Ахегаум, том IV - Андрей Канарейкин

и извращенка, то кому-то другому ты реально можешь разум покалечить своими фокусами, даже без применения оральной магии.

— Откуда ты всё знаешь про мои Системные показатели и новый титул? Я тебе свой статус не показывала.

— Этажу к сороковому обычно учатся такие вещи чувствовать на уровне аур. Ну а у меня ещё вот что есть.

Игрок «Жанна Эль-Лионель» прислала вам часть своего статуса:

Титулы:

Имперский знаток игры (императорский) — вы можете с высокой точностью различать у других игроков пороговые значения навыков и характеристик вплоть до пяти сотен, а также определять способности и титулы рангом ниже дьявольского.

— Нихуя себе, это ж мать его титул императорского ранга! — воскликнула Эш с неподдельным удивлением.

— Ну, справедливости ради, он у меня единственный, остальные максимум героические. И получен он крайне заёбистым способом, как и вся ветка «знатока игры…»

— Так, стоп, а почему ты мне раньше про него не говорила и никак не использовала? Ну, знаешь, против того же сталкера нам бы могло помочь точное знание его способностей…

— А сама как думаешь почему? — хитро улыбнулась Жанна.

— Система?

— Угу. Если я начну в сражениях с другими игроками кричать что-то вроде «эй, Эш, у этого хмыря штрафной титул на уязвимость к электричеству, ебани его молнией…» Система мне очень быстро по башке настучит.

— При этом Кею с его организацией она что-то не спешила стучать по башке. Или ещё по чему-нибудь.

— Ну… Это уже отдельный вопрос. В нарушении правил есть своя специфика и это нужно уметь делать. К тому же, Система по какой-то причине гораздо более строго относится к явной помощи более слабым игрокам, чем к явному вредительству им же.

— Думаю, дело в щепетильном отношении Вендуа к испытаниям. Она очень не хочет, чтобы наверх можно было попасть незаслуженно. А козни всяких мудил типа Кея… Ну, можно воспринимать как дополнительные испытания. В каком-то смысле я даже понимаю эту позицию — лучше игрок, несправедливо застрявший внизу, чем игрок, несправедливо выбившийся наверх. В конце концов умереть от старости в Ахегауме никому не грозит, так что каждый застрявший из-за чужих интриг своё ещё возьмёт.

— Я бы поспорила, но, во-первых, нет настроения, во-вторых, придётся тебе кучу информации выдать чтобы аргументировать свою позицию, и Система вряд ли это одобрит.

— Ну ладно, — кивнула Эш, — Но у меня тоже есть чем похвастаться.

С этими словами девушка тоже скинула Жанне кусок своего статуса. Тот, который содержал титул «провокатор уровня старшего бога». Можно было, наверное, поделиться и другими новыми титулами, но Эш, во-первых, не очень хотела делиться произошедшим в бою с Кеем, а во-вторых, с её точки зрения, всё остальное на фоне титула божественного ранга как-то меркло.

Глаза у Жанны выпучились настолько, что стали даже не круглыми, а квадратными. Секунд сорок девушка просто молча глотала ртом воздух, пялилась то на Эш, то на Системный интерфейс, и тыкала в подругу пальцем, делая страшное лицо.

— Да как такое вообще возможно?! — наконец заорала Жанна.

— Я выбесила Систему, — пожала плечами Эш.

— Пиздец. Эш, бля, что ты такое? Я уж думала после того, как ты поставила рекорд на восьмом этаже у тебя ничем больше не получится меня удивить, но… Божественный титул? Раньше двадцатого этажа? Да у моей сестры и то нет ни титулов, ни способностей такого ранга! А она знаешь на каком этаже? На девяносто седьмом! Буквально почти на самой вершине Ахегаума! Хотя твой титул скорее штрафной…

— Почему это? — нахмурилась Эш.

— Потому что он даёт тебе возможность бесить игроков значительно сильнее тебя, причём без твоего осознанного желания. От этого сто процентов будут проблемы.

— Пф, как будто раньше я не вляпывалась в проблемы на ровном месте. Ладно, давай что ли будем Рину приводить в чувство? Только сначала…

Пальцы Эш коснулись металлического ошейника, оставшегося, как и пирсинг сосков, после «сердца тьмы». Одно короткое заклинание, и ошейник упал на пол, разъеденный кислотой. Эш же исцелила полученные при снятии ошейника таким образом ожоги, и занялась лечением Рины.

Кошкодевочку брюнетка привела в себя смесью ментальной магии и магии света, повысив первый соответствующий навык на единичку и разблокировав второй.

— Что-то навыки как на дрожжах растут, — отметила Эш.

Жанна хотела что-то сказать, но вдруг оборвала себя в последний момент и промолчала. Эш, заметив это, лишь пожала плечами.

— М-м-м-ням… — промычала Рина, очнувшись, — Эш, Эш, а чем закончился турнир?

— Моей победой.

— А что там дальше были за испытания? Мне интересно, расскажи!

Эш вздохнула.

— Ладно…

Пропустив битву с Кеем, Эш вкратце пересказала подругам карточную игру. Не утаивая подробностей касательно карт наказаний…

— Рабыня Эш… Уню… — мечтательно промурлыкала Рина, улетевшая куда-то в свой мир. судя по взгляду.

— Странно это, — сказала Жанна.

— Что именно?

— Карты наказаний. То есть да, похожие штуки используются на этажах Беллы, но годы субъективного времени в рабстве? Такого даже в великом игорном доме Беллы нет, а это, между прочем, сорок седьмой этаж!

— А ты проходила его на максимальной сложности, чтобы с уверенностью говорить, что такого там нет? — хмыкнула Эш.

Жанна тяжело вздохнула и опустила голову.

— Ладно, ты меня поймала. И правда не знаю, есть ли там такое на самом деле. Но всё равно это довольно долбанутое испытание для турнира на двенадцатом этаже.

— Ну, главное, что оно уже закончилось, — улыбнулась Эш.

— Эш, Эш! — вдруг воскликнула Рина и схватив брюнетку за палец несколько раз дёрнула.

— Чего тебе?

— А что это за колечко? — Рина ткнула пальцем в уникальный артефакт, позволявший менять внешность по желанию.

— Это мой приз за победу на турнире, — сказала Эш, — На, почитай.

Брюнетка сняла кольцо и передала его Рине. Та внимательно прочитала Системный текст, появившийся перед лицом после взятия артефакта в руки. Закончив, Рина вернула кольцо Эш и сказала:

— А мне можно будет потом им воспользоваться?

— Да хоть сейчас, — пожала плечами Эш.

— Ню… Сейчас не хочу.

— В любое время, Рин, мне не жалко.

— Дай я тоже гляну, — сказала Жанна и требовательно протянула руку.

Спустя полминуты Эш и Рина наблюдали очередной приступ Жанниного пучеглазия, пусть в этот раз и