Измена. Сказка (не) о любви - Аня Вьёри

с маленьким монитором. Ну ладно, хоть что-то. Зато мне будут платить зарплату.

Понедельник. 26 мая 18.40

Это был адский день. Ноги гудят, голова тоже. Самый молодой корреспондент — это еще и секретарь, и курьер по совместительству!

“Сбегай на почту, отправь заказным!”

“Сходи в архив, поищи в подшивке…”

“Блин, сахар кончился! Тебе не сложно заказать? И кофе! И стаканы”.

Это все — список моих поручений на сегодня. Ну и подготовить набор анекдотов, гороскопов и кроссворд для закрывающей полосы. С анекдотами сложнее всего – надо, чтобы они не повторялись! Перерыла тонны третьесортного юмора в поисках чего-то, что не печатали хотя бы год. А еще на меня свалили письма читателей! Это я уже не осилила и переслала их себе на личную почту. Разберу вечерком.

Плетусь пешком из офиса, думаю, хорошо, что тепло. Блузка моя, должно быть, высохла уже. Захожу в магазин, беру пакет стерилизованного молока и десяток яиц. Холодильник я так и не купила – готовить дома пока нет возможности. Обхожусь кашами и омлетом.

Ноги еле шевелятся, мечтаю о душе, диване и чашке чая. Заворачиваю в свой двор, автоматически бросаю взгляд на припаркованную у сараев машину, и у меня перехватывает дыхание. Что? Как? Откуда? Вот это сюрприз!

Глава 7

Понедельник. 26 мая 18.45

Сюрприз не сказать чтобы приятный. Опершись на капот, у машины стоит Антон и смотрит на меня испытующим взглядом. Он одет в деловой костюм. Галстук распущен, ворот рубахи чуть расстегнут. Мой муж отталкивается от машины и идет ко мне с грацией хищника. Взгляда с меня не спускает. Ну точно тигр на охоте! Я с явным усилием отвожу глаза и направляюсь к своему подъезду.

– Куда так спешишь? – конечно, он догоняет меня в три шага.

– Домой, – огрызаюсь через плечо. – День был тяжелый.

– Оно и видно, – фыркает и преграждает мне путь.

– Слушай, что тебе надо? – я пытаюсь говорить тихо, хотя очень хочется орать.

– Поговорить, – он делает шаг ко мне, оказывается почти вплотную.

Вижу менее чем в полуметре от себя его твердый подбородок, широкую грудь, ту самую шею, которую так живо представляла недавно, ямочку между ключицами. Он так любит, когда я его туда целую.

Вздрагиваю! Черт! О чем я думаю?

– Разве нам есть о чем говорить? – пытаюсь произнести это с вызовом, но выходит жалобно.

– Есть, – он кивает.

– Хорошо, – вспоминаю свое последнее счастливое утро. – Давай поговорим. Почему это все наше имущество вдруг переоформлено на твою мать?

– А тебе от меня только имущество нужно? – озлобленно рычит он.

– А на что еще я могла рассчитывать? – кривлюсь презрительно. – Ничего другого, как выяснилось, у меня и не было! Ни верности, ни честности, ни любви!

– Ташка! – он выставляет вперед указательный палец.

– Не называй меня так! – кричу. – Не смей! Нет больше Ташки! Наталья! А для тебя – Наталья Андреевна!

Я и сама не заметила, как по моим щекам покатились слезы. А вот он заметил. Скривился, отступил на шаг назад, еще раз взмахнул рукой, будто пытаясь что-то сказать, но тут я вышла из ступора и рванула в подъезд. Услышала за спиной ругательства и пиликанье сигнализации. Значит, он тоже ушел. Ну и славно.

Понедельник. 26 мая 21.20

– Какого хрена ты на меня орешь? Не давал я ему твой адрес!

Я кричу на Яра так, что слышат, наверное, все соседи вокруг. А может, даже через этаж. И он отвечает мне тем же.

– Откуда тогда он тут нарисовался? – реву и не стесняюсь этого.

– Ты же ему звонила! Номер пробить — нефиг делать! Особенно с его связями!

– Яр, – я всхлипываю… Ничего связного выдать не могу, только вою.

– Ну что Яр?! Таш, это с самого начала было дурацкой идеей! Вам надо поговорить!

– Не надо! Не надо мне с ним говорить! Пусть бумаги пришлет через адвокатов, я все подпишу!

– И ты просто вот так все бросишь?

– А что мне бросать? Там все равно ничего моего нет! Ты что, не знаешь Антона? Если он что делает, так комар носа не подточит! Я ничего не отсужу!

– Да я даже не про имущество, – Яр звучит растерянно.

– А про что? – я затихаю.

– Про него. Он тебе совсем не нужен? Ты же любишь его. Неужели не хочешь побороться за ваши отношения?

– Бороться за отношения, – я тихо смеюсь сквозь слезы. – С кем? С ним? Он мне изменил, Яр!

– Таш, – друг замолкает.

– Что?

– Таш, мужики немного по-другому устроены, – неуверенно начинает он. – А развода Тоха, насколько я вижу, не хочет.

– С чего ты взял? – скептически хмыкаю.

– Ну а какого фига он к тебе прикатил? В рабочий день, между прочим!

Я впервые задумываюсь. Действительно. Что он тут делал в понедельник вечером? Мог приехать в выходные. Пусть не эти, так следующие.

– Яр, ты думаешь…

– Я думаю, тебе надо с ним поговорить, – уверенно говорит мой друг. – И, Таш… – опять замолкает.

– Что?

– Не руби с плеча.

– Яр, – это уже даже не крик, а стон.

– Так, все! – он сворачивает разговор. – У тебя был тяжелый рабочий день, а у меня впереди тяжелая рабочая ночь! Все! Давай вешать трубки.

– Хорошо. Спасибо тебе.

– Пожалуйста! Ты холодильник купила?

– Нет. С зарплаты куплю.

Яр шумно вздыхает.

– Ну ладно. Давай. Я уверен, ты справишься.

– Справлюсь.

– Все, обнимаю.

– Пока, Яр.

Я отключаю звонок и сажусь на диван. А действительно, что делает мой муж за сто километров от Москвы в понедельник вечером? Просто приехал поговорить? Так не вышло же ничего. И он вот так легко сдался и уехал? Не верю. Чего еще мне от него ждать?

Понедельник 26 мая. где-то ночью

Я брожу по квартире в одной пижаме. Душно, хоть окна и нараспашку. Не могу уснуть. Включен ночник, тихо бубнит старенький телевизор. Я почти уговорила себя снова уйти в постель, как раздается звонок в дверь. Кто это может быть среди ночи? Со мной творится что-то странное, потому что я, чуть помедлив,