Красная Шапочка для Волковых - Кира Лафф

– усмехаюсь, глядя на её наряд. Моя рубашка на ней как просторное платье. Местами просвечивает, но так даже интереснее.

— Да! – она прищуривается и роется в небольшой сумочке, доставая оттуда красную атласную ленту. Видимо, от костюма. Перевязывает талию, делая рубашку ещё больше похожей на платье.

А я как вижу эту ленту, так сразу представляю иные способы её использования. К примеру, с помощью неё можно связать эту шлюшку, чтобы больше не рыпалась.

Рома галантно пропускает куклу вперёд. Мы оба пялимся на её задницу, а потом выходим следом, закрывая за собой купе.

До вагона-ресторана, который расположен в середине состава, нам приходится пройти ещё четыре.

Тут довольно приятно. Красные бархатные занавески, деревянные столы и вежливые официанты.

— Что будешь?

— Салат, кофе и второе, — малышка придирчиво изучает меню с таким видом, словно есть она привыкла только в ресторанах с мишленовской звездой. Капризная куколка, но мне и это в ней почему-то нравится. Обычно избалованные девчонки бесят, но эта, кажется скорее, утончённой, чем откровенно избалованной.

Мы с Ромкой тоже делаем заказ, и пока нам его готовят, решаем расспросить куклу о её жизни. До обвинений в стиле «и как ты докатилась до жизни такой?» не опустимся. Нехорошо осуждать ту, услугами которой мы и сами не прочь воспользоваться. Сейчас просто хочется поболтать с ней. Давненько я в женской компании не бывал, даже пустой трёп приятен.

— Куда едешь? – усмехаюсь, наливая по стаканам вино, которое нам только что подали.

Малышка всё ещё выглядит взволнованной, но винишко пригубляет.

— К бабушке, — отвечает на полном серьёзе.

Мы с братом переглядываемся. Вот молодец девка! Раз уж взялась изображать Красную Шапочку, то идёт до конца!

— Пирожки везёшь? – подтрунивает брат.

Знаю я, о каких пирожках он думает. Я и сам не прочь в них зубы запустить. Уж слишком аппетитные. Интересно, шлюшке нравится, когда её за задницу кусают?

— Что? – наконец, она улыбается. Да ещё и с таким видом, словно только что поняла, соль собственной шутки. – А, вы всё про Красную Шапочку? – делает ещё один маленький глоточек, и её щёчки приятно розовеют. – Нет, тот костюм я случайно позаимствовала. Чтобы от навязанного отцом жениха сбежать!

Вот оно, значит, как! Теперь «спиздила» можно заменить на «позаимствовала»! И сразу звучит культурнее.

— Так, — решаю подыграть её байкам про жениха. – Значит, это он за тобой гнался по вагону? – усмехаюсь, вспоминая тупого бугая, которому я рыло начистил.

— Нет, — она мотает головой и кивает официантке, которая ставит перед ней заказанные блюда. – Это были его люди. Я сперва думала, это охранники отца, но, скорее всего, это люди Хрюнина, я их по голосу не узнала…

— Кого-кого? – удивлённо поднимает брови Рома. Кажется, забористые сочинения этой пятиклассницы его тоже вставляют. – Хрюнина?

— Ну да, — девчонка пожимает плечами. – У его младшего сына был день рождения. Двенадцать лет пацану, а он зачем-то аниматора-красную шапочку заказал, — малышка пожимает плечами. – Я как только узнала про помолвку, так сразу решила сбежать. Надоели мне игры отца! Не хочу быть разменной монетой его непомерных амбиций в бизнесе!

Она дует губы и смотрит в окно.

Мне остаётся только поражённо мотать головой. Ну и насочиняла! Жесть!

— Так, ладно, хрен с ним, с Хрюковым, — решаю перевести тему.

— Хрюниным, — кукла мило хихикает, поправляя меня.

— Да пусть хоть Свинотов, пофиг. Теперь ты с нами, предлагаю выпить за знакомство, — поднимаю бокал, и Рома присоединяется:

— Да, знакомство вышло, что надо. Всегда приятно помочь такой красивой девушке, — он расплывается в обаятельной улыбке, а я гадаю, поверил ли брат в её бред, или, всё же, смог справиться с давлением в яйцах и оставил голову трезвой.

— За знакомство, — малышка кивает и снова делает малюсенький глоточек.

Вот это уже профессионально. Опытные шалавы никогда не напиваются с малознакомыми клиентами. Мало ли, вдруг, мы маньяки? Она ж не знает!

Алкоголь слегка ударяет в голову. И я скольжу по ладненькой фигурке. Хороша чертовка! Очень хороша!

— А где тебе выходить? – интересуется брат.

— Грязи, — вздыхает малышка.

У меня прямо дар речи пропадает. Надо же, какое совпадение! Нам, ведь, тоже туда!

Выходит, мы с этой девчонкой земляки? Может, она решила завязать с древнейшей профессией и заняться чем-то ещё, раз в маленький город едет?

Сам понимаю, что это крайне маловероятно, но мне почему-то очень хочется, чтобы это было так. Смотрю на её милую мордашку, и нутром чую, что роль путаны не для неё.

Красная Шапочка с аппетитом уплетает ужин. За окном темнеет, и поезд останавливается на какой-то станции. Время остановки – тридцать минут.

— Вы по карте будете расплачиваться, или наличными? – подходит официантка.

Хлопаю себя по карманам. Бля, кажется, бумажник забыл!

— Ромк, ты бабло взял?

— Твою ж… — он хмурится. – Я думал, ты взял!

Мда, кажется, мы так засмотрелись на нашу гостью в купе, что обо всём на хрен позабыли!

— Прошу прощения, сейчас вернусь! – заявляю официантке, оставляя Ромку с Шапочкой наедине.

Быстро иду через вагоны. Один, второй… а в третьем мне приходится остановиться.

Ну охренеть, какая встреча!

Из очередного купе выходят всё те же шкафы, которых мы с братом уделали несколько часов назад.

— Ну привет, — скалится тот, что мне по виску зарядил.

Я разминаю шею, понимая, что сейчас опять будет мордобой. Нельзя их до вагона-ресторана пропускать. Совсем нельзя!

Мужик движется на меня, но я нападаю первым. Нос одного из громил хрустит, и такое удачное начало поднимает боевой дух!

Смешно даже! Кажется, за честь шлюхи я ещё никогда не дрался.

Глава 8

Лика

Мы сидим в вагоне ресторане, мирно беседуем, наверняка со стороны кажется, что мы просто друзья, ну или… братья едут куда-то с сестрёнкой, правда, взгляды они на меня бросают совсем не братские.

На самом деле сначала у меня сердце колотилось дико, в висках стучало. Переживала сильно, понимая, что мне нужно от них бежать пока не поздно! Бежать, если я не хочу оказаться…

Оказаться изнасилованной? Ох, да, был момент, когда именно так я и думала! Что сейчас они запрут купе, сорвут с меня рубашку и…

При мысли об этом внутри все сжимается, но почему-то внизу живота