Русалья неделя - Елена Воздвиженская

Ознакомительный фрагмент

перебирает, в руках перекатывает, между пальчиками, словно драгоценные они. И вдруг мелькнуло что-то на одном из них – будто бы узор какой затейливый. Подивилась Зиночка, подобрала снова тот камушек, да поближе к глазам поднесла и видит она в лунном свете, что на бочке-то его и вправду написано что-то.

– Приходи ко мне завтра в девять вечера, – прочитала девушка.

Задумалась.

– Что за чудеса такие? Чьи это шутки?

Огляделась она кругом – никого. Лишь травы да деревья, деревенька вдалеке, за лугом, полускрытая лесом, их с бабушкой избушка под соснами, да и всё на том.

Прошлась Зиночка по берегу, сжимая в руках заветный камушек, взволновалось всё ж таки сердечко её. И возраст подошёл самый такой, когда пора влюбляться и ждать чуда, и сама-то она была не от мира сего – особая, ранимая, романтичная, вот и запало ей случившееся в голову. Вернулась Зиночка домой, бабушке ничегошеньки не сказала, чаю попили, да спать разошлись. На следующий день хлопочет девушка по дому, а у самой все мысли о том камушке. Кто мог его подбросить? Кто такие слова на нём написал? А ведь слышала она, как вода за валуном всплеснула, может кто-то подплыл тайком тогда? Кружили вопросы в её головке, не давая покоя. А как пробили ходики с кукушкой девять, так пошла она на берег озера.

– Холодно уже, куда ты? – позвала Зиночку бабушка.

– Да я ненадолго, бабуленька, – отозвалась девушка, накинула на плечи большую шаль и выбежала из дома.

Тишина застыла на берегу. Ночь нынче тёмная выдалась, ни звёзд на небе, ни месяца. Тревожно было у воды, неуютно. Только Зиночка того не заметила, мысли её камушком были заполнены, а вдруг и правда придёт сейчас кто, тайный поклонник её? Встала она у валуна, ждёт. Нет никого. Замерзать уже стала, всё ж таки дело к августу шло, да и у воды оно завсегда холоднее. А никого нет. Поникла Зиночка, голову опустила, не иначе, как посмеялся кто над нею из деревенских. А она, глупая, вообразила себе невесть что, напридумывала. Только хотела было она развернуться, как по воде волны пробежали, кусты зашелестели, и голос послышался:

– Зиночка-а-а-а…

Вздрогнула девушка, испугалась. Никого нет, а чудится ей, что стоит с нею рядом кто-то, вот чувствует она, как по руке её тёплый ветерок пробежал, щеки коснулся, по волосам погладил. Замерла она, дышать боится. А голос тот таинственный не ушами слышит она, а будто внутри, в голове он звучит. И тут филин заухал в лесу. Очнулась Зиночка от оцепенения своего, повернулась к дому да и побежала прочь.

На другой день не пошла девушка к любимому озеру, неспокойно было на сердце у неё. А всё ж таки любопытно ей, что же такое происходит? Кто это всё придумал? Может Никитка? Да он не такой, ему и в голову не придёт. Может Женя? Тоже не то. Так перебирала Зиночка мысленно деревенских парней, но ни на ком так и не остановилась она.

Следующим утром решила всё ж таки Зиночка прогуляться на берег. День на дворе, что плохого может случиться. Да и в свете дня подумалось ей, что она и вовсе всю историю придумала, привиделось ей, послышалось, иначе и быть не может. С теми думами и пришла она к валуну. Глядь, а на камне кувшинка лежит – огромная, жёлтая, капли влаги на ней блестят, словно вот только из воды её достали.

Подошла Зиночка поближе, забралась на валун, склонилась над цветком, что такое? А внутри, в самом венчике-то снова камушек лежит. Да красивенький такой, гладкий, зелёненький полупрозрачный. И снова на нём нацарапано что-то. Взяла Зиночка камушек тот тонкими пальчиками, а на нём слова: «Моя ты теперь».

Обернулась Зиночка по сторонам – никого, лишь снова всплеснуло в воде. Да что за дела происходят? А сердечко-то ещё больше зашлось – кто-то её полюбил!

– Ну что же, не хочет поклонник показываться и ладно, так даже интереснее, – подумала Зиночка, – Поглядим, что дальше будет, а бабуле пока ничего не скажу, а то ещё и вовсе запретит на озеро ходить, что тогда?

Так и повелось. Днём находила Зиночка на берегу озера камушки разноцветные с посланиями, а по вечерам приходила на встречу с женихом невидимым и говорили они подолгу. А как говорили, она и не пересказала бы, коль бы кто спросил её. Не видела она никого глазами и не слышала ушами, а всё ж таки был кто-то рядом. Незримый, тайный, и оттого ещё более манкий.

Словно морок нашёл на Зиночку, не понимала она уже, не ведала, что дело-то тут недоброе, тёмное. И так она втянулась в те ночные свидания, что и помыслить не могла, что же будет вскоре, когда осень наступит и холода придут. А ну как не покажется до тех пор этот поклонник? Так и будет камушки бросать да в невидимку играть? Должны же они когда-то и увидеться!

Вот и вечера уже стали холодными, прелой травой запахло в саду, птицы к югу потянулись стаями, листья зазолотились. Зябко было у воды теперь, а жених всё не показывался, и от себя не отпускал, извелась уже Зиночка. Невдомёк ей, что не человек с ней шутки шутит. Молоденькая, наивная совсем… Но вот в один из дней, когда небо покрыто было тяжёлыми тучами, нашла Зиночка камушек очередной и прочла на нём: «Пора. Нынче заберу тебя».

Сердце застучало в груди как бешеное. Что делать? Как быть? Что значит – заберу, когда они и не видели ещё друг друга. Ну парень-то, положим, и видел её, а вот она, Зиночка, и понятия не имеет каков он и чей будет. Тревожно на душе у девушки. А всё ж таки и в эту минуту не одумалась она.

– Будь что будет, – думает, – Приду сегодня на берег, раз такие слова он мне пишет, значит показаться решил. Вот и хорошо. Домой придём, с бабушкой его познакомлю. Сама наконец увижу кто он. Сколько можно прятаться.

Опустился над лесом звёздный шатёр. Свет зажёгся в окнах старого дома под соснами. Засобиралась Зиночка к озеру. А бабушка словно чует что-то, не отпускает её.

– Что ты, девка, ведь темень какая, ты погляди как ветер завывает нынче! Никак ненастье идёт.

А у Зиночки тяжело в груди, давит ей сердце, мочи нет, как заколдованная, всё в окно глядит, глаза горят как в лихорадке.

– Пойду я, бабонька…

– Да что с тобой?

Тут и рассказала Зиночка всё бабушке, про жениха невидимого, про встречи их вечерние, про камушки те с надписями. Охнула бабушка, да перекрестилась, бросилась ставни запирать, а после, как в избу вернулась, да дверь на засов закрыла, посадила она внучку супротив себя, и вот что она ей поведала.

– Жил в деревне нашей парень один, Володей звали. Моих годов он был. И вот полюбил он девушку одну, Василинку, а та ему не ответила взаимностью. Он уж и так и сяк кружил околь неё, та ни в какую. Ну не люб, что поделать, сердцу не прикажешь. А хороши оба – и Василинка, и Володя. Заглядывались на них противоположной-то пол, выбирай себе пару да семью строй. Ну Василинка так и поступила. Сошлась она с Анатолием, свадьбу сыграли. А Володя как с ума сошёл… И вот ведь что натворил – пришёл он на озеро в день свадьбы Василинкиной да и утопился. С той поры несколько раз девушки тонули молодые на нашем озере. И каждая вот про то же баяла, что и ты, про жениха невидимого, который зовёт за собой. Ложись-ка ты, дочка, спать, утро вечера мудренее, а там видно будет как нам быть.

Легли они с бабушкой спать. А за окном ветер воет, дождь полил, буря разыгралась, молнии даже сквозь ставни всполохами огненными избу озаряют, жуть… Зиночка в кровати мечется, уснуть не может. И всё бежать порывается к озеру. Бабушка над нею встала, слова какие-то шепчет, свечу зажгла перед иконами, комнату водою крещенской окропила. Мало-помалу забылась Зиночка тяжёлым сном и бабушка прилегла в своей комнатке.

А наутро как проснулись они, то