Гарри Поттер и чемпион чемпионов - DriftWood1965

По всему Большому залу раздавался шепот. Когда Драко посмотрел по сторонам, казалось, что все на него смотрят. Он опустил взгляд на фотографии своих родителей и подумал — «Что же случилось?».

* * *

Вечером того же дня гринготская сова доставила пакет необычно большой черной собаке, которая вместе с гиппогрифом скрывалась в пещере неподалеку от Хогсмида. Как только сова улетела, пес быстро превратился в человека. Он разорвал пакет и обнаружил в нем письмо и связку ключей.

Мистер Блек,

Предложенная вами сумма в пятнадцать миллионов галеонов за Малфой-мэнор была успешно принята. Согласно вашим инструкциям туда будет отправлена команда гоблинов, чтобы изменить чары поместья таким образом, что оно будет готово принять вас. Документы о вашей собственности будут помещены в ваше хранилище, и не будут переданы в Министерство, до тех пор, пока оно не сочтет возможным пересмотреть ваше дело.

Грисорс,

Распорядитель счетов Блеков.

Смех Сириуса Блека был слышен почти на всем пути до Хогсмида. Он повернулся к Клювокрылу.

— Давай, Клювик, у нас есть прекрасный дом, куда можно пойти. Как ты думаешь, Малфой-мэнор будет отличным свадебным подарком для Гарри и Гермионы, когда они наконец поженятся, не так ли? Это будет последняя шутка над стариной Люциусом.

* * *

От автора: У меня было больше запланировано для этой главы, но история с Люциусом просто не давала мне покоя. До конца осталось две-три главы. Я запланировала две различные концовки.

Что же касается того, что произойдет с Драко, то это будет его худший ночной кошмар.

Глава 13.

Нарцисса Блэк очень быстро стала звездой волшебного мира. Каждые несколько дней в «Ежедневном пророке» и других газетах и журналах по всему миру появлялись истории, описывающие ее последние наряды, то с кем она встречается, и в какое время ночи/дня был этот человек замечен покидавшим ее гостиничный номер. Она путешествовала по миру и, прежде чем решила осесть, провела время во Франции, Италии, Австралии и на Дальнем Востоке. Выдвигались даже предположения, что она снялась для одного из предстоящих выпусков Плейволшебника. Нарцисса быстро обнаружила, что быть одинокой, красивой и богатой гораздо веселее, чем быть спутницей жизни помпезного, высокомерного фанатика-чистокровки. Что касается статуса крови, Нарцисса поняла, что мужчины-маглы более сведущи в искусстве доставления ей наслаждения, чем их коллеги-волшебники, особенно если подлить в их напитки бодроперцовое зелье. Как оказалось, оно приводило к поразительным побочным эффектам на «палочки» мужчин-маглов. Позже один из этих мужчин сделал себе анализ крови и «случайно» совершил открытие, которое позже превратилось в новое лекарство, в химии известное как цитрат Силденафила.

Теперь Драко Малфой мог читать газету, только когда кто-нибудь оставлял ее валяться поблизости. Его подписка на «Пророк» закончилась, и Драко узнал, что поскольку имя отца до сих пор значилось и на его трастовом хранилище, то гоблины конфисковали и его, оставив парня без единого кната, неспособного даже позволить себе газету.

Спустя три недели после развода родителей и приговора отца, Драко вновь в одиночестве сидел за столом Слизерина. Он смотрел по сторонам, в надежде, что кто-нибудь оставит газету, и он сможет проследить за текущими событиями в жизни его матери. Она была ему противна — постоянно в компании маглов и грязнокровок, и всегда с этой чертовой улыбкой на лице. Он чуть было не выпрыгнул из ботинок, когда на его плечо опустилась чья-то рука. Подняв глаза, он увидел стоящую перед ним профессора МакГонагалл.

— Мистер Малфой, мне нужно, чтобы вы проследовали за мной в кабинет директора, — сказала заместитель директора школы.

По прибытии в кабинет директора, Драко и МакГонагалл пришлось подождать, пока директор соизволит прийти в себя.

В данный момент профессор Дамблдор пребывал в глубокой задумчивости. Северус только что представил свой еженедельный отчет, касающийся Темной метки на его руке, и того, что она становится темнее. Дамблдор вовсе не нуждался в таких частых донесениях, но мысли о Снейпе и его татуировках всегда оживляли день древнего директора. Тем более что татуировка, о которой шла речь, наделялась серьезным смыслом в символическом поле сексуальной ориентации директора. Он часто задавался вопросом, где еще у Мастера зелий могут быть татуировки, — «Интересно, а не подумывает ли он сделать миленького маленького феникса прямо на...».

— Кхмммм.

От размышлений профессора Дамблдора оторвал звук прочищающегося горла. «Опять эта женщина-кошка. Всегда появляется, когда меньше всего желаешь ее видеть. Может, если завести собаку, она оставит меня в покое...ммм...Сириус?».

В этот момент в Малфой-мэноре по спине Сириуса пробежал мороз, и его охватило неодолимое желание принять душ. По какой-то причине Сириус вдруг почувствовал себя грязным.

— Кхе-кхм....Кхе-кхмм.... — снова кашлянула МакГонагалл.

— Да, Минерва? О, я вижу, вы привели молодого мистера Малфоя, — внимание Дамблдора переключилось на молодого человека, у которого было так мало волос и совсем не было бровей.

— Юноша, — огонек в глазах Дамблдора замерцал ярче, — вы здесь сегодня, чтобы определить, где будет ваш дом, и кто будет о вас заботиться. Есть несколько вариантов.

— Мой отец, — начал Драко.

— О да, ваш отец — прекрасно для начала, это один из вариантов, который у вас есть. Гоблины предлагают вам разделить его заключение. Вы можете провести свое время, занимаясь тем же, чем и он, и тогда он выплатит свои долги вдвое быстрее, — сказал Дамблдор.

Он посмотрел на пергамент на его столе.

— Вам придется потратить минимум сто тридцать лет, чтобы вдвое сократить долг своего отца, — он с любопытством посмотрел на Драко. — Хотели бы вы таким образом помочь отцу?

— Сто..сто..СТО ЛЕТ! — воскликнул Драко.

— И еще тридцать, да, я так и сказал, — спокойно подтвердил директор.

— Ну нет, думаю, что предпочту другой вариант, — в этот момент Драко осознал, что жизнь, которую он знал до приезда в прошлом году в Хогвартс, закончилась. Ни отца, ни матери, ни невесты, ни денег, ни дома. Пока он размышлял над тем, во что превратилась его жизнь, Карма еще раз собиралась ударить его по самому дорогому.

— Очень хорошо, — Дамблдор снова посмотрел на пергамент, — еще один вариант — послать вас жить к любой из ваших тетушек. Конечно, ваша тетя Лестрейндж сейчас находится в Азкабане, но тамошний надзиратель уверил меня, что вы можете разместиться в ее камере, и вас также будут кормить.

Он снова взглянул на Драко.

— Вы предпочитаете