Не брак, а так - Алина Ланская

мама. — Ей тяжело видеть таким своего ребенка.

— И поэтому она от него избавляется! — фыркнула Алиса, уже пожалев, что рассказала обо всем маме.

— Надеюсь, ты не собираешься ехать вместе с ним? — встрепенулась родительница. — Алиса, это никому не нужное самопожертвование. И папа…

Она запнулась и затравленно посмотрела на дочь. Алису обдало колким, больно впивающимся в кожу страхом.

— Что папа?

— Папа тоже считает, что тебе надо жить дальше, Алиса. А Литвиновы… Послушай, никто от тебя ничего не требует сейчас, но жизнь продолжается. Поверь, тебя никто не осудит, если через год или полтора ты тихо и спокойно разведешься с Германом.

— Что?! — Алиса не верила своим ушам. — Разведусь?! Мам… вы же… да папа меня чуть не прибил, когда я про развод заикнулась!

Алиса ничего не понимала. И главное…

— Я не буду с ним разводиться из-за того, что он в коме, — тихо произнесла она. — Это низко и подло, мама. Это предательство!

Алиса смотрела на мать и не верила, что та предложила такое.

— Обстоятельства бывают разными, Алиса, — мать прямо смотрела в глаза дочери. — Ты не понимаешь, что значит, когда у тебя на глазах умирает близкий человек, которому ты не можешь помочь… ладно… мне надо идти, я с тетей Мариной еще должна переговорить. Ты с ней совсем не общаешься?

Алиса лишь пожала плечами, ей было совсем не до бесцеремонных родственников, она и не вспоминала о них.

— Все, я побежала, а то скоро обратно на самолет, — мать быстро клюнула Алису в щеку. — Подумай над моими словами.

— Подожди, какой самолет? — встрепенулась Алиса. — Я думала, ты у меня остановишься в коттедже.

— Папа ждет меня вечером в Москве, — скупо улыбнулась мама.

Она уже уходила, когда Алиса остановила ее вопросом.

— Мам, а что с Пашкой? Сто лет его не слышала. Как не позвоню, он сбрасывает, потом пишет, что занят и потом наберет, но не перезванивает.

Мама рассеянно кивнула.

— Да… с ним все хорошо, не волнуйся. Он… весь в учебе, сама понимаешь…

Алиса кивнула. Странно, конечно, но раз не просит больше денег, значит, все наладилось.

Осадок от разговора с мамой остался неприятный, Алиса отвела свои положенные часы в центре и собиралась немного прогуляться по центру, проветрить мозги, что называется. И только потом ехать к Герману. Он снился ей теперь каждую ночь. Не таким беспомощным, прикованным к аппарату, а живым, радостным, веселым. Алиса будто смотрела кино про ту жизнь, какая у них могла быть, но прошла мимо. И по утрам просыпалась совершенно разбитой.

— Алиса! — Едва она вышла на улицу, ее окликнул знакомый голос.

Игнат.

Эти дни она старательно его избегала, прикрывалась делами, занятостью и плохим самочувствием. А он, как всегда был тактичен и не душил ее своим вниманием. Но сейчас Сабуров шел прямо на нее, в распахнутом пальто и повязанном на горле шарфе. Выглядел Игнат неотразимо — такой брутальный и “залипательный”. Алиса не могла отвести взгляда от снежинок, покрывших его густую шевелюру.

“И повезет же кому-то!” — с легкой завистью к незнакомой девушке подумала она. — “Он будет самым лучшим мужем!”

Вот так очень по-женски оценила она сейчас своего друга.

— Я соскучился! — заявил он и без предупреждения укутал ее в своих объятиях. — Решил тебя здесь поймать. Ты к Герману?

Глядя в простодушное лицо Сабурова, Алисе стало совестно за то, что она столько времени его избегала. И даже почувствовала вину за то, что сейчас ему скажет.

Но скрывать правду было не в ее натуре.

— Я вписалась в эту историю с юридическим чат-ботом и нашла полмиллиона для разработчиков, — на одном дыхании призналась Алиса. — Вот! Можешь ругать меня!

Но Сабуров вместо этого прижал ее к себе.

— Вот за это я тебя и люблю, — глухо произнес он. — За то, что ты такая.

Алисе показалось, что она ослышалась, недоуменно подняла голову, и едва не задохнулась от окутывающей ее горячей мужской энергии.

— Игнат…, — Алиса готова была провалиться сквозь землю от смущения. Воздух уже перестал быть морозным, хотелось даже расстегнуть шубу.

— Я тебя люблю, — серьезно, без привычной улыбки произнес Сабуров.

Алиса ни секунды не сомневалась в искренности Игната и от того было больно. И запретно сладко на душе.

— Я…

— Ты замужем и не бросишь Геру, — тем же тоном сказал Сабуров. — Поэтому будем его вытаскивать из комы вместе. У меня есть план, как попробовать это сделать.

Алиса смотрела на Игната с приоткрытым ртом.

— Есть же еще и не совсем традиционные методы, надо испробовать все, — говорил Игнат будто речь шла о каком-то обыденном деле. — Я тут нашел пару случаев, достоверных… кстати.

— Гомеопатия какая-то? — недоверчиво спросила Алиса, хотя мысленно уже согласилась с Сабуровым. — Пойдем искать цветок папоротника под снегом?

Игнат расхохотался.

— Не до такой степени, но я сделаю все, чтобы поднять его на ноги любым способом и чтобы ты не мучилась так, как сейчас.

— Игнат! Ты…

— Самый лучший, — я знаю, оскалился тот. — Я же говорил, я всегда с тобой.

Однако благородным планам Игната сбыться было не суждено.

Глава 62

Герман спутал планы всем — и своим родителям, и Сабурову, и даже Алисе, которая как обычно собиралась посидеть с ним вечером как минимум два часа.

О том, что произошло с мужем, она узнала, когда вместе с Игнатом гуляла по заснеженным улицам. На пару они живо обсуждали чудесный выход из комы безнадежного больного в Питере, подробно описанный в местных СМИ, но с полным отсутствием научного обоснования.

Сердце дрогнуло в груди, когда Алиса увидела на экране своего телефона имя лечащего врача Германа. Он почти никогда не звонил ей, все общение происходило в клинике.

— Что? — нетерпеливо тронул ее за плечо Сабуров, когда, выслушав медика, она безвольно опустила руку с мобильным. Гаджет едва не упал на снег. — Что он сказал?!

Алиса подняла на Субора жалобный взгляд, ее глаза мгновенно наполнились слезами. Ей было тяжело говорить, противный ком стоял в горле, не давая толком дышать.

— Герман, он…, — Алиса чувствовала себя рыбой, выброшенной на лед. — Он… он пошевелил рукой. Сам… несколько раз… И… мозг… Игнат, он