Смерть Созданиям Сумрака: Расцвет - Александр Вольт

И встал на месте как столб. Потому что из ямы донесся голос. Насмешливый, даже глумливый… и очень, очень знакомый.

— Ты только посмотри, какой решительный стал!

Я сжал кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в кожу. Наверняка завтра болеть будет. Но это нормально. Мне все равно по-любому придется щас этой самой боли хапануть. Запястье обхватила ледяная хватка — Софа с беспокойством глядела на меня.

— Витя, ты чего?

Я помотал головой и попытался прогнать раздрай в мыслях. Не сразу, но все-таки получалось. Стормознул я, конечно, жестко. Повезло, что тварь, когда услышала этот голос, тоже замерла. Иначе салаг, которых увела Катерина, уже жрать бы начали. Но нетопырь застыл — стоял страшной статуей. В ожидании команды хозяина, который уже прибыл. Только появиться на сцене хотел как можно эффектнее.

— Ты быстро учишься, юный Ламберт, — сообщил голос, — прогресс недюжинный, даже в столичных гостиных о тебе поговаривают. А это дорогого стоит. Так что прискорбно будет столь перспективную карьеру в зародыше душить. Но уж такая у меня служба, браток, извиняй. Ничего не поделаешь.

И прежде чем я успел ответить, из пыли, из густой черной взвеси в воздухе появился широкоплечий силуэт. Он как будто прорисовывался из темноты. Я почувствовал, как горло сжимает тяжелым спазмом. Софа выставила перчатки вперед. С ее губ срывались облачка пара.

— Здравствуйте, дети, — сказал комбриг Распятьев и одернул мундир, — Здравствуйте и прощайте.

Глава 21

— БАСКО!

— ДА, КАПИТАН? — Он отозвался незамедлительно.

— На сколько процентов завершено слияние?

— ПОДРОБНЫЙ АНАЛИЗ НА ДАННЫЙ МОМЕНТ НИ К ЧЕМУ, БОЙ ВЫ ПРИНЯТЬ СПОСОБНЫ, А В ОСТАЛЬНОМ ОТ КОММЕНТАРИЕВ ВОЗДЕРЖУСЬ, ДАБЫ НЕ СБИВАТЬ ВАШУ КОНЦЕНТРАЦИЮ.

Я едва удержался от того, чтоб по лбу себя от досады не хлопнуть. То есть все это время у этого надоедливого гада был «тихий режим», а он об этом не рассказал? Не счел нужным?

Что ж, эту злость можно в правильное русло пустить. Я прохрустел шеей и размял кулаки. В жилах как будто не кровь растекается, а жидкий огонь. Надо же, я и понятия не имел, что так хочу матча-реванша с этой тварью.

А разве это считается реваншем? Ты ж ему и в первый раз навалял вроде как.

Но теперь-то я пообтесался и сильнее стал.

Может, и Распятьев тоже стал — этого я не знал, да и плевать хотел, в общем-то. Так или иначе, а кабину я ему хорошенько развалю, честь по чести. Упырь двигался в нашу сторону, широко расставив руки. Если б тут было посветлее, получилось бы даже угрожающе из-за тени. А так эффект смазался.

Стоило мне только подумать, как Распятьев начал… расти. Что по всем законам физики неправильно. Но я видел, как бугрятся мышцы под мундиром, как удлиняются клыки, с которых капает желтая пена, как голодно сверкают глаза. Кажется, ему партия родная допинг подвезла. Лишь бы не противомагический.

Боевой настрой малость снизился. Процентов до девяноста пяти.

— Софа, прикрой их! — крикнул я и указал на Катькиных подопечных. — С этим я сам.

— Ты уверен?

Врать я ей не хотел. И строить из себя терминатора на минималках — тоже. Не те у нас уже отношения. На доверии они выстроены.

— Нет.

— Тогда я остаюсь, — сказала она. Тоном, не терпящим возражений. — В конце концов, пророчество не только про тебя говорило. Про нас обоих, Витя.

Кажется, комбрига это решение обрадовало. Зубы жадно щелкнули.

— Значит, вы выбрали смерть. Похвальное решение. Сэкономите мне кучу времени.

Шаги Распятьева отдавались в темноте гулким эхом. Его крупный, плотный силуэт приближался к нам, чтобы потом… исчезнуть?

Так и есть. Растаял в одночасье, растворился во тьме. Родная стихия, мать его. А еще говорят, что темнота друг молодежи. Ни хрена. Она только таким вот тварям паскудным на пользу.

— БАСКО, где он? — шепнул я.

— ДИСТАНЦИЯ ТРИ МЕТРА И СТРЕМИТЕЛЬНО СОКРАЩАЕТСЯ.

Я уперся ногами покрепче в пол и изобразил подобие боевой стойки, прикрыв локтями печень и почки. Хрен знает, на что она сгодится — так-то на своих вампирячьих стероидах он может меня располосовать с одного удара.

В следующее мгновение я понял, что значит «искры из глаз посыпались».

— Раззудись плечо! — гаркнул Распятьев мне прямо на ухо. И тут же я почувствовал, как в районе солнечного сплетения зародилось настоящее, мать его солнце. Горячий, пульсирующий шар. Руки среагировали сами и сомкнулись в защитный барьер, который и принял удар. Быстро, но недостаточно быстро. На доли секунды опоздал, но иногда даже такие мелочи имеют значение.

Название твоего домашнего видео?

Дыхание сразу сбилось, и я хрипло закашлялся. Перед глазами заметались разноцветные круги. То, что осталось от раскаленного шара в груди, теперь растеклось по всему животу и жгло что есть сил. Как же паршиво, мать вашу.

— Витя! — донесся до меня голос Софы. Краем глаза, периферийным зрением я заметил мельтешение с ее стороны. Одна из тварей кралась к ней.

— Сзади! — крикнул я, и в эту же секунду тоннель осветила яркая вспышка. Длинная ледяная стрела вылетела из рук Софы и пригвоздила тварь к полу. Та затрепыхалась в предсмертных судорогах; из пробитого брюха показались влажные и вонючие потроха.

Праздновать, однако, было рано. Еще несколько таких же чудищ ползли к ней. Намеревались окружить. Как шакалья стая. Но сразу стало понятно, что врасплох они Софу не застанут — сейчас весь свет, который был доступен здесь, исходил от нее. Мягкое сияние с серебристым отливом окутывало ее с головы до ног. Красиво. И смертоносно.

Но мне она не помощница. Тогда рассчитывать остается только на себя.

— Да не дергайся ты, Ламберт. Все скоро кончится! РАЗМАХНИСЬ РУКА!

Распятьев возник у меня за спиной и ухватил за шиворот. Когти прорвали ворот рубахи и впились в кожу. Он резко наклонился, швыряя меня через себя. Наверняка маневр из гэбэшной школы, их же там точно учат техникам рукопашного боя. Судя по всему, товарищ комбриг собирался меня опрокинуть, а потом уже чем-нибудь острым прикончить.

Но не тут-то было. Его импульс от броска я использовал себе на пользу и приземлился на ноги в паре метров. Изящное сальто-мортале исполнил, конечно. Не хватало только, чтоб конферансье произнес “алле-оп”.

Приятное оно, чувство полного контроля телом. Раньше, когда смотришь по телевизору футбол или баскетбол, поневоле же отмечаешь возрастных игроков, как они двигаются тяжеловато. Где-то не успевают, где-то не дожимают. И пусть совсем ненамного, но этого хватает. Тело просто уже не может делать то, что когда-то было ему