Сирруш - Павел Сергеевич Марков

визжал свинопас. — Ибо я говорю истину!

— Заткнись! — рыкнул Гопал.

— Уходим, — прошептал подоспевший Гириш, наблюдая, как мрачнеют лица окружающих.

— Кайтесь! Молитесь! — не унимался Панишвар.

— Ты заткнешься, наконец?!

— Вам не сломить меня!

Гопал быстро оглядел близлежайшую мостовую и заметил сухую пыльную луковицу. Передав на попечение Гиришу новоявленного пророка, он схватил головку, а затем с силой затолкал овощ в рот беснующемуся хозяину свинофермы.

— Ты что делаешь? — испуганно уставился Гириш.

— Он достал меня своей болтовней!

Панишвар позеленел. Свинопас попытался выплюнуть луковицу, но Гопал плотно зажал ему рот рукой.

— Ты снова впадаешь в безумие! — воскликнул Гириш.

— Уходим! — резко оборвал Гопал. — Расступитесь!

Однако толпа не отреагировала на его возглас. Более того, стражникам показалось, что она лишь теснее сомкнула ряды. В глазах людей читалась неприкрытая враждебность.

— Я сказал, расступитесь! — заорал Гопал. — Это приказ!

— Отпустите вестника Богини-матери! — раздался крик из толпы.

— Он задержан за нарушение порядка, — попытался успокоить людей Гириш, но безуспешно.

— Отпустите его!

Стражники заметили, что толпа сделала один шаг по направлению к ним, сужая кольцо.

Гириш побледнел и посмотрел на Гопала:

— Что будем делать?

Глава 13

— Ты?!

Улыбка съехала с лица, когда он увидел, что дверь ему открыла дочь старосты.

— А… а… а где привратник? — с трудом шевеля губами произнес Шанкар.

Абхе хмыкнула и вздернула тонкую бровь:

— Так ты, все же, по мальчикам? Да еще и старым?

Он покраснел:

— Что? Нет! Я же говорил… и просто…

— Да-да, — она закатила глаза и скрестила руки на обнаженной груди, — у тебя есть невеста.

— Была, — мрачно поправил Шанкар.

— О! Так вы поженились?! — воскликнула Абхе и саркастически добавила. — Поздравляю!

— Она умерла, — тихо сказал охотник, чувствуя, как бледнеет лицом.

Девушка опешила. Ее черные глаза широко раскрылись, а нижняя губа поползла вниз. Все озорство и надменность вмиг испарились, словно роса под лучами жаркого солнца.

— Мне нужно увидеть Нараяна, — добавил Шанкар, стараясь не смотреть ей в глаза, — срочно.

— Он внизу в гостиной, — ошеломленно пробормотала Абхе, отходя в сторону.

— Спасибо.

Шанкар вошел в дом и двинулся по сумрачному коридору, минуя комнату привратника и дверь в ванную комнату. Когда до гостиной оставались считанные шаги, охотник услышал позади ее взволнованный голос.

— Извини. Я не знала.

Он ответил, не оборачиваясь:

— Ничего.

— Зайдешь ко мне?

— Не знаю.

Пройдя в гостиную, Шанкар застал Нараяна, сидящим за круглым столом в тяжких раздумьях. Его песочные волосы в беспорядке разлетелись на голове и напоминали разворошенный стог сена. Отсутствующим взглядом он смотрел на пустую столешницу. К своему удивлению, охотник не заметил рядом со старостой кувшина с вином. Да и сам Нараян оказался трезв. Видимо, с момента их последней встречи тот взялся за ум и бросил пить. Хотя орлиный нос продолжало украшать красное пятно от лопнувших сосудов.

Сквозь отверстие в потолке падал солнечный свет, представляя вниманию засохшие бурые пятна на сером ковре. Последствие падения кувшинов с вином.

Охотник медленно вошел в комнату, и Нараян поднял на него глаза. В них читалась усталость и полное отсутствие надежды.

— А-а-а, жреческий посланник, — обреченно протянул староста деревни, — вас прислали по мою душу?

— Нет, не по вашу, — ответил Шанкар, усаживаясь на плетеный стул напротив.

— Хм, — мрачно хмыкнул Нараян, — а я был бы не против такого исхода.

— Вот, как? Почему?

Староста шумно выдохнул и провел рукой по волосам, приводя их в еще больший беспорядок.

— С тех пор, как вы уехали, здесь стало невыносимо. Мы и без того с трудом справлялись с поддержанием порядка на полях. Но теперь с каждым днем становится все хуже, — он утер загорелой ладонью лицо, — мы уже чувствуем в воздухе песок. Жар в некоторые дни становится невыносимым

Шанкар вздрогнул:

— Что с Сарасвати?

Нараян мрачно воззрился на охотника, а затем обреченно произнес:

— Все очень плохо.

Охотник ощутил, как холодок пробежал по спине:

— Она не могла высохнуть так быстро.

— Она и не пересохла, — покачал головой Нараян, — точнее, не совсем. Превратилась в вонючее и вяло текущее болото. Но это ненадолго. Вода испаряется, — он вновь провел рукой по волосам, — у нас нет сил, Шанкар. Больше нет.

— Вы должны держаться столько, сколько сможете, — сказал охотник, хоть слова дались ему нелегко.

— Поэтому вы здесь? — угрюмо спросил Нараян.

— Нет. Я приехал, чтобы убить зверя.

Какое-то время староста тупо смотрел на собеседника, однако затем в его усталых глазах промелькнула догадка.

— А, безумный носорог… помню-помню.

— Вы его не видели?

— Нет.

— Никто из сельчан не пропадал?

— Нет, — обреченно повторил Нараян, откидываясь на спинку стула, — у нас и без носорога хватает жертв.

— Жертв?! — Шанкар почувствовал себя неуютно. Он вспомнил, что нигде не видел привратника.

— Многие не выдерживают нагрузок в поле, — вяло взмахнул рукой Нараян. — Здесь становится слишком жарко.

Охотник поджал губы.

Староста же добавил:

— Нам нет смысла здесь оставаться. Нужно уходить. Все равно конец будет один. А так мы хотя бы сбережем тех, кто еще жив.

— А что на восточном берегу? Вам это известно.

— Да. Люди уже ушли оттуда. Там ничего нет, кроме заброшенных хижин и высушенной земли с легким налетом песка.

Шанкар похолодел:

— Куда они ушли?

Нараян махнул рукой на юг:

— В Лотхал. Но дела там обстоят не особо лучше.

— Что?!

Староста угрюмо покосился на охотника:

— А вы не слышали? Там уже давно с неба не падало и капли.

Шанкара пробила дрожь.

«Все хуже и хуже. Засуха. Недостаток продовольствия. О, боги, за что нам все это…?! Ладно. Сначала демон. Потом все остальное».

— Нам нужно уходить отсюда, — услышал он голос Нараяна.

— Не сейчас, — покачал головой охотник.

— А когда? — всплеснул руками староста. — Смысл хвататься за этот полумертвый кусок земли? Мы все равно здесь умрем! От голода или истощения!

— Где ваш привратник? — спросил Шанкар, словно игнорируя гневную тираду Нараяна.

— Он оказался одним из первых, — вновь обреченно махнул рукой староста, — сердце не выдержало.

— Вы что, отправили его на поля? — удивился охотник.

Староста насупился:

— Я, может, и пил беспробудно, но остатки разума сохранил. Разумеется, нет! Просто одна из ночей оказалась особенно душной… так, что вам нужно?

— Запасов воды и провизии на пару дней для пятидесяти человек.

Нараян выпучил глаза:

— Да вы с ума сошли!

— Вы же делаете запасы для отправки их в Мохенджо-Даро, — сказал Шанкар, — возьмите оттуда.

— Причем тут еда?! — взвился Нараян. — У нас с водой проблемы! А вы хотите, чтобы я напоил целый отряд?!

— Насколько большие проблемы?

— Колодцы мелеют. Мы слишком много тратим на полив. Иначе земля быстро иссохнет.

— Не может быть, — не поверил охотник, — не