Гетратоникс. Дыхание Хаоса - Борис Ветров

и её скрутила непереносимая боль. Всё повторилось, но только с телом Фрида, он также оказался обнажённым и рухнул на землю, оборотень схватился за голову, встал на колени и округу огласил его гневный выкрик:

     — Какая тварь ударила меня по голове?!

Эпилог

     Мир — Остимгорн

     В небе кружили драконы, один огромный и ещё семь совсем крохотных. Слева шумели листвой деревья, а внизу тихо журчал ручеёк. Эльза погладила уже заметный животик, посмотрела направо, на отца, на Габриэля Восставшего, о котором только читала в книжках. Она стояла совсем рядом, заострённые черты лица, крыльев нет, но развивается позади плащ, сотканный из тьмы. Смотрит вдаль, немного отстранённо, она и не думала встретить отца, всю свою жизнь не знала кто он, и вот он стоит совсем рядом. Справа её держит за руку Кхэль, он вполне благополучно вернулся и теперь рядом.

     “Никогда его больше не отпущу!”

     — Что теперь думаешь делать отец? — она знала, что Габриэль хочет довести начатое ещё двадцать лет назад, свергнуть Триединого, но хотелось услышать это от князя Тьмы лично.

     — Месть и неоплатный долг, я знаю, это не вернёт мне Эйвлин, но всё равно Триединый должен заплатить! — грубый гортанный голос, совсем непохожий на ангельский, что ж служение Тьме тоже имеет свою цену. Он повернулся, сухо улыбнулся дочери, посмотрел на её живот, слишком большой для шестого месяца:

     — У меня будет внук. — сухо произнёс князь Тьмы

     — Или внучка, — добавил Кхэль

     Мир — Дромерслорт

     Крогер отпил свежесваренный кофе, закусив толстым румяным круассаном, по бокам которого показалась коричневая начинка, на основе молока и мёда. Перед лепреконом посыпались крошки, а в таверну зашёл Глорин, гном, оказался одет не по погоде. Тонко выделанный овечий полушубок, головной убор, предназначенный укрыть скорее от ветра, чем от солнца, которым и оказался богат мир Дромерслорт.

     — Чего изволите? — сразу же подбежал к новому клиенту официант

     — Мельинское есть? — хмуро спросил гном

     — К сожалению, закончилось, но есть Борское, ничуть не хуже, — не растерялся официант, конечно, соврал, Борское было определённо хуже.

     Глорин кивнул и направился к лепрекону:

     — Зачем мы здесь? — недовольно пробурчал гном

     — Сейчас всё увидишь, осталось недолго, — Крогер вновь откусил своё лакомство, и на этот раз начинка прыснула ему на подбородок

     В таверну вошёл апостол Роланд, на лбу его выступила испарина, обувь и плащ покрылись дорожной пылью.

     — Апостол Роланд, идите к нам! — радостно замахал пухлой ручкой лепрекон, словно увидел лучшего друга.

     Роланд хмуро, с опаской уставился, на гнома и лепрекона, сидевших за столиком, место, за которым осталось лишь для одного. Апостол подошёл, но садиться не спешил:

     — Кто вы? — спросил он и в этот момент заметил две совершенно одинаковые цепи, висевшие на шеях, — Слуги Равновесия…

     — Совершенно верно! У нас к вам… — Крогер замялся, — Разговор, слышали о пророчестве, что сейчас кричат на каждом углу в протекторате Святой веры?

     Роланд всё же присел, перед ним тут же возникла кружка с Борским пивом, но апостол даже не притронулся.

     — Слышал.

     — Так вот, оно неполное и мы готовы вам поведать о подробностях! — заговорщическим тоном произнёс Крогер.

Конец.