Золотой Стряпчий - Антон Чернов

как надо, покрикивал, поучал, в общем, вёл себя как засранец, а не соискатель. Ну Рарин его и выпнул.

А почему он уверен, что этот Рябой — стукачок. Ну так все остальные, кроме него, либо до цехов не добрались, либо трудятся под клятвой.

— За полгода, что набирать подмастерьев стал — первая ошибка, Михайло Потапыч. На отметки в аттестате посмотрел, да и обрадовался, — вздохнул Готный.

— Ну-у-у… ладно, понимаемо. От штрафа тебя это не убережёт, но гневаться я больше не изволю, — милостиво решил я. — И мастер, наведи порядок в своём хозяйстве!

— Наведу, Михайло Потапыч.

— И где этот Рябой обитает?

— А-а-а… нигде. Или не знаю… — растерянно лупал глазами Готный. — Он же только из Академии, почтеннейший. Пока трудился — жил при мастерской.

— Он же из мещан, навка тебя дери! — возмутился я. — Не приютский, должен же где-то жить.

— Не сказал…

— Ладно, будем разбираться. Опиши его морду несимпатичную поподробнее, — махнул я лапой.

Выслушал, постращал мастера за раздолбайство страшными карами и даже собой. И направился в Услугу — завтра в мастерскую этого Тольца, выискивать этого Рябого. А сейчас — лень и вообще, переработка негативно сказывается на моём настроение. А мое негативное настроение имеет тенденцию портить всё, так что в заботе обо всём направился я отдыхать после трудов праведных.

27. Неуловимый Джо

Отдохнул, с утра направился в район конторы Тольца. Потратил часа два, но никакого Рябого там не обнаружилось: ни внешне, ни по именам. И никого с засрански-заносчивой мордой и поучающим гундением, кроме Тольца, не было.

Так, хорошо, ну положим — выходной у Рябого, хотя это, скажем так, крайне маловероятный вариант. В подмастерьях зарабатывают деньги и репутацию, ну и учатся. Выходные у подмастерьев бывают, но вместе с мастером, а не когда на производстве дым коромыслом. Но предположим, что даже выходной, достал всех Рябой хуже горькой редьки, и сейчас у мастеровых Тольца отдых от этой несимпатичной персоны. Вопрос — надолго ли? А если не на неделю, месяц? Да и вообще у меня как бы гарантии, что Рябой у Тольца именно служит — никакой. То, что он был источником чертежей и информации — практически стопроцентно, а вот насчёт службы — хрен знает. Точнее, если нет сейчас, его точно с Тольцем ничего, кроме передачи чертежей (и получения взамен чего-то, от денег до подзатыльника) не связывает: он из Академии только-только вышел, вообще-то!

В принципе, и прибить могли после получения данных, но будем рассчитывать, что нет: душегубство среди мастеровых одарённых — вещь довольно редкая, подозреваю, той же Академией культивируемая. Ну и не стоит забывать о реально мирной и спокойной жизни в Золотом. Понятно, что такая она только по сравнению с окружающим волость бардаком, но обитатели Золотого только с ней и сравнивают.

Но в любом случае оставалось два варианта: жопить Тольца, инсценируя то, что «он жутко опасен и первый начал». Либо искать Рябого, жопить его без инсценировки, ну и трясти на показания, кому, сколько и за сколько продал эксклюзивной информации. Первый вариант быстрее, но не самый оптимальный по массе параметров. Второй — практически идеален, но как искать Рябого…

— Туплю, — встряхнулся я.

«Постоянно», — соврала мохнатая задница.

— Твоё тлетворное влияние, — отмахнулся я, вызвав возмущённое сопение.

Итак, есть вполне себе мещанин Золотого, вдобавок закончивший Академию. Данные по такому деятелю есть у денежной Управы — просто обязательно есть. Деятель, закончивший Академию, должен много денег, которые с него трясут в виде процента с дохода. По сути — налоги получаются, хотя формально и нет. У Академии тоже должны быть, раз уж учился. Но эти две структуры со мной делиться данными за красивые глаза и прекрасный характер не будут. А вот стражники Золотого, в которых я тратил время, средства и спиртное — данные предоставят. И есть они у них, потому как система районных надзирателей (что-то типа участковых) работала везде, кроме Золотого Кольца, центрального района вокруг дворца Корифея. А в Золотом Кольце мещан не водится, недвижимость и земля запредельно дорогая. Даже чиновники немалых рангов либо железкой добираются, либо на пролётках, а остальные скачут зайчиками на место службы (или живут на ней, и такой вариант встречается, но точно не семейные и на действующей службе).

В общем, через винную лавку направился я к стражникам «на поговорить». Полчаса выпивали, травили байки, а потом я обозначил интерес.

— Только имя, почтенный? — нахмурился один из собутыльников, что-то вроде зама полицмейстера по патрульным делам.

— Имя, окончил Академию в ближайшие месяцы, не раньше, чем полгода назад. Ну если стража Золотого не справится… — не договорил я, коварно разведя лапами.

— Стража Золотого со всем справится! — заподпрыгивал полицай, даже не став уточнять, а на кой мне этот Рябой.

Так-то спрашивали, если я интересовался. Понятно, что «для галочки», причём внутренней, а не на бумаге. Но в данном случае настойка была хороша, и полицай ускакал с горящим взглядом. Вернулся через полчаса с стражником «полевым», дядькой лет под сорок, явно робеющим.

— Районный надзиратель Грольк, — небрежно бросил мой собутыльник, с ходу усосав ещё кружку настойки. — В Золотом, Михайло Потапыч, шесть семей Рябых. Но они либо не имеют мужских отпрысков, либо те не подходят по возрасту. И «Кмил» — имя не самое распространённое, так что нашли мы потребного вам Рябого, — сообщил он, делая характерный жест лапой.

На который я даже не стал отвечать, а просто положил на стол отложенный полотняный мешочек с несколькими золотыми. Да, дорого. Но хорошие отношения и возможность получения информации этого стоят. Довольно забавно, что это не взятка даже юридически: я, пусть неофициально, но не нарушая законов, оплачивал время архивистов, начальников стражи разной мелкотравчатости, которых мой собутыльник изящно поставил раком. Правда, большая часть денег пойдёт начальнику, скажем так: «львиная доля». Но это нормально для обоих мне известных миров.

Старший полицай свалил, младший лупал на меня взглядом. Ну и косил на оставшуюся после угощения начальства выпивку.

— Пей, — махнул я лапой, потому что не выливать же, а сам не хочу.

— За здоровье вашего почтенства, — оживился Грольк и усосал недоусосанное начальником.

— Рассказывай, где живёт этот Рябой. И лучше покажи, — катнул я к полицаю серебруху.

Тот бодро и молодцевато повёл меня к многоквартирному доходному дому. Семеня с