Время Воронов - Светлана Алимова

пастора Брауна? Или Гийом постарался настроить остальных против него? Хотя Сэм вроде не поддался всеобщему веянию и продолжал общаться с ним дружелюбно. И во «Врагах Воронов» он не состоял.

— Ты совершаешь ошибку, — сказал Нил, подавляя гнев, — личная обида — не повод устраивать то, что ты сейчас делаешь.

— Обида? — в глазах Гийома вспыхнула такая ярость, что Нил ожидал удара, но не дождался его. — Нил, твое высокомерие всех достало. Больше никто не хочет поддакивать и быть у тебя на побегушках. Ни мы, ни «Враги Воронов». Если относишься к людям, как к грязи, не жди уважения в ответ.

— Я никогда не относился к тебе, как к грязи.

— Конечно, ведь признавать свои ошибки это ниже твоего достоинства. Нил Янг всегда прав, а подпевалам не положено иметь своего мнения.

— Да очнись же ты! Думай обо мне что хочешь, но ваши патрули — угроза безопасности города, а вы лично порочите честь городской стражи! Прекращайте плясать под дудку пастора, он заморочил вам мозги!

— Какой негодяй, отнял твою привилегию! — зло рассмеялся Гийом. — Знаешь что, Нил, иди-ка ты отсюда. К новичкам, им и вешай лапшу на уши, о чести, гордости и о том, каким должен быть настоящий стражник. Здесь доверчивых дураков больше не осталось.

— Вот именно! — поддержал Анри воинственно. — Мы и без тебя защитим город от Воронов! Рыцарями для этого быть необязательно!

Томас молчал.

Нил оглядел их, подавил желание начать драку и ушел. Все было куда хуже, чем он полагал. Требовалось немедленно отыскать Рудольфа.

Тот нашелся в кабаке, в окружении десятков людей, многих из которых Нил знал по собраниям. Его узнали, но он заметил неприязнь во взглядах. Рудольф бодро рассказывал о своих морских битвах и выглядел очень довольным.

— Нил, дружище! Иди к нам, выпей!

— Некогда. Отойдем в сторонку, надо поговорить.

Рудольф выслушал его и недоуменно почесал в затылке.

— Да с чего ты взял, что будут проблемы с этими патрулями? Я сам в них хожу, ничего народ не буянит. Мы не расшаркиваемся с воронопоклонниками, но и не бьем их. Тот парень сам полез на Анри, их просто растащили, да и все.

— В стражу поступает все больше жалоб. Но есть еще кое-что, о чем вы не подумали: пока что Вороны молчат, но если вы продолжите гонять добровольцев из парков, то обязательно вмешаются. Кем они будут питаться?

— Это их проблемы.

— Нет, Руди, это наши проблемы. Если добровольцев не будет, Вороны снова начнут нападать на людей, а они сильнее нас. Ваши патрули просто растерзают.

— Ха, пусть попробуют! У нас достаточно оружия, чтобы уничтожить проклятых тварей!

— Откуда?

— Господин Бломфилд достал. Мы потихоньку вооружаемся и готовимся к решающей битве с ними! Ой, — Рудольф спохватился, — меня же просили тебе не говорить об этом!

Нил не поверил своим ушам.

— И ты молчал? Где это оружие?

— На складе. Слушай, ну не подставляй ты меня, мы же с тобой друзья!

Нил рвано вздохнул.

— Руди, включи голову! Толпа агрессивных людей собирает оружие и рвется в бой. Как ты себе это представляешь? Вы пойдете в парк и перебьете там всех?

— Да! И больше Вороны в наш город не полезут!

— Вороны — это проклятые горожане, — едва сдерживая гнев произнес Нил, — проклятье может пасть на любого, тебя в том числе. Они всегда будут в городе, их не истребить до конца.

— Конечно, если этим будут заниматься только Принц и Рыцари! А если весь город, то мы выжжем эту заразу!

— Руди, ты меня вообще не слышишь? Они люди! Сейчас Вороны ни на кого не нападают! С кем ты собрался воевать, с женщинами, детьми и стариками?

— Да почему ты их защищаешь? Вороны — проклятые твари, а не люди!

— Ты теперь словам пастора будешь верить, а не моим?

— Пастор Браун дело говорит! Ты же будущий Прекрасный Принц, ты их ненавидеть должен!

— Нет, не должен, — отрезал Нил в ярости, — где этот склад с оружием?

— На севере, у реки, в Кожевенном квартале. Что ты собираешься делать?

— То, что уже давно пора. С меня хватит. Дам дружеский совет: немедленно выходи из рядов «Врагов Воронов». У них скоро начнутся большие проблемы.

И Нил им их обеспечит.

* * *

От начальника стражи Нил выходил еще более злой, чем от Рудольфа. Господин Отто не стал реагировать на угрозу сам и Нилу не дал.

— Горожане имеют право на защиту от Воронов, — добродушно отмахнулся он, — это будет твоя армия, как станешь Прекрасным Принцем.

— Какая еще армия? Наравне с Воронами могут сражаться только Рыцари. Посылать против них обычных людей — смертоубийство. Господин Отто, у нас в городе группа смутьянов собирает оружие и планирует устроить резню, а мы ничего с этим не делаем?

— Да брось, мало ли чего в кабаке наболтают? Там все герои. Никого же не убили? А за разговоры мы сажать в темницу не можем. Расслабься. Взгляни, какой у меня роскошный перстень. Хорош?

— Хорош, — заскрипел зубами Нил, — господин Отто, мы должны забрать это оружие. Я возьму стражников и…

— …вломишься в чужую собственность, как грабитель? Нет, Нил, так не пойдет. Мне нужны доказательства, а не болтовня твоего друга-наемника. И попробуй только ослушаться: уволю всех, кто посмеет за тобой пойти.

Нил подавил гнев и попытался мыслить разумно. Что он может сделать один? Ограбить чертов склад? Пойти к пастору Брауну и господину Бломфилду с требованием прекратить подзуживать горожан? Но тогда оружие со склада переместят, и найти его будет невозможно. Попросить помощи у Рудольфа? Они ведь друзья, он сможет достучаться до друга и правильно ему все объяснить! Позвать еще Сэма, Дерека и других ребят из стражи, с кем сохранились хорошие отношения.

Нет, их уволят из-за него.

Он бы позвал Гийома, но Гийом его теперь ненавидит.

— Нил, ты в порядке?

Он поднял голову. Томас неловко переминался с ноги на ногу у его стола. Уже было поздно, и он явно собирался уходить.

— Может тебя подменить сегодня? Иди домой, выспись.

— Спасибо, но мне это не поможет. А тебя разве не ждут дома?

Томас закатил глаза.

— Мы с Жоржеттой поссорились, и она третий день на меня дуется. Не хочу домой. Да я и не собирался, у нас сегодня патруль по городу.

— У «Врагов Воронов»?

— Да. Гийом меня ждет, мы вместе собирались идти.

— Но ты предложил остаться и заменить меня.

Томас тяжело вздохнул.

— Знаешь, мне не нравится, что происходит вокруг. В участке все разбились на какие-то враждебные кучки, не здороваются, гадости друг о