Не брак, а так - Алина Ланская

— от интимного шепота по коже поползли мурашки. Алисе захотелось спрятаться, исчезнуть. Она даже натянула на голову одеяло, дернула резко и тут же услышала возмущенный возглас.

— Эй!

— А нечего было будить! — буркнула она, пытаясь всеми силами скрыть смущение. — Я спать хочу!

И получила поцелуй в плечо. Замерла, прислушиваясь к себе. Чуть потянулась, повернула голову к свету и осторожно открыла глаза.

Взгляд Германа пронизывал насквозь, в нем было столько нежности и желания, что Алисе снова захотелось спрятаться.

— Спать? Ты хочешь спать? — мужская рука уже вольготно блуждала по обнаженному телу. — Ты другого хочешь… всю ночь мне не давала спать.

В глазах искрился мальчишеский смех. Разве можно на него злиться? Или на себя? Алиса не думала, что еще когда-нибудь увидит в нем столько света.

— Я люблю тебя! — Герман аккуратно убрал с лица Алисы прядь волос. — Клянусь тебе, ты не пожалеешь. Я тебя никогда не предам.

Она долго смотрела на него, не отводя взгляда, пока в глазах не защипало от слез.

— И я… я тоже тебя люблю, — вздохнула и повторила то, что с таким удовольствием делала ночью — запустила пальцы в густые темные волосы мужа.

Им не дали поваляться в постели, время для личных, интимных разговоров закончилось. Кто-то бесцеремонно постучал в дверь и не дождавшись ответа громко сказал:

— Герман Аркадьевич, вы здесь?

Алиса живо натянула на себя одеяло как нашкодивший подросток. Рядом на тумбочке мигал стационарный телефон, видимо, до них еще и пытались дозвониться.

— Все в порядке, — крикнул Герман и чуть закашлялся. — Я скоро.

— Тебе надо на массаж, — тихо прошептала Алиса.

— Какая у меня строгая жена, — хмыкнул Герман, но начал одеваться. Делал это самостоятельно, хотя координация движений еще была далека от прежней. — Не хочешь спросить, как прошел релиз?

— Боюсь спрашивать! — призналась Алиса. И как выяснилось, зря.

— Десять тысяч подключений меньше, чем за сутки, — довольно оскалился Герман. — Может, это и не сенсация, но и не провал точно! Иди ко мне, родная!

И раскрыл объятия.

После обеда они медленно гуляли между корпусами санатория, когда за одним из поворотов увидели Игната Сабурова.

Алиса застыла на месте, не могла и шагу ступить. Меньше всего на свете она хотела видеть сейчас своего друга. Друга, который столько для нее сделал, благодаря которому они оказались здесь и Герман теперь не беспомощный инвалид, и про которого она малодушно предпочитала не думать эти дни, потому что была эгоистично счастлива.

Навстречу ей шла ее совесть.

— На кой он тут? — Литвинов тоже напрягся, выпрямился, собственнически обнял Алису и заглянув ей в глаза, крепко поцеловал в губы.

— Не надо! — едва отпрянув от мужа, Алиса стыдливо потупилась. — Зачем при нем-то?!

— Чтобы знал, что он проиграл! — жестко ответил Герман. — Чтобы даже думать не смел в твою сторону. — И повернув голову к Игнату, бросил. — Привет, Бурый! Какими судьбами?

Алиса готова была провалиться на месте. Сейчас ей было еще более неловко, чем утром.

— Да вот! Проезжал мимо, подумал, дай заеду, погляжу как там Литвин выкарабкивается, — усмехнулся Игнат.

Алиса не видела его с конца зимы, за эти месяцы Сабуров особо не изменился, выглядел как всегда лохматым добродушным увальнем с умным цепким взглядом.

— Твоими молитвами, — кивнул Литвинов. И чуть помолчав, добавил. — Спасибо. За все.

— Ну я уж думал, что не скажешь. Обнимемся, что ли? Не чаял тебя живым увидеть.

Они неловко, будто с неохотой обнялись.

— Хоронить меня не торопись! — медленно, выделяя каждое слово, произнес Герман. — Я тебя еще переживу!

— Привет, Алиса! — последние слова Литвинова Игнат проигнорировал. — Отлично выглядишь. Как ты?

И не обращая внимания на Германа, шагнул к Алисе и чмокнул ее в щеку, мимолетно коснувшись своей огромной рукой ее волос.

— Руки не распускай! — ледяным тоном выдал Литвинов. — Женись уже наконец и успокойся.

— Хватит цапаться! — Алиса не сдержала растущее раздражение. — Игнат, я очень рада тебя видеть. Ты как здесь оказался?

— Да как и сказал, проезжал мимо, — пожал плечами Сабуров. Он вел себя так, словно ничего неприятного не происходило. Но Алиса нутром чувствовала — все он понял про нее и Германа. И от этого на душе скребло. — Мы же смотрим места для отеля, думаем…

Это была новость и для Германа тоже, отец ему о планах не рассказывал, да и сам Литвинов не слишком интересовался. У него был другой приоритет.

— Видел сегодня твой чат-бот, — продолжал Игнат. — Что ж, с почином! Не ожидал я. А жена твоя вот сразу поверила. Повезло тебе с ней.

— Что есть, то есть, — ответил Литвинов и погладил Алису по щеке.

Слишком демонстративно, как Алисе показалось. Хотя она была на нервах, чтобы трезво оценивать.

— На прошлой неделе свадьба была, — Игнат вперил взгляд в Литвинова, и Алиса сразу поняла, о ком речь. — Янка наша вышла замуж. В курсе?

В ответ лишь безразличный зевок. За такую реакцию Алиса готова была простить Герману все его сегодняшнее самодовольство.

— Герман Аркадьевич! — в тот момент, когда, казалось, уже не о чем было разговаривать, к ним подошла одна из санитарок, чтобы увести Литвинова на акупунктуру.

— Алиса! — позвал ее муж. — Пойдем!

— Она меня проводит, — хмыкнул Игнат. — Мне как раз пора, а то тут от вас пока выберешься…

— Я потом приду! — кивнула Алиса, хотя оставаться один на один с Сабуровым ей было очень стыдно. Герман напоследок бросил яростный взгляд на бывшего друга, но ушел.

— Значит, ты его простила, — проговорил Игнат, как бы подтверждая свершившийся факт. — Значит, выбрала его.

Алиса не смогла выдержать его взгляд, отвернулась, обняла себя руками.

— Наверное… я не знаю. Когда человек за гранью жизни, на многое смотришь по-другому. Не то что бы прощаешь, но кое-что кажется каким-то мелким и несущественным. Становишься более великодушным, что ли.

Игнат недоверчиво хмыкнул.

— Ну теперь-то Гера живее всех живых и не скажешь особо, что болезный. А значит…

Да ладно… это твой выбор. Что тут еще скажешь?

— Он изменился. Очень сильно. Ты просто не видишь этого. И хочешь сказать, что я совершила