Мастер печатей - Илья Ангел

наткнувшись на очень интересную вещицу, как только начал разбирать вещи. Может, выглядит это не так вычурно, но по стоимости, учитывая то, что я видел сегодня на аукционе, очень даже солидно, особенно в кругах знающих людей. Оставив его в хранилище, положив на видное место, я выдохнул и вышел из комнаты. Ну что ж, пора начинать это представление.

В той части поместья, где располагались жилые комнаты было тихо и пусто. Я спокойно дошел до главного зала, не встретив никого на своем пути. Правда, так или иначе, я ощущал направленные на меня взгляды, значит, охрана все же была на месте. Дом так до конца и не восстановили, но хотя бы трещины в стенах заделали.

Перед входом дежурило несколько человек охраны из рода Сапсановых, видимо, для антуража. Дворецкий, поклонившись, открыл передо мной двери, запуская внутрь. Было шумно и довольно людно. Окинув все беглым взглядом, насчитал около сотни людей, большинство из которых о чем-то довольно громко спорили. Прямо напротив входа у дальней стены располагалось небольшое возвышение, где уже сидели главные члены рода Сапсановых. Лера выглядела как-то испуганно, постоянно озираясь по сторонам. Цвет ее лица сливался с белоснежным платьем, практически таким же, в каком она присутствовала на балу у князя. Увидев меня, она глубоко выдохнула и расслабленно откинулась на спинку стула. Неужели думала, что я не приду. Я кивнул ей, успокаивая, тут же отводя взгляд, разглядывая собравшихся. Андрей с Олегом о чем-то тихо переговаривались, а вот с усмешкой разглядывающая толпу молодая девчонка, сидевшая рядом с Олегом, мне была не знакома.

Все гости стояли, только несколько пожилых людей сидели в креслах, специально для них подготовленных. Шмелев расположился рядом со входом, прислонившись спиной к стене. Около десяти охранников стояли по периметру зала. Все они были мне знакомы, и являлись неплохими магами, что внушало оптимизм закончить этот вечер без неприятностей. Увидев Петра с Дианой, стоявших недалеко от своеобразной сцены, я прошел через толпу прямо к ним, слушая перешептывания, тут же раздававшиеся за моей спиной.

— О, боги, мы так за тебя переживали! — сразу же кинулась мне на шею Диана, крепко обнимая. — Ты цел?

— Да, все в порядке, — ответил я, как только девушка от меня отстранилась. — А что, были какие-то сомнения?

— Ой, да тут такое было, — покачала она головой. — Мы как раз с Лерой были в комнате, собирались, как на весь дом завопили охранные чары. После этого, одна из служанок прилетела и начала рассказывать, что ты при смерти в луже крови появился в центре гостиной с какими-то людьми. Мы несколько раз пытались к тебе пробиться, но нас не выпускали из охраняемой части поместья.

— Это была не моя кровь, — усмехнулся я, не вдаваясь в подробности, хотя настойчивый взгляд Дианы явно показывал, что этот разговор не окончен.

— Тут Кондор вместе с своими сыновьями, — неожиданно проговорил брат, кивая мне за спину. — И граф Ужинцев, хотя понятие не имею, что он тут забыл. Скорее всего, преследует свои какие-то цели.

— Кто это? — я кивнул в сторону девицы, сидевшей рядом с Олегом, которая буквально прожигала меня ненавистным взглядом. Я решил на этом не акцентировать внимание, повернувшись в ту сторону, в которую указывал Петр. Кондор стоял рядом с графом Ужинцевым, пристально глядя на меня. Похоже, мое появление обрадовала здесь не многих.

— Это Ольга, сестра Олега, — тут же пояснила Диана. — Ее вернули в род. После событий в поместье, она решила использовать покровительство своего деда, чтобы уйти от Сапсановых и не отвечать за свои поступки.

— О чем ты? — я повернулся к девушке, посмотрев ей в глаза.

— Мне Лера недавно рассказала, что она после инициации все вспомнила, ну, когда нас чуть не убили. Именно Ольга выманила их с Андреем в этот зал и наложила заклятие подчинение, правда, они его быстро сбросили, но этого времени хватило, чтобы прибыла подмога в виде их дяди, — проговорила она шепотом. — А в род ее вернули практически сразу же, как только узнали, где она прячется.

— А сейчас она здесь, чтобы врагов держать ближе к себе? — теперь я не отказал себе в удовольствии пристально посмотреть на эту девушку. Направленный на нее взгляд она не выдержала и отвела глаза, вцепившись в подлокотники массивных стульев.

— Никто не знает о случившемся, кроме меня, — сокрушенно покачала Диана головой. — Тем более, что кроме слов Валерии, нет никаких доказательств, а мачеха Олега молчит и свою дочь не выдает.

— Вечер перестает быть томным, — резюмировал Петр. — Но, это совершенно не проясняет, что тут делает ее дед. Я слышал, что ты его опозорил, выкинув из форта, не выслушав его предложений.

— Было дело, — не стал скрывать я, поворачиваясь в сторону поднявшегося на ноги Андрея.

— Я рад приветствовать всех собравшихся, — обвел он взглядом тут же замолчавшую публику. — Лишний раз рассуждать о поводе сегодняшнего вечера я не стану. Из-за трагической череды событий, посторонних, не относящихся к нашему роду, тут единицы, поэтому, думаю, сразу перейдем к делу. У меня есть несколько объявлений, которые я хочу сделать перед началом торжественного мероприятия.

Едва ощутимая волна, подобная дуновению холодного ветра, пронеслась по залу какой-то направленной волной. Андрей резко замолчал, а по залу прошелся едва различимый шепот голосов. Я резко обернулся, глядя на Шмелева, который стал в этот момент предельно серьезным, оглядывая помещение и связываясь с кем-то по переговорному устройству. Видимо, почувствовал этот магический всплеск не только я и глава рода Сапсановых. Прошло несколько секунд, за которые ничего не произошло. Возможно, мы просто себя накручиваем. Источник я определить не смог.

— Первое обращение будет исключительно к представителям рода Сапсановых. Как всем известно, Глеб Германович Сапсанов вернулся после длительного отсутствия. Учитывая его не слишком благие намерения относительно нашего рода, мы с великим Сапсаном приняли единственно верное решение: с этого момента Глеб Сапсанов лишается благословения Сапсана, изгоняется из рода и объявляется кровным врагом. Те, кто помогает этому человеку в его злодеяниях также становятся нашими кровниками.

До прилюдных оскорблений, после этого заявления, конечно, дело не дошло, но уровень шума, который поднялся в зале, явно превысил все возможные пределы, что допустимы во