Война клана - Алексей Викторович Широков

даже не второе, а третье дно о котором если в Княжеском Столе и знают, то предпочитают не распространяться.

Почему в городе полном смертоносных чародейских кланов, криминал ведёт себя так нагло и победить его так трудно? Да потому что это только вершина самого настоящего айсберга, в то время как на самом деле, всё куда как сложнее нежели кажется на первый взгляд. Банды, как молодёжи, так и старшаков, гладиаторские арены, бесчисленные притоны и устойчивые слухи про существование чёрный рынок рабьов… Могло ли всё это десятилетиями и даже столетиями тайно существовать в Москве, под носом у чародеев, если бы это не было бы в чьих-то интересах и не поддерживалось бы какой-то явной силой?

Правильный ответ — не могло. А учитывая, какие деньги вертятся в криминальных кругах, то думаю, что мы бы сейчас имели бы не вроде как независимые бандформирования под тем или иным криминальным авторитетом со своими интересами и претензиями к соседям, а скорее всего банду ходящую под Морозовыми, а другую под Громовыми, ну и так далее.

Я в бытность парнишкой со Дна, на самом деле так собственно и думал, что пусть все здесь в Нахаловке такие вольные и борзые, но не может быть того, чтобы за интересами настоящих преступников, не стояли бы кланы, которые на самом деле владеют этой территорией. Оказалось всё куда как интереснее и опаснее, чем в моих фантазиях.

Нет, все эти сборища мелких отморозков грабящих честных людей и великовозрастных уродов, крышующих магазины и рынки, они действительно были вроде бы как сами по себе. Но в первую очередь, потому как являлись разменной монетой а вот кто напрямую был связан с той самой таинственной силой, делающий криминал неистребимым, так это их паханы.

А вот за ними, стоял в свою очередь самый что ни на есть настоящий чародейский псевдо-клан, которого в Москве официально не существовало. Некие Чадрины, которые то ли узурпировали, а то и вообще когда-то давно приложили руку к сознанию этого самого криминального мира Москвы. Они же, полностью оставаясь в тени, распустили свои щупальца во все стороны, оплетая ими почти всё что не было занято настоящими чародеями!

И что самое интересное, я оказывается уже с ними даже сталкивался! Я долго гадал, кем же был тот чародей, которого мне с трудом удалось убить, во время бунта случившегося во время вторжения в Полис гигантского чудовища прошлой зимой. И почему взрослые из разных кланов, устроили после настоящую суету а потом ещё и по быстрому замяли это дело, так и не раскрыв нам кто это собственно был.

Так вот, это был один из Чадриных. Один из настоящих Князей тёмной стороны Полиса! Человек, увидев труп которого которого нашему клану в то время, по сути посоветовали сделать вид, что ничего не произошло и что никто из нас ничего не видел. А учитывая, что нас Бажовых тогда в Москве было от силы двести человек, вполне естественно что мне сказали тогда хранить в тайне информацию объ этом бое.

Когда же нас прибавилось, а я ещё и показал клану найденное мною убежище вымершей ипокатастимы, Бажовы, обожающие авантюризм и всяческие древние подземелья, естественно направили людей, исследовать как канализацию, так и собственно катакомбы расположенные под Москвой. Ведь: «Как оно так?! Тут мы… а там «Такое»!! Непорядок!»

И достаточно быстро обнаружили, что места эти, на самом деле не так безлюдны, как то кажется на первый взгляд. Собственно тогда же, а я в это время находился в хандре после смерти Хельги, было принято решение отложить исследования и разузнать побольше о скрывающихся под Москвой людях. Итогом же наблюдений и расследования, стала эта папка с информационной выжимкой, а так же обнаружение группой наблюдателей девушки с белыми волосами, по описанию соответствующеей Дарье Светловой, которую со связанными за спиной руками конвоировали чародеи Чадровы по находящемуся под наблюдением участку катакомб.

Я практически уже дочитал содержимое бумаг, когда в мой кабинет оттолкнув вестового вдруг ворвалась раскрасневшаяся Катерина, с ходу ошарашив меня.

— Антон! Антон, дядя Дмитрий умер!

— Как умер? — я на секунду уставился на девушку ничего не понимающим взглядом, потом потряс головой и нахмурившись спросил. — Что случилось?

** *

— Ах… я бы сказал, что вот она, «Высшая справедливость!» Здесь и сейчас, в моих руках! Задумчиво произнёс высокий мужчина в деловом костюме и очках-велосипедах, задумчиво глядя на коричневато-оранжевый хрустальный плод, который он аккуратно держал в руке.

За его спиной, на большой, забрызганной кровью кровати, лежало распростёртое тело мёртвого Кня’жича Дмитрия, из середины груди которого, причудливо извиваясь росло красивое серебристое кристаллическое дерево, ветви которого широко раскинулись над мертвецом и слегка звенели своей прозрачной листвой.

— Мирон Львович, — спокойно сказала девушка в маске лисицы, которая держала обеими руками деревянный, словно бы сплетённый из ветвей венец. — Хоть это и не особо важно, но я бы просила вас поскорее съесть это яблоко, что бы мы могли наконец скрепить нашу сделку и наконец приступить к делам.

— О… Дорогая кузина, — мягко улыбнулся Половский, — куда же ты так торопишься? Дай своему дорогому дядюшке хотя бы несколько мгновений насладиться столь долгожданным триумфом, к которому я шёл столько лет!

— Дядя, если бы не столь близкие и родственные отношения между нами, я бы давно убила тебя и напрямую пошла бы на контакт с теми кто поддерживает тебя… — зло прошипела Инари из под маски с прищуром глядя на мужчину. — Ты не знаешь что мне пришлось пережить за те годы, покуда я выполняла твои планы…

— Но пойдут ли на контакт с тобой, если меня не будет, — всё так же нежно поправил её Мирон Львович, а затем вдруг жёстко добавил. — И вообще, следи за своим языком глупая девчонка. Где бы ты была, если бы мы с Учителем, не вытащили тебя их той клоаки, где ты жила со своей матерью. Я дал тебе новый шанс и новую личность, я помог тебе начать обучаться у Садовников, а затем поступить в Тимирязевскую Академию. Я выходил, а затем вытащил тебя из Полиса, когда ты пострадала здесь по своей глупости. И напомню, именно я был тем, кто диктовал тебе каждый шаг к той вершине на которой ты сейчас находишься! А теперь ты смеешь бунтовать и так со мной разговаривать?

Произнеся это, он яростно вгрызся зубами в казалось