Искра - Тася Тараканова

— Камней больше не дам.

Ведьма права, я не сберегла её подарок. На прощание обняла Лею, поцеловала её в кругленькую щечку. Она вздохнула, мы обменялись взглядами — сигналами родственных душ. Нам не нужны слова, чтобы передать друг другу то, что чувствуем. Кругляши давно проникли в мою кровеносную систему, волшебный цветок во мне укоренился и дал всходы, и Лея — первая, кого моя душа приняла без условий и страха.

Я не любила перемещаться на глазах зрителей, почему-то для этого мне требовалось уединение. Я захромала к деревьям. Другая родная кровь звала меня, магнитом тянула к себе, шептала о двух половинках единого целого.

Я знала, сопротивление бесполезно.

Глава 25. Оракул

Я переместилась туда, откуда сбежала к ведьме. Комната в гостевом домике в том же виде, мой рюкзак на месте. Хотела снять вещи, позаимствованные у Мары. Дверь в комнату распахнулась от пинка. На пороге моего убежища гвардейцы. В Овечечке — люди Ильзы? От неожиданности я потеряла дар речи, забыв про переодевание.

— Подъём! Быстро!

Подхватила костыль и неловко встала с кровати. Гвардейцы обыскивали комнату, вытряхнули на пол вещи из рюкзака, как попало затолкали их обратно, ощупали взглядом мой затрапезный вид, руку на перевязи и самодельный костыль. Что за…! Не успела дёрнуться, на шее защелкнули ошейник, и меня на цепи поволокли из дома.

Моё появление на крыльце вызвал гомерический смех у вояк, ожидающих своих пособников. Со стороны можно подумать, что меня долго били, а потом оказали первую медицинскую помощь. Мои ноги с трудом переступали по ступеням крыльца. Мозг лихорадочно рисовал картины одна страшней другой. В леваде раздался рёв драконов, там происходит что-то ужасное. Голоса, крики, и громче всех ненавистный голос Верга, который отдавал команды. Конвоир толкнул меня в спину дубинкой, погнал по направлению к леваде.

— Быстрей, пошла!

Яростно скалясь, оглянулась на стражника. С ободранным лицом и кривым костылём под мышкой я краше Бабы Яги.

— Прокляну!

Мои слова на мгновение испугали гвардейца, через секунду он пришёл в себя и ударил дубинкой по моей многострадальной спине. Вздрогнула и злобно плюнула ему под ноги.

— Ведьма!

Вцепилась свободной рукой в жёсткий ошейник. Давит!

В леваде — полный беспредел. Лара, Дюк и Яго лежали на земле. Их усыпили? В шкуре Грома несколько болтов, он заваливался на бок, вытягивая шею к врагам, угрожая оскалом жутких зубов. Мне хотелось закрыть глаза, но я заставила себя смотреть. Где Эрвин, Добромир, Ларри, Асанна? Нападение было внезапным? Сердце сумасшедше колотилось в груди, я словно пробежала стометровку. Не могла вздохнуть полной грудью, не хватило воздуха, тысячи молоточков стучали в висках.

— Это кто? — за спиной грубый голос Верга.

— Нашли в одном из домов, — ответил верхотур.

Не успела оглянуться, костыль выбили из рук, я упала на землю. Черная повязка легла на глаза, мне сковали руки, грубо поволокли по земле, забросили на ездового, цепь прикрепили к седлу. Основательно подготовились душегубы, ничего не упустили.

Полёт прошёл в темноте, усилия чуть сдвинуть повязку — напрасны, только силы потратила, да извела себя злостью на врагов. Кипящие эмоции трубили победу, а высший план, который мне неизвестен, курил в сторонке. Как я могла позволить ему исполнится, если тряслась от гнева и бессилия. А ведь совсем недавно я утверждала, что нужные события в моей судьбе выстроятся в правильном порядке.

Успокоить богоборческий разум, отключить сопротивление нелегко, но возможно. Летим и летим, меня даже укачало, и я отключилась на время. Сон — единственно доступное лекарство в нынешней ситуации. Мешал жёсткий ошейник, но я смогла отстраниться от боли.

Приземлились. Меня отцепили и стащили с седла. Пинок по рёбрам заставил подняться. Опираясь на здоровую ногу, я похромала за конвоиром, который тянул меня за цепь. Повязка так и осталась на глазах. Ничего, скоро узнаю, что за цирк с конями приготовила Ильза.

В помещении, где мы остановились гулко и пусто. Звук шагов, отражаясь от стен, потолка и пола и не встречая препятствий, доходил до меня эхом. Из-за повязки все чувства обострены. Отследила, как идёт звук, и поняла, надо мной купол. Паники нет, и легче дышится даже с гадским ошейником, чем раньше.

Грубым толчком меня направили в сторону, и я свалилась на чертову жесткую плитку, потому что нога с шиной-деревяшкой уже не держала. Пить хотелось смертельно. Рядом со мной бросили мой рюкзак.

С глаз сорвали повязку, я открыла глаза и зажмурилась от резкого света, постепенно привыкая к нему. Мир приобрёл четкие очертания. Меня ждало потрясение. Все здесь и все живы. Видеть их угрюмые лица для меня — чистейшая непревзойдённая радость. Они стояли полукругом: Мечислав, Добромир, Авивия, Эрвин, Асанна, и Ларри, и даром, что в ошейниках со скованными руками и ногами, но я мгновенно успокоилась. Нам прекрасно видно друг друга. У меня двойная радость, сейчас я для всех чужая, переживать за меня некому, кроме Добромира. На круглой арене на возвышении, как бриллиант в короне, поблёскивал прозрачными стенками новый Высотомер. Он, действительно, новый, от него так и веело флюидами абсолютной чистоты и стерильности.

Когда «Правдомер» поднимет человека ввысь, никто не сможет солгать.

Ближе всех ко мне Ларри, Эрвин в центре шеренги. Хотела поймать его взгляд, но в его глазах ледяная сосредоточенность. Эрвин не смотрел на меня, зато глядел Ларри.

На лице белого китайца непередаваемый ужас. Похоже, страх перед предстоящими пытками полностью завладел его сознанием. Добромир — единственный невозмутим, он улыбнулся мне уголками губ, подбодрил. Меня отпустило, я не одна в этом мире, ощущение заботы окутало, словно пуховой шалью. Боже, как мало нужно человеку! Всего лишь чуть заметная улыбка близкого человека. Она дарит мне силы, словно я подключилась к зарядному устройству.

Недолгую паузу разорвали резкие звуки. На арену вышла их Величество глава Меры — Ильза Раструб. Она театрально хлопнула в ладоши, звук которых напоминает мне щёлканье плетей, я на мгновение выпала из реальности — Раструб стоит за решеткой клетки, наслаждаясь кровавыми слезами алой драконицы.

— Вся шайка на месте, — отрапортовал Верг Хоржак — второй дрессировщик созданного ими цирка.

Этим двоим приятно ёрничать, я вижу, как они наслаждаются обществом друг друга перед группой пленников в кандалах. В воздухе просто искрит от напряжения. Вот-вот бабахнет.

Залп. Пли!

— Понравились ошейники? Пока не узнаем, кто из вас дверник, это украшение с вас не снимут. Если хотите быстрее покончить с неудобством, жду искреннего раскаяния, — Раструб зашлась лающим смехом