. Тебе придётся стать моим учеником. Это уже записано в мироздание. У тебя и меня нет вариантов. Поэтому, куда бы ты не пошел — я и он всегда будем появляться рядом или на твоём пути.

Рэй оглянулся назад, затем снова взглянул на двух мужчин и сделал снова один шаг назад.

— Он ещё и идиот, — буркнул мужчина в лохмотьях.

— Эй, парень. Я та самая ведьма, что обещала тебе путь в родные земли. Помнишь? — попытался достучаться до мальчишки толстячок. — Да, я выглядел как мелкая девка и как скрюченная старуха. Так вот, если ты станешь нормальным одаренным, то сможешь вернуться домой. Тебе уже никто и ничего не сделает. Понимаешь, о чем я? Будут деньги, женщины и власть. Если не будешь филонить, то и деревню себе прикупишь. Это твой шанс. Я тебе пообещал — я сделал. Хватит бегать. Просто смирись и...

— Мне всё это надоело, — буркнул Фил, заметив, как Рэй сделал еще один шаг назад. — Он так и будет бегать!

Лёгкое шевеление пальцами, и из каменного пола выскакивают две руки, что хватают Рэя за запястья мертвой хваткой.

— Д-д-дяденьки... не надо... — всё ещё бормочет на автомате мальчишка.

— Надо, деточка... — направился к нему Фил с зловещей улыбкой. — Надо!

***

Хах, да!

Я тогда был жутко труслив.

Нет, не то чтобы я прямо боялся каждого куста, но баек и страшилок в моей деревне ходило предостаточно.

Вот представьте.

Вы с пацанами в темень лютую сидите у костра. Отроки по одному страшилки рассказывают и одна другой краше. Про деву-бесприданницу, что утопилась на болотах, а затем всех путников, что туда заносило, под воду утаскивала, стоило им задержаться до сумерек на тех болотах. А ягода там всегда крупная, сладкая. Даже от клюквы лицо не сводит с непривычки. А морошки... морошка в тех болотах с полкулака! Да только не видал той морошки больше никто. Как бесприданница там поселилась.

Или вот про душегуба, что у городища на торге орудовал. Много народу извёл, награбил столько, что унести не мог. Тайными тропами в городище пробирался, сторговал всё на сторону честным торгашам. А монету прятал на кладбище. У одной из свежих могил врагов, что от его руки пали, он тайник сделал. И складывал он туда монеты, одну за одной. Копейка к копейке. А когда там богатство в десяток золотых монет скопилось, он решил его выкопать и в другой торг перейти. Очень уж он там кровью наследил. Пришёл он в ночи на кладбище и лопатой копать начал. Раз, второй, третий. Тут упёрлась лопата его. Он нагнулся, думал, клад свой нашёл. Руку протянул, а из земли рука мертвеца как выскочит да схватит его за шею. И давай его к земле тянуть. Душегуб обратно вырваться пытается, а тут вторая рука его за шею — хвать! И всё.

Так и утянуло под землю его лютое злодейство. И золота того не видали и душегуба больше.

И таких историй я даже сейчас могу с десяток вспомнить. Что же в те годы было...

Да, понятно, что истории просто байками были, но много ли правды надо пацаненку в двенадцать-то лет? Я в то время умом и сообразительностью не отличался. Подумать, кто тогда про душегуба мог рассказать, и откуда могли узнать о кладе, я не мог. А вот установка в голове о том, что тревожить мертвых — чревато, в голове осталась.

Ну, и тут вы понимаете, да?

Каменный гроб. Ведьма. Мужик в лохмотьях и какой-то толстяк.

Страшно было до жути.

А ещё как-то домой вернуться надо, а там могут и выпороть плетьми до смерти. В общем, смешалось всё, запутался, вот я и бежал. Бежал просто со страху и на автомате.

Думаю, Филимон сделал правильно, что тогда меня в каменные оковы посадил. Мне кажется, я тогда бы до самой деревни от него бегал с перепугу не оглядываясь.

Как бы там ни было, но он заставил меня произнести ученическую клятву и, соответственно, произнёс клятву учительскую. Для меня это была не клятва, а тарабарщина на незнакомом языке, но факт остается фактом. С того самого момента у входа в древнюю гробницу я превратился в ученика.

Ученика одного из самых могущественных магов в мире.

Правда, был нюанс.

Но о нём чуть позже.

Первое, что мы сделали, когда на моём предплечье появилась едва заметная татуировка с непонятными каракулями в форме круга...

***

— Чешется, — буркнул Рэй, расчесывая предплечье.

— Это потому что ты гадости про меня думаешь, — хмыкнул Фил и остановился на краю поляны. — Кстати, неплохое место. Думаю, здесь мы и остановимся.

Мальчишка оглядел поляну среди густого леса и спросил:

— Почему тут?

— Потому что я так сказал, — буркнул Фил. — Надо определиться с парочкой вещей, после