Почувствуй - Маша Драч

всё гладко. Когда еще моя мамы была жива, она… Невзлюбила Яна, когда решила, что он мне изменил. С родителями бывает тяжело, да. Но если вы любите друг друга, всегда можно найти выход, Ива. Всегда.

— Я и нашла.

— Это не выход. Думаешь, ему будет легче? Думаешь, он помирится со своей семьей и послушно сделает так, как они хотят?

— Я хочу на это надеяться.

— Брось. Ива, это же не про тебя. Ты не надеешься, а действуешь по факту. Ничего из этого с Наилем не случится. И твоя жертва получится напрасной.

— Нет.

Я скашиваю взгляд на прикроватную тумбочку. На ней в папке лежат документы о расторжении брака. Я теперь официально свободная. Через Раевского узнала, что все проблемы, которые Макс устроил Наилю, постепенно решаются. Остались только некоторые формальности. Производство вот-вот возобновится. IllusioN спасен.

— Останется с деньгами, но с разбитым сердцем. Это неправильно, Ива. Ты моя подруга, крёстная мама Маришки и я тебя очень люблю, но сейчас ты не права. Я не могу тебе лгать. Ты совершила ошибку. Нельзя так наказывать человека.

— Я и не прошу тебя мне лгать. Поэтому мы и подружились, помнишь? — я устало выдыхаю и провожу ладонями по лицу. — Наиль будет счастлив без меня и перестанет ломать свою жизнь из-за меня.

— Я помню, почему мы с тобой подружились. А еще я понимаю, что еще одного такого мужчину как Наиль ты больше никогда не встретишь. Такая любовь на дороге не валяется. Ее беречь надо, подпитывать.

— Я не готова к тому, чтобы он жертвовал ради меня всем! — взрываюсь по второму кругу и медленно опускаюсь на пол.

Запускаю пальцы в распущенные волосы, сжимаю до боли кожу головы.

— Родная, но ты же всегда хотела, чтобы Макс пожертвовал ради тебя всем. Он этого не сделал. А Наиль… Он же полная противоположность Смолина. Сам под каток лечь готов, только бы тебя защитить. Ты для него на первом месте. Ни работа, ни семья, ни собственные принципы, а ты.

Мира опускается рядом со мной и обнимает.

— Да, хотела, — не отвечаю, а почти скулю, потому что меня накрывает. Сильно. Это не просто слезы или истерика. Я будто бы попадаю в агонию. Мне невыносимо в собственном теле. И левая сторона грудной клетки болит так, что в глазах темнеет. — Но…

У меня не получается договорить. Голосовые связки отказываются работать. Я сильней впиваюсь в кожу головы. Я будто чувствую всю возможную боль и в то же время не чувствую ничего.

— Кажется, я слишком привыкла быть фоном, а не центром, — еле выталкиваю из себя признание.

Подруга расцепляет мои пальцы, убирает их от головы и еще крепче обнимает. Я не плачу, только тихо вою и всхлипываю. Мне очень больно. Не за себя, а за него. Наиль не заслужил к себе такого обращения. Я снова слышу его голос, чувствую легкий запах одеколона. Кажется, просто начинаю сходить с ума.

— Он… Он хотел мне сделать предложение, — спустя какое-то время шепчу и сама уже хватаюсь за Миру. Она почти убаюкивает меня в своих руках. Совсем, как Маришку, когда та не может успокоиться и плачет. — Швырнул мне кольцо перед тем, как уйти.

Мира ничего не говорит. Она просто рядом. Просто обнимает и делится своим теплом.

— Я уеду, — заявляю уже более уверенно, когда наконец-то беру себя в руки. — Уеду к родителям, побуду там. Разведаю обстановку и, возможно, продолжу заниматься своим бизнесом. Я ведь хотела расширяться. Вот и пришло время.

— А когда вернешься?

— Не знаю. Но я, правда, не могу здесь больше оставаться. Тут Макс, его друзья, бывшая жена. Только с ними мне еще не хватало где-то случайно столкнуться. Не хочу. Пусть перемывают мне кости и не попадаются мне на глаза.

— А если Наиль начнет тебя искать? Он стопроцентно обратится ко мне.

— Не начнет. Я сделала всё, чтобы он этого не захотел. Однажды я его уже обидела. Он не пошел за мной. Мы потом спустя время случайно встретились, я попросила прощения. Мне так стыдно было. А теперь всё стало еще хуже. Но в любом случае никто не должен знать, где я.

— Ну а мы? Про нас-то хоть не забудешь? — Мира смотрит на меня и улыбается сквозь слезы.

— Конечно, не забуду. Мне просто нужно время. А потом я обязательно приеду. Да и спорткомплекс здесь остается. Мы будем с тобой на связи. Обещаю.

Мира поджимает губы и приглаживает мои растрёпанные волосы.

— Нужно всё-таки собраться, — перевожу взгляд на разобранный чемодан.

Эмоциональный пик спадает и сбор вещей идет значительно быстрей.

Мира провожает меня до самого аэропорта. Несколько раз я ловлю себя на том, что вижу в толпе Наиля. Но… Это не так. Он просто начинает мне уже мерещиться. Я толком перестала спать, потому что Наиль и во сне не дает мне забыть о том, как жестоко я разбила ему сердце.

Я хочу, чтобы он был счастлив. Хочу, чтобы его самое заветное желание сбылось, и он стал отцом. Просто я оказалась не той женщиной, которая сможет дать ему ровно столько любви, тепла и нежности, сколько он заслужил.

Прощаюсь с Мирой, снова обещаю ей, что мы обязательно еще встретимся, благодарю ее за нашу дружбу и размыкаю объятия.

Когда шасси моего самолета отрываются от земли я не испытываю никакого облегчения. Я вообще больше ничего не чувствую. Моя оболочка здесь, а всё, что ее наполняло, осталось там, в звенящей тишине рунаевской квартиры.

Глава 43.

Ива

Два года спустя…

— Ива! — ко мне со всех ног несётся Маришка.

Она уже заметно подросла и стала еще красивей. Маленькое сладкое солнышко.

Я присаживаюсь на корточки и распахиваю свои объятия для крестницы. Она тут же в них падает и смеется. Не могу удержаться и тоже смеюсь. Крепко обнимаю Маришку и утыкаюсь носом в ее макушку. Малышка и в самом деле пахнет сладостью.

— Как же я по тебе соскучилась, — шепчу ей на ушко и растираю ладонью спинку.

— Я тоже! Очень-очень! — маленькие ручонки крепче обвиваются вокруг моей шеи.

Мне так приятно это слышать, что на глаза наворачиваются непрошенные слезы. Стараюсь сморгнуть их, но не получается. Мысленно отдергиваю себя и не ругаю