Библиотекарь - Гектор Шульц

мухоморов, а Ник, внезапно, вызвался его сопровождать, мотивировав это тем, что уродец, длительное время обходившийся без чудо-грибов, запросто может потеряться.

А я смущенно топал по дороге, оставшись с Изабеллой наедине. Однако девушка ничего не замечала, предпочитая собирать дикие травы, постепенно появлявшиеся на обочине, или же уходила далеко вперед, чтобы потом вернуться в кучкой странных камней в ладонях. Стоит ли говорить о том, что все найденное ей, тут же отправлялось в мешочек. Изабелла была ученым и не могла оставить без внимания новые образцы и виды, бережно складывая все про запас и лелея мечту хоть когда-нибудь каталогизировать найденные сокровища.

Мы благоразумно решили не светиться в деревеньке, хоть во мне еще горел огонь мщения к одному бармену, продавшему девушку хозяину этих земель, и поэтому было решено остановиться на привал в той самой пещере, где мы прятались от погони лорда Грея.

Ник с Колобком отправились на поиски дров для поддержания будущего костра, а я этим самым костром и занялся. Через пять минут пламя весело плясало в круге из камней и я, довольный результатом, разрешил себе сигаретку, пока не увидел Изабеллу, сидящую возле входа и что-то записывающую в свой блокнотик.

— Что делаешь? – поинтересовался я, подходя ближе. Девушка покраснела и тут же захлопнула блокнот. Впрочем, мне хватило мгновения, чтобы увидеть в нем свое имя. – Прости. Не хотел тревожить.

— Ничего. Просто напугалась, — улыбнулась она. – Когда я поглощена записями или чтением, то ничего не вижу и не слышу.

— У меня также. Только я читать люблю. В моем мире сейчас мало кто читает. Большинство предпочитают смотреть фильмы по книгам или слушать аудиоверсии. Им не понять, что самая прелесть в том, чтобы самостоятельно складывать слова или перечитывать понравившиеся моменты.

— Ты хочешь вернуться домой, да?

— Честно говоря, я уже не так уверен, — кисло буркнул я, присаживаясь на камень рядом с ней. – Ваш мир, он, как бы это правильно сказать, затягивает что ли. Привыкаешь к существам, которые тебе встречаются, к климату, еде и прочему. Но ты права. Там мой дом. Друзья, семья, близкие.

— А у тебя есть дама сердца? – краснея, спросила Изабелла, теребя пальцами край своей мантии.

— Дама сердца? – переспросил я. – А, ты видимо про отношения говоришь. Нет, у меня никого нет.

— Почему? Ты любишь мужчин?

— Упаси Господь, Изабелла! Неужели я похож на парафина?

— На кого?

— Эм. Гомосексуалиста. Любителя мужчин, — объяснил я.

— Нет. Странно просто, что у тебя нет дамы сердца. В нашем мире, если у тебя нет дамы сердца, значит, ты дал какой-то обет и пока не выполнишь его, не смеешь думать о чем-то другом. Или же маги. У них тоже чаще всего нет дам. Их волнуют куда более сложные вещи. Как Мортимер, к примеру. Магия – его жизнь.

— Да. У Мортимера тоже нет дамы сердца, — хмыкнул я, думая о том, что рассказал мне когда-то колдун. – В моем мире все по-другому. Девушки свободны в своих желаниях и выбирают себе достойных. А я обычный студент, у которого нет даже собственной крыши над головой.

— Бродяга.

— Что?

— Мы зовем таких бродягами. Как Арагорн, король Гондора и Арнора. Ты же в курсе, что выдуманные вами личности, обречены на постоянное перерождение?

— Да, Мортимер рассказывал об этом.

— Вот с Арагорном так постоянно. Со времен Последней Войны за Кольцо Всевластья прошло уже двести лет. Арагорн стар и скоро цикл начнется по-новому.

— Я не бродяга, Изабелла. Я снимаю квартиру. Эм, крышу над головой. Но она мне не принадлежит, и когда-нибудь я отправляюсь на поиски другого жилья. Понимаешь?

— Да.

— А девушкам из моего мира нужны успешные парни. Аналог ваших рыцарей и принцев.

— Ой, тут тоже каждая дева мечтает о принце на белом Пегасе, — рассмеялась Изабелла. – В этом наши миры похожи. Только в нашем любовь на первом месте. Моя подруга вышла замуж за бродягу и уехала на западный континент. И ничего. Счастлива. Рожает ему деток, пока он наемником служит, и любит его.

— Сказки. Они такие, да, — кивнул я, рассматривая закатное небо. – Но, если смотреть правде в глаза, я не так интересен для девушек. Они ценят внешность, а ум в последнюю очередь.

— А что не так с твоей внешностью? – удивилась Изабелла. – Ты не уродлив, у тебя чистая кожа. Даже слишком чистая. Наверное, поэтому я подумала, что ты мужчин любишь.

— Сейчас она не очень чистая, — хмыкнул я, потерев куцую бородку.

— В пути так всегда. Потом находишь баню, смываешь с себя грязь и живешь до следующего похода, — ответила девушка.

— Почти, как у нас. Работа. Утром идешь работать, а вечером купаешься, смывая грязь и негатив.

— Хорошая аналогия, Тима.

— Спасибо.

— Не за что. Но ты так и не ответил, что не так с твоей внешностью.

— Я маленького роста, — покраснев, буркнул я.

— Ничего подобного!

— Не знаю почему, но здесь я явно выше, чем в реальном мире. Может, сказывается воздух или пребывание, но это факт. Мой рост метр семьдесят. И фамилия идеально мне подходит.

— А какая у тебя фамилия?

— Кляйн.

— И правда, — рассмеялась Изабелла. – Подходит.

— Не представляешь насколько. Да и стеснительность виновата. После нескольких безуспешных попыток понимаешь, что ловить тебе на этом поле нечего, — улыбнулся я, а затем расхохотался, чем вызвал удивление Изабеллы. – Прости. Хороший я такой парень. Сижу и плачусь о своей жизни. Ладно. Глупости все это. Я привык жить со своим ростом, и он мне не мешает. А знаешь, что самое забавное?

— Что?

— Мой двоюродный брат является моей полной противоположностью, хотя многие говорят, что мы похожи.

— Это так?

— Насчет схожести не могу судить, но отличия кардинальны. Он задиристый, любит ругаться и во владении матерной бранью запросто уделает даже Ника с его языком без костей, — улыбнулся я. – Когда я учился, он вовсю флиртовал с девушками, дрался, скандалил и вообще вел весьма скользкий образ жизни. Наши матери, которые друг другу приходятся сестрами, тоже непохожи, как и мы с братом. Но, тем не менее, родня. Еще с детства стало понятно, кто и кем будет. Я постоянно за книжками пропадал, а