Родословная. Том 4 - Андрей Сергеевич Ткачев

Для пущей уверенности я усилил напор, которые создавали мои метательные лезвия и не давали рыцарю вытащить меч из той позиции, в которой он застрял в тщетной попытке продавить мою защиту. Искры от столкновения оружия летели во все стороны, да и сам рыцарь, уже не прекращая рычал, будто это могло ему помочь.

Я же со своей позиции наконец-то увидел сочленения доспеха, где элементы брони слегка расходились в стороны. Всего мгновение, но я им воспользовался, сполна всаживая туда меч как можно глубже. В какой-то момент я во что-то упёрся, но шаг вперёд и удар телекинезом по рукоятке меча позволил мне продолжить путь, а потом, когда лезвие оказалось глубоко в теле противника, я взорвал его ворохом лезвий.

Подобное оставило меня в итоге без меча, да и сами его части прожили не так чтобы долго, но этого было достаточно, чтобы повредить всё, что было внутри тела этого существа. Да, оно не было живым в том понимании, которое я вкладываю в это, но всё же мой удар был достаточно опасным для монстра Разлома.

Я поспешно отскочил на несколько метров назад, уже создав в руке новый меч, и теперь мог разглядеть, как из места ранения у монстра стала вытекать чёрная жидкость. Уж не знаю, что это было такое, но точно не кровь.

Мой противник что-то яростно проскрежетал от боли и, приложив левую руку к месту ранения, вновь бросился на меня. Вот только теперь из-за ранения он действовал более скованно и это давало мне больше пространства для манёвра.

Поэтому я продолжил атаковать монстра Разлома, теперь всё чаще попадая в сочленения доспеха и пусть мне не удавалось нанести ему глубокие раны, но всё это в совокупности оказывало нужное воздействие. Да и лезвия, что попали в его спину, уже достаточно глубоко проникли в тело монстра, чтобы ему было проблематично двигаться.

Это стало все заметнее отражаться на темпе его атак и постепенно он все больше отдавал мне преимущество в этом сражении. Одновременно с этим рыцарь стал действовать активнее, будто поставил себе главной целью достать меня и самое неприятное, у него это даже получалось.

Насколько бы я быстрым ни был, но этот монстр обладал потрясающим чутьём и он пользовался любой возможностью, когда я чуть ослаблял защиту. Так что от серьёзных ранений меня пока что спасала моя броня, но вот внутренности он уже успел мне отбить, особенно когда по телу прилетало массивным хвостом рыцаря.

В общем, погонял он меня довольно серьёзно, но силы он постепенно терял. Так что я, подгадав момент, взорвался вихрем ударов так, чтобы он был вынужден уйти в глухую оборону. Затем я скользнул в сторону, пропадая из его поля зрения, и вот когда рыцарь стал оборачиваться ко мне, воткнул меч точно в прорезь его шлема для глаз.

Волной магии, которая вырвалась из его тела в этот миг, меня отбросило в сторону, но с помощью телекинеза я затормозил у ближайшего дерева и мягко спружинил о его ствол, чтобы, создав на руке подобие боевой перчатки с выступающим из кисти лезвием, ударить прямо в корпус монстра Разлома.

В этот раз силы удара с учётом общей потрёпанности брони за время нашего боя хватило, чтобы не только пробить его тело, но и отбросить это существо прямо в стену башни. Сила удара была такова, что от места столкновения пошли многочисленные трещины, и в следующий миг рыцаря погребло под обломками.

Удивительно, но даже после такого он не умер и пытался выбраться из-под завала, чем-то скрежеща под каменными глыбами. И всё же сил, чтобы сразу вырваться из ловушки, у него уже не хватало.

— Ну уж нет, дружок, — покачал я головой, перестраивая меч в копьё. — Если уж упал, то лежи.

К этому моменту рыцарь умудрился откинуть с головы одну из частей башни и увидеть меня за миг до того, как его грудь пронзило моё копьё. Зная же о прочности его брони, в этот удар я вложил больше сил, чем обычно, так что секунда сопротивления, и лезвие оказалось внутри. Взгляд моего противника окончательно погас и я наконец-то получил подтверждение, что последний монстр Разлома только что был уничтожен.

Что самое приятное, выход из Разлома был как раз внутри этой башни, а то я даже не знаю, сколько бы ещё заняли поиски в ином случае. С другой стороны, не позавидуешь тем Стражам, которые попадали бы в Разлом через этот проход. Рыцарь оказался слишком серьёзным противником, а ведь любой вошедший уничтожался, скорее всего, до того как успел бы что-то сообщить другим.

Разломы могут быть, действительно, очень опасны.

А вот вышел я в незнакомой для себя местности и хорошо, что у меня был с собой телефон и здесь сеть ловила. Так что понять, где именно я нахожусь, оказалось несложно, как и выйти к месту, где на меня напали. Даже жаль, что на теле того нападавшего не оказалось ничего, чтобы дало мне хоть какую-то подсказку к тому, откуда он.

Ну, по крайней мере, я убедился, что именно отсюда было совершено на меня нападение, и отправил сообщение в Гильдию Стражей, чтобы они проверили эту местность. Сомневаюсь, что я собрал на себе все ловушки, а значит, какой-нибудь случайный грибник может и подорваться тут. В общем, пусть лучше этим занимаются компетентные люди — я же могу только снести эту часть леса, чтобы погрести все ловушки под стволами деревьев.

Всё же неудобные вопросы, которые ко мне могут возникнуть, я могу попросту проигнорировать, так как Гильдия не может вмешиваться в дела рода. Тело же моего противника по понятным причинам они найти не смогут, а нет тела — нет и претензий. Недаром же в Разломах пропадает столько групп Стражей, которые никто не думает искать.

Мой бедный мотоцикл после всего пережитого не восстановить. Вот что меня печалит больше всего.

Я как раз добрался до того, что от него осталось, и проще назвать, что в нём было целого.

— А ведь я так толком на нем и не поездил, — вздохнул я.

Трасса, на которой я любил прокатиться, находилась далековато от города, да и насколько я мог судить, она не пользовалась большой популярностью, так что сориентировавшись по телефону, я спокойно направился в сторону города.

В этот момент меня, если честно, мало волновало то, что кто-то объявил на меня охоту или знает,