Предатель. Точка невозврата - Марта Макова

— Умерь свои таланты, Рита. — тащил меня мимо столовой, мимо гостиной Кир. — Угомонись. Прекрати творить дичь.

— Дичь? — захлебывалась я возмущением и отчаянием. — Отпусти меня, Кир. Не смей меня трогать!

— Посиди здесь до утра. — муж впихнул меня в кабинет. — Успокойся.

— Кир! — я едва устояла на ногах от его толчка, оглянулась вокруг и в ужасе кинулась к закрытой двери, начала лупить ладонью по деревянному полотнищу. — Кир, выпусти меня. Нет! Нет! Только не здесь!

Глава 8

— Даш. — я с трудом подбирала слова. — Тебе сейчас будет непросто меня понять, но ты постарайся, пожалуйста.

Не до конца проснувшаяся Дашка и я, измотанная бессонной ночью и тяжелыми мыслями. Дождь за окном закончился, но в комнате было ещё полутемно и так прохладно, что мне хотелось забраться к дочери под одеяло. В теплый кокон, пахнущий моим ребёнком, согреться рядом с ней.

— Что? Что происходит, мам? Почему ты так выглядишь? Это что, синяк?

Синяк? Да, наверное. Щеку немного ломило и, кажется, она припухла. Я ещё не видела себя в зеркале, из кабинета сразу поднялась сюда, в Дашкину комнату. Зарёванная и измученная, но решительно настроенная. Я хотела поговорить с ней, прежде чем снова лицом к лицу встречусь с мужем.

— Дашуль, мы с твоим отцом разводимся.

Тяжело перевела дух: я это сказала!

— Как? — растерянно заморгала дочь. — Почему? Это из-за вчерашнего? Из-за Сергея?

— Нет. Сергей здесь ни при чём. — мотнула я головой. — Дело совсем не в нём.

— А в чём, мам? Что случилось? Откуда у тебя синяк, мам? Это папа? — распахнула Дашка глаза и в ужасе прикрыла ладошкой рот. — Папа ударил тебя? Я слышала — вы ругались ночью.

Я сжала переносицу пальцами. Почему подлость совершил Кир, а стыдно мне? Стыдно признаваться дочери в настоящей причине.

— Мы разводимся, потому что твой отец… — я мучительно подбирала слово. — Твой отец… Он неверен мне.

— Папа изменил тебе? — затравленно ахнула дочь. — Мама, этого не может быть! Он не такой. Он любит тебя. Он очень любит тебя. Он же… Он… У него только Риточка, моя Риточка на языке. Он же на руках тебя носит, он по утрам кофе в постель тебе носит.

В её глазах закипали слёзы, она трясла головой, словно отгоняла от себя неприятные новости.

— Мам, скажи, что это неправда. Что ты пошутила. Что ты просто обижаешься на меня за вчерашнее и поэтому решила с утра так жестко разыграть.

— Даш. — я потянулась к дочери, обняла её, прижала к себе трясущееся тело, такое теплое и податливое после сна. — Девочка моя, мне очень жаль. Правда.

— Мам, откуда ты знаешь? Ты уверена в этом? Папа признался тебе? Кто она? — шмыгала носом дочь.

— Уверена, Даш. Я точно знаю. Послушай меня. — я чуть отстранилась и положила руки на её подрагивающие плечи. — Я ухожу, Даш. Прямо сейчас. Ты большая, взрослая уже. Ты имеешь право выбирать, с кем оставаться. Со мной или с отцом. Я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя больше жизни и приму любой твой выбор. Любой, Даш.

Дочка зажмурилась и отчаянно замотала головой.

— Я знаю, как ты привязана к отцу, как любишь его. И он тебя. Если ты решишь… — я туго сглотнула. Как же тяжело это произнести. — Если захочешь остаться здесь, с отцом, я пойму. Я не стану любить тебя меньше. Это просто невозможно, ты же моя доченька, самый родной мне человек.

— Мам, перестань, перестань. — белугой заревела дочь, вцепившись в меня. — Я не хочу выбирать, я не хочу ничего этого. Развода вашего не хочу.

Осторожно пальцами вытерла слёзы с дочкиных щёк.

— Прости меня, Даш. Прости, пожалуйста. Но я не могу иначе. Просто не могу здесь оставаться. И с отцом твоим я больше быть не могу.

— А я мам? Как же я?

— Даш. — я тяжело вздохнула и погладила дочь по рукам. — У тебя есть несколько дней, чтобы принять решение, с кем ты хочешь жить. Ты же знаешь, что наша квартира занята?

Дочка опустила голову и обречённо кивнула.

— Мне понадобится некоторое время, чтобы найти и снять нормальное жилье для нас с тобой. Обещай мне, что подумаешь, Даш. Я очень хочу, чтобы ты жила со мной. — я крепко сжала её ладони. — Очень хочу, Даш. Но я приму любой твой выбор. Я так сильно люблю тебя, девочка моя, родная моя.

Я обняла дочь, прижалась к ней, уткнулась носом в висок и тяжело задышала. Доченька моя. Такая взрослая и одновременно такая маленькая ещё. Совсем не готовая к таким ударам.

— Мне так жаль, Даш. Прости нас.

Заставила себя отпустить всхлипывающую дочь и вышла из комнаты.

Я уйду прямо сейчас. Сегодняшняя ночь, проведённая в кабинете наедине с тошнотворным запахом чужих духов, с бокалом, испачканным губной помадой, с отпечатками женских ладоней на столе, очень хорошо прочистила мне мозги. И я приняла решение.

Первый час я плакала под дверью, не понимая, почему мой муж так поступил со мной. Почему Кир был так жесток. Прислушивалась к тишине в доме, надеясь, что муж вернётся и откроет чёртову дверь.

Потом хотела вылезть в окно, но на улице лил дождь, а у меня не было даже туфель, они слетели с ног, пока Кир тащил меня в кабинет, а я дёргалась в его руках как ненормальная. И сумочки с ключами от машины тоже не было, она осталась валяться на полу в прихожей. Значит, ни в дом, ни в машину я попасть не смогла бы.

В какой-то момент на меня напала апатия. Я сидела на полу в тёмном углу и тупо смотрела на льющий за окном дождь. Сильно замёрзла, и это привело меня в чувство.

Остальное время я провела с пользой. Пароль от компьютера я знала и зашла на свой аккаунт. Заполнила на портале госуслуг заявление на развод. Прошерстила сейф, отсканировала и отправила на свою рабочую почту все документы, которые хранились в нём и всё, что попалось мне под руку в столе Кира. Разбираться с ними буду потом.

Поискала в интернете варианты сдающегося в аренду жилья и была откровенно озадачена ценами на него.

К утру голова гудела, как чугунный колокол, в глазах стояла резь и мутная пелена. Корчась от отвращения, притулилась на диванчике и не заметила, как задремала.

Я не слышала, когда Кир открыл дверь. Просто проснулась и увидела, что она открыта нараспашку. Тихо дошла до лестницы, молясь, чтобы звенящий на кухне посудой муж,