Вредная. Запретная. Моя - Алина Ланская

Второй вариант был предпочтительней, конечно, но я понимала, что легче мне не станет. Потому что Леша — это не Артур. Так быстро меня не отпустит. Мне было страшно думать о том, что будет после нашего разговора.

— Саша! Милая моя девочка взрывная! — Леша ринулся ко мне, но я выставила руку.

— Даже не пытайся подойти! Ты врал мне, притворялся, а сам… сам…

— Саш, все по-дурацки получилось, согласен. — Он нервно взлохматил волосы. Я даже залюбовалась им таким: непривычно растерянным и смущенным. Но быстро себя одернула.

— По-дурацки? Это все, что ты мне можешь сказать? Твоя мать спрашивает, когда ты вернешься. Значит, не собирался здесь оставаться, верно? Решил свалить? А я для тебя вообще кто?!

Выплюнула последний вопрос и сразу пожалела. Ну что за идиотство, а?! Сама же всегда давала ему понять, чтобы на многое не надеялся, что у нас с ним просто легкий романчик. А теперь предъявы ему какие-то кидаю. Зачем?! Так, все, хватит позориться, надо валить от этого вруна! Вот только куда? В отель? А почему бы и нет!

Рванула к двери, не глядя на Лешу. Главное, не видеть больше эту растерянность в глазах. Он и сам ко мне наверняка так и относился — как к чему-то временному и не особо напряжному.

— Саш! Саша, ну ты куда?! — Я со всей дури налетела на Лешу, ударилась лбом ему в подбородок. Больно-то как. — Останься!

— Издеваешься? — взвыла я. — После того, что я узнала и чего не узнала? Знаешь, Алекс, каких мужчин я не выношу?!

— Каких? — спросил он с опаской.

— Хитрожопых! Таких, как ты! Тихушник, мать твою! Такой весь милый и чудесный парень, я даже повелась на тебя, идиотка.

— Не называй женщину, которую я люблю, идиоткой, — твердо, не повышая голоса, произнес Леша и добавил: — Мне это очень неприятно слышать.

Я зависла на несколько секунд, соображая, что, собственно, он имел в виду. Сердце радостно трепыхнулось, но я снова себя одернула. Он врун и еще, похоже, манипулятор чертов.

— Не верю ни одному твоему слову. Но у тебя есть максимум минута, чтобы объясниться. Потом я ухожу.

Леша побледнел, как-то осунулся сразу. Казалось, до него наконец дошло, что я и впрямь сейчас уйду.

— Саш, то, почему я здесь, — это не имеет к нам с тобой никакого отношения. Я очень жалею, что все так обернулось, я не собирался ни с кем встречаться, когда приехал в Москву, мне было не до отношений, но ты… ты перевернула мою жизнь вверх дном, а может, наоборот, сделала ее осмысленной. Да, у тебя могло сложиться обо мне не совсем верное впечатление, хотя я никогда не притворялся рядом с тобой. Но вообще для тебя я готов быть тем, кем ты захочешь меня видеть.

— Не притворялся, значит? — Я переваривала его эмоциональный спич. Для того Леши, которого я знала, это было мегаоткровение. — Но правду говорить не хочешь, верно?

Смирнофф покачал головой. Было что-то в его глазах такое, что заставило еще больше напрячься.

— Мне не понравится правда, так? Поэтому ты молчишь? Не только из-за твоего поломанного тезки?

— Не понравится, — выдохнул Леша, словно ножом, полоснув меня своим новым откровением. — Но я все расскажу и объясню. Только не сейчас, Саш. Чуть позднее, когда ты немного успокоишься.

— Серьезно? Ты думаешь, мне еще будет интересно?

Леша молчал. А мне хотелось реветь. Как женщине, которой впервые в жизни разбили сердце. Так плохо мне не было никогда, даже после папиного предательства.

Глава 38

Горжусь собой, что этот козел так и не увидел моих слез. Назло ему решила, что дотерплю, а когда одна останусь, вот тогда уж дам себе волю. Я хотела поскорее убраться отсюда, но и уйти без вещей тоже не могла. Все они были здесь. Конечно, еще много всякого барахла папа выгрузил из дома, но я пока так и не доехала до того склада.

— Если не хочешь со мной находиться, можешь переселиться в студию, ключи хозяйка отдаст сегодня же, она недалеко живет.

Я кивнула. Одна я такую квартиру не потяну. Теперь ты сама нищебродка, Саша! Все эти недели рядом был стажер и тебе не казалось, что ты совсем уж в дерьме, но сейчас пора взглянуть правде в глаза.

— Иди погуляй куда-нибудь, а я вещи соберу. Видеть тебя не могу больше!

Он не стал спорить, и когда за ним закрылась дверь, я разревелась. Потом наспех что-то покидала в сумку и вышла на улицу. Много моего барахла осталось у Леши, ничего, пусть тоже помучается, думая обо мне.

— Я вызову такси, — раздался из темноты мягкий и такой любимый голос. — Саш, хозяйка будет тебя ждать, я с ней обо всем договорился.

— И что? Так ничего не скажешь? Я что, не имею права знать? А может… — вздрогнула от страшной догадки. Повернулась к Леше, который стоял за спиной, и впилась в него взглядом. — Ты женат?!

Не переживу, если он уже окольцован какой-то сучкой!

— Нет.

Ну хоть что-то! Вроде не врет.

— Невеста и прочие козы рядом не пасутся?

— Саша, ну ты о чем? — Леша расслабленно улыбнулся и даже осмелился подойти ближе. — У меня никого нет, кроме тебя!

Как нельзя вовремя подъехало такси, а то я точно слабину бы дала.

На этот раз Леша не обманул — хозяйка ждала меня у входа с ключами. Я хотела их молча забрать и наконец остаться наедине с собой, но не тут-то было.

— Александра, верно? — Крыска вперила меня жадный взгляд, ну разве что не обнюхала. — Дашевская, так? А это правда, что ваш папа…

— Неправда! Идите лучше о своем папе думайте!

Захлопнула прямо перед крыской дверь и закрыла ее сразу на все замки. Едва раздевшись, рухнула на кровать. Жить не хотелось. Думать и страдать — тоже. Только и смогла, что разложить вещи в шкафу, принять душ и отрубиться.

Утром, включив мобильный, обнаружила два пропущенных от Леши и еще три месседжа.

«Ты добралась?»

«Саш, если что-то нужно из вещей, скажи, я все привезу».

«Давай пообедаем сегодня».

Хитрый гад! Я подумала и написала:

«До понедельника забудь обо мне. Ничего не нужно».

То есть думай и мучайся без меня, гаденыш! На душе было хреново, я